[Невицкое (Невицьке): реставрация замка]

Ранее мне попадался какой-то эскизный проект-предложение по реставрации замка, выполненный где-то в 1990-х, и там также была показана деревянная галерея в той части, где её прикрепили к башне в наши дни. Другое дело, какой вид она имела в период функционирования замка? Не исключено, что не совсем такой. Правда, тут подумал, что вроде бы на реконструкциях замка А. Дзембаса (к слову, вот его страничка) башня вроде бы не показывалась без этой галереи. 

[Drukowane plany i grafiki oraz medale z wizerunkiem twierdzy Kamieniec Podolski / Печатные планы, графика и медали с изображениями Каменец-Подольской крепости (2016). Автор: Leszek Opyrchał / Лешек Опирхал]

Во втором томе, где речь идёт о рукописных планах, думаю, будут приведены все сведения о местах хранения оригиналов. 

Насколько я знаю, в ряде случаев Лешек заказывал оцифровку удалённо. И да, не редко он был первым, кто заказывал оцифровку того или иного редкого плана города, так что была проведена действительно масштабная работа.

[Каменец-Подольский (Кам'янець-Подільський): укрепления лагеря войск Станислава Конецпольского, 1633 г.]

Недавно в Каменце прошла конференция "Археологія & Фортифікація України" (2020) которая впервые прошла в онлайн-формате и, что особенно важно, запись выступлений была залита на YouTube, благодаря чему с докладами может ознакомиться любой желающий. 

Итак, идём сюда и начинаем слушать Валентина Пагора (идёт с 01:48:06 до 02:03:00), научного сотрудника Заповедника "Каменец". Дело в том, что В. Пагор выступил с докладом, тема которого была обозначена как "Якими були редути Жана де Маріона в Кам'янеці-Подільському". Как выяснилось по ходу дела, "редуты" - это те самые внешние изолированные очаги обороны (тенальные форты), которые в битве 1633 г. были вынесены за пределы лагеря С. Конецпольского. 

Меня удивило уже одно то, что заповедник обратил внимание на эту битву и связанную с ней укреплениями спустя 7 лет, как мы тут с вами продуктивно пообщались на эту тему. Я думал, что когда мощной каменецко-заповедницкое "Око Саурона" вдруг посмотрит в сторону полевых укреплений лагеря, да ещё и проанализирует события 1633 г. с опорой на массу наработок, которые хранятся в недрах архива заповедника, то на нас выльется тонна новых сведений, выводов, аналогий. Но ничего подобного. 

На старте Валентин сообщил, что "Тема вивчення цих редутів в Кам'янеці-Подільському не знайшла відображення в історіографії і є достить таки перспективною темою для дослідження". Тут у меня немного округлились глаза - да, с одной стороны ранее опубликованные источники о полевой фортификации этой битвы не сильно размышляли, но с другой стороны есть вот эта самая страничка, где приведено множество самых разных сведений, трактовок и версий, связанных с полевой фортификацией, участвовавшей в битве 1633 г. По сути, именно эта тема впервые целенаправленно привлекла внимание к теме поиска и локализации укреплений лагеря под Каменцем, но Валентин об этом не упоминает. 

Чуток позже Валентин сообщает, что, как оказывается "Якій був … шанець Станіслава Конецпольського? Ніхто не вивчав цей фортифікаційний объект". Тут глаза ещё чуть больше округлились, поскольку одно дело, когда всякие разные публикации об этих укреплениях ничего не стремятся сообщить, а другое дело, когда, как оказалось, "это объект вообще никто не изучал", т.е. с этой точки зрения данной темы для Валентина не существует или же сведения, которые тут приведены, по его мнению не имеют отношения к полевой фортификации 1633 г. 

Ну, думаю, ладно, Валентин, главное, чтобы ты выдал нагора что-то действительно стоящее, пусть даже и под соусом первого в истории города исследование лагеря 1633 г. Ведь в этой теме речь шла преимущественно об основной линии обороны, тогда как доклад Валентина касался редутов, здесь упоминавшихся лишь бегло. Тут действительно есть где развернуться.

Далее Валентин сообщает, что он готов выдать много новых сведений об укреплениях на основе... изучения корреспонденции С. Конецпольского. Т.е., вероятно, того самого письма, которое в полном объёме в этой теме было опубликовано в сентябре 2018 г. Именно там были упомянуты те самые внешние укрепления и именно там они были связаны с Жаном де Марионом. 

Я вначале подумал, что автор видео просто просмотрел данную тему форума и на её основе составил презентацию, но тут вдруг Валентин на 1:52:24 выбивает меня из седла, сообщив, что "Всі вони [редути] розташовані на території Нового Плану", т.е., таким образом, утверждалось, что укрепления были расположены не к северу от города, а к востоку, как об этом сообщает план битвы, если его трактовать буквально. 

И вот, казалось бы, доклад подходит к моменту описания битвы, но, к сожалению, тут всё быстро и окончательно сдувается. Автор доклада на основании перевода письма С. Конецпольского кратко сообщает о развитии боевых действий, но не сообщает ничего нового об укреплениях. 

Вот и весь доклад. На самом деле ноль новых сведений о "редутах Мариона" (кстати, в письме основное укрепление С. Конецпольский назвал не редутом, а фортом), ноль новых сведений о лагере Конецпольского, если не считать мысли, что его нужно искать где-то к востоку от Старого города, на территории Нового плана. Ладно, оставим в стороне основную линию укреплений лагеря, но ведь в докладе вообще ничего не было сказано об основной заявленной теме, те об укреплениях редутов/фортов: ни об их планировке, ни о возможном составе "гарнизона", ни об аналогах, возможных размерах, вообще ни о чём. Есть, конечно, надежда, что на конференции автор озвучил лишь общие тезисы, тогда как куда более подробную информацию можно будет найти в статье сборника. Будем его ждать, чтобы проверить, так ли это.

Всё было бы совсем скучно и невыразительное, но тут на 2:01:23 один из слушателей задаёт вопрос о локализации укреплений/редутов, мол, есть ли у автора привязки, где всё это могло находиться. На этот вопрос В. Пагор отвечает, что ответа на вопрос у него нет, поскольку "інформація нова", да и план битвы лишком условный. И тут расширенный ответ даёт Пётр Болтанюк, и вот что сообщает:

Цитата

Всієї лінії прив'язки немає, але є план міста 1821 року, міських угідь, на цьому плані є зображення окремих частин. Там загалом збереглася частина лінії десь в районі Руського кладовища. То там є. Звичайно, всю лини укріплень зараз дуже важко визначити, тому що місто зазнало перепланування в тій частині. Це, фактично, Новий місто, Новий план тому там і заводи появилися, тут дуже багато перепланувань, але частково ... цю лінію можна відтворить. ... Ну, можна сказати, що головна лінія, яка захищала табір, вона проходила десь в районі сучасного проспекту Грушевського. ... Це була головна лінія, а всі інші укріплення, про те, про що показував Валентин, вони вже десь використовуються в районі Ринку і пішли далі до села Жовтневого, М'ясокомбінату. 

Как видим из ответа, Пётр также убеждён в том, что лагерь находился к востоку от Старого города (т.е. то, что я принял за лагерь им на самом деле не является), на территории Нового плана, его основная линия обороны тянулась где-то в районе проспекта Грушевского, а редуты, соответственно, находились где-то ещё дальше. Набросал схемку, чтобы было лучше понятно, где именно в районе Каменца находятся упомянутые Петром привязки:

И всё бы хорошо, если бы существовал хоть один план, на котором была показана линия укреплений, тянущихся вдоль проспекта (эта территория очень долго не застраивалась), но среди известных мне планов источника с такой информацией нет. 

Однако особый интерес вызвал упомянутый Петром план 1821 г. До недавнего времени я не знал о его существовании, но как раз на днях смог с ним ознакомиться, поскольку он был опубликован в коллекции планов заповедника, составленной всё тем же В. Пагором. И вот там нужный план как раз приведён. Он меня порадовал как минимум тем, что там видим уже знакомый по другим планам "ретраншемент" к северу от города, и, таким образом, это один из самых поздних планов, где эти укрепления обозначены. Но и в юго-восточном сектора, к которому предлагал присмотреться Пётр, действительно видна какая-то линия, также схожая на земляной вал (отметил её стрелочками, как и северное укрепление). С одной стороны эта юго-восточная линия меня озадачила, поскольку на других планах она мне не попадалась, с другой стороны она всё же тянется не вдоль проспекта Грушевского, а скорее перпендикулярно ему. Если северная линия имела замкнутый контур и походила на периметр укреплённого лагеря, то в юго-восточно линии усмотреть контур лагеря уже не так просто, хотя, конечно, не исключено, что и эта линия имела отношение всё к той же битве 1633 г. В общем, интригующая деталь. При этом странно, что Пётр обратил наше внимание на юго-восточный сектор, но при этом не упомянул об укреплениях, которые на том же плане показаны к северу от города.

Между прочим, в подборке планов от В. Пагора находим и план 1793 г., где также показан "Старой ретраншемент" со стороны Польских фольварков:

Итого, из речей двух каменецких исследователей я понял, что они придерживаются мысли о том, что укрепления лагеря всё же нужно искать к востоку от Старого города. При этом мне так и осталось непонятно, что делать с "ретраншементом", показанном на десятке планов конца 18 - 1-ой половины 19 в.? То ли В. Пагор и П. Болтанюк не знают о существовании этой темы форума, то ли знают, но вовсе не считают, что северный "ретраншемент" имеет отношение к битве 1633 г. 

В любом случае, доклад по "редутам" получился крайне слабым, и остаётся надеться, что статья окажется сильнее. Ждём её с нетерпением.

[«Змійові» вали Переяславщини (2020). Автор: Сергій Вовкодав]

На конференции "Археологія & Фортифікація України" (2020) Сергей Вовкодав рассказал и показал, как именно проходили исследования одного из "змиевых" валов, расположенных к югу от Переяслава (Киевская обл.). Доклад это можно посмотреть здесь (с начала и до 17:51). Оттуда же узнал, что вот-вот должна выйти книга, где можно найти куда более полный пакет сведений о длинных валах Переяславщины. На моей памяти это вроде бы первая монография о змиевых валах, опубликованная с момента издания книжки "Змійові вали" (2011), где были собраны наработки Аркадия Бугая. И, конечно же, когда свежая книжка вышла (благодарю Александра Прядко за то, что уведомил меня об этом), не упустил возможности её прикупить. Тем более, что, как оказалось, стартовый тираж у неё мизерный и пока непонятно, будет ли печататься дополнительный тираж. 

Уточню, что в работах С. Вовкодава речь идёт о валах, расположенных вот в этом секторе:

Google-карта

Книжечка хоть и небольшая, но производит приятное впечатление, поскольку даже при беглом знакомстве видно, что она довольно плотно набита разноплановой информацией. Монография касается наиболее интересных моментов, связанных с валами: зачем вообще их могли строить, когда их строили, что нам известно об их конструктивных особенностях, какие мифы и заблуждения сформировались вокруг этих валов и т.д. Радует, что помимо описания своих взглядов и наработок, автор также сообщил, каких ответы на вышеперечисленные вопросы давали его предшественники, благодаря чему из одной книжечки можно получить общее представление о развитии и трансформации представлений об этих выдающихся постройках на протяжении последнего века.

Плюсом работы является также использование в проведённых исследованиях современных технологий (GPS, съёмка с дрона, ГИС и т.д.), а это в свою очередь сказалось и на приятной детализации предоставленных в книге данных, а также на иллюстрациях, среди которых есть масса интересных планов, а также видов на наиболее примечательные участки валов с высоты.

В книге дана актуальная информация о степени сохранности валов на разных участках, а эти данные, конечно, пригодятся при планировании поездок в те края. 

Как вы, вероятно, догадались, я книжечку рекомендую к покупке и к знакомству.

[Каменец-Подольский: Башня Стефана Батория (Кушнирская) и Турецкий бастион]

Башня на проекте Яна де Витте, 1785 г.:

Источник

[Drukowane plany i grafiki oraz medale z wizerunkiem twierdzy Kamieniec Podolski / Печатные планы, графика и медали с изображениями Каменец-Подольской крепости (2016). Автор: Leszek Opyrchał / Лешек Опирхал]

Лекция Лешека Опирхала:

[«Змійові» вали Переяславщини (2020). Автор: Сергій Вовкодав]

Рік видання: 2020

Автор: Сергій Вовкодав

Видавництво: Рута, Кам'янець-Подільський

Мова: українська

Формат: 15,1 х 20,7 х 1,2 см (60х84 1/16)

Обкладинка: тверда

Папір: офсетний

Кількість сторінок: 140

Ілюстрації: багато кольорових і монохромних планів, карт, схем, фотографій

Наклад: 40 прим.

ISBN: 978-617-7887-67-5

Купити можна у автора, написавши йому персональне повідомлення.

Аннотація:

Цитата

У монографії подано результати дослідження переяславських «змійових» валів. Автором проаналізовано стан вивчення проблематики, зроблено спробу позиціонування та з’ясування просторової конфігурації споруд, а також розглянуто питання часу їх створення та функціонального призначення.

Книга розрахована на істориків, археологів, краєзнавців, викладачів та студентів, а також усіх, хто цікавиться історією Переяславщини.

Приклади сторінок:

    

    

Зміст:

Цитата

Передмова - 7

Розділ 1. Історія дослідження - 10

Розділ 2. Характеристика просторової конфігурації та стану збереження - 47

Розділ 3. Датування та функціональне призначення - 112

Післямова - 136

Передмова:

Цитата

Територія Переяслав-Хмельницького району насичена різночасовими археологічними об’єктами. Численну групу серед них складають пам’ятки наземного типу, що, як правило, мають виразні зовнішні ознаки та добре проглядаються на поверхні. Мова йде про курганні насипи, майдани (кугуми), городища та «змійові» вали. Особливу цікавість викликають останні. Вони є одними з найзагадковіших та найвеличніших земляних споруд, що збереглись дотепер. На цих об’єктах наша увага була зосереджена під час дослідження археологічних пам’яток басейну р. Броварка, що розміщений у південно-східній частині Переяславщини. Саме тут розташована основна частина валів. Використання комплексного підходу до вивчення давніх систем заселення згаданої території сформувало певні завдання та критерії розгляду археологічних об’єктів різного типу. Зокрема «змійових» валів. Тому нами було окреслено конкретні питання щодо цього типу споруд, відповіді на які дозволять визначити їх місце в археологічній ситуації мікрорегіону. Огляд праць, присвячених цим пам’яткам не дозволив у повній мірі задовольнити наш інтерес, тому багато питань так і залишились відкритими. Незважаючи на понад 150-річний період дослідження «змійових» валів на Переяславщині, доводиться констатувати, що вони все ще залишаються одними з найменш вивчених археологічних об’єктів регіону. Нині залишається остаточно невирішеною проблема щодо датування цих пам’яток. Переважна більшість дослідників обстежувала вали без проведення археологічних розкопок, що значно ускладнювало їх хронологічну атрибуцію та породжувало підґрунтя для виникнення різних версій часу створення та призначення споруд. Також нез’ясовними залишилися особливості просторової конфігурації, топографічні закономірності, як і не визначена детальна локалізація валів. Складені в попередні роки сильно генералізова-ні картосхеми розташування цих об’єктів не є достатніми для розуміння їх взаємовідношення з елементами ландшафту мікрорегіону та в повній мірі не дають уявлення про локалізацію збережених та зруйнованих частин. Зважаючи на потреби дослідження археологічних пам’яток басейну р. Броварка, зазначена інформація є надзвичайно важливою. Тому нами було розпочато розвідку, спрямовану на вивчення особливостей розташування та просторової конфігурації «змійових» валів Переяславщини, реалізація якої передбачала систематизацію та узагальнення інформації, отриманої з широкого кола джерел. Зокрема, здійснення у середовищі геоінформаційних систем (далі ГІС) комплексного аналізу результатів попередніх досліджень цих пам’яток, огляду різночасових картографічних покриттів, аеро- та космознімків із метою виявлення ознак їх розташування. А також проведення експедицій із позиціонування споруд за допомогою GPS-навігатора. Все це дозволяє відтворити просторову конфігурацію системи валів, що максимально відповідатиме часу їх створення.

Зважаючи на різнотипність джерельної бази дослідження, вважаємо за необхідне зупинитися на її загальній характеристиці. Специфіка згаданих джерел та характер тематичного наповнення зумовили необхідність їх систематизації для зручності та ефективності подальшого використання. Головним її критерієм є власне тип джерела, а також час його походження. На підставі цього виокремлено чотири групи. Першу групу складають монографії, наукові статті та повідомлення, що безпосередньо чи опосередковано розглядають питання дослідження переяславських «змійових» валів. У межах групи джерела класифіковані за хронологічним принципом: друга половина XIX - початок XX ст. (праці Т. Г. Шевченка, М. О. Максимовича, А. В. Стороженка, М. О. Макаренка, В. Г. Ляскоронського, Л. В. Падалки); 1945 - початок 1990 рр. (дослідження Б. О. Рибакова, М. П. Кучери, Б. А. Шрамко); 1991-2019 рр. (праці Ю. В. Болтрика, Є. В. Максимова, Ю. Ю. Моргунова, О. П. Моці, Є. О. Петровської, М. В. Роздобудька, Д. А. Тетері, О. Є. Фіалко тощо). Наступна група об’єднує архівні джерела, представлені звітами археологічних експедицій. Третю групу формують різночасові картографічні покриття. Вони відіграють суттєву роль у дослідженні, оскільки досить часто є одними з головних джерел визначення місць розташування сегментів валів. Зокрема, нами використані наступні карти:

• військово-топографічна карта Ф. Ф. Шуберта 1860-их рр., масштабу 1:126000 (XXIII ряд, лист 10 «Полтавская и Киевская губерния»);
• німецька військово-топографічна карта Deutsche Heereskarte 1943 р., масштабу 1:50000 (М-36-64-С, М-36-64-D, М-36-76-А, М-36-76-В);
• військово-топографічна карта РККА 1929 р., масштабу 1:50000 (М-36-76-А, М-36-76-Б);
• військово-топографічна карта РККА 1930-32 рр., масштабу 1:100000 (М-36-64);
• військово-топографічна карта Генерального штабу 1989 р., масштабу 1:100000 ( листи М-36-064 та М-36-076).

Останню групу джерел складають дані дистанційного зондування Землі (далі ДДЗ). їх використання зумовлене потребою виявлення та уточнення просторової позиції «змійових» валів, а також аналізу співвідношення сегментів згаданих споруд та елементів ландшафту. У цю групу входять космознімки досліджуваної місцевості, а також дані супутникового радіоінтерферометра Shuttle Radar Topography Mission.

[Електронне видання "Історичні плани Кам’янця-Подільського". Упорядник: В. Пагор]

Из-за того, каким сырым выглядит этот сборник, может создаться впечатление, что он был по-быстрому составлен не так давно, и именно эта предполагаемая спешка могла бы частично оправдать впечатление, которое производит итог трудов. Однако ещё в 2013 г. этот сборник уже находился в работе, тогда мне удалось ознакомиться с его черновым вариантом и он тогда не особо запомнился. Прошло несколько лет, и вот в 2016 г. вышла книжечка с планам Каменца от Л. Опирхала + этот же автор обещал издать ещё одну подборку, где будут собраны уже рукописные планы. Я тогда подумал, что заповедник просто сильно затянул с выпуском своего сборника, а после того, как Л. Опирхал начал активничать, то уже было поздно бороться за лавры первенства, но моё мнение было ошибочным, что стало понятно, когда каменецкий сборник был всё же выпущен. Казалось бы, наличие сильной конкуренции (не только в виде работ Л. Опирхала, но также из-за активной оцифровки планов, находящихся в европейских коллекциях) должно было поднять планку сборника-от-заповедника на какой-то более высокий уровень, однако и этого не произошло. 

[Електронне видання "Історичні плани Кам’янця-Подільського". Упорядник: В. Пагор]

Начнём сразу с главного - вот ссылка на PDF с планами.

О подборке словами новости, размещённой на сайте НИАЗ "Каменец":

Цитата

6 квітня 2020 

Електронне видання «Історичні плани Кам’янця-Подільського»

Кам’янець-Подільський називають фортифікаційною столицею України. Місто неодноразово привертало увагу інженерів, картографів, митців і мандрівників. Визначально, що у другій половині XVII ст. найпопулярнішим серед українських міст в середовищі європейських картографів став Кам’янець. Вже до середини XVIII ст. було опубліковано близько 20-ти гравійованих зображень міста авторства Йоганна Якуба де Рубейса, Йогана Георга Старке, Сієра де Дарсі, П'єра ван дер Аа, Зігмунда Капрала та ін. Плани Кам’янця-Подільського друкувалися в кращих атласах світу, зокрема вміщені в багатотомній «Прекрасній галереї світу». Сьогодні оригінали цих зображень зберігаються в архівах Республіки Польщі, Литви, Швеції, Німеччини, Великобританії, Франції, Італії.

Українській спільноті невідома більша частина зображень та військово-топографічних планів Кам’янця-Подільського. Зображення міста цінні тим, що вони мають історичну, джерелознавчу та художню цінність. Навіть сучасний споглядач, в руки якого потрапило зображення міста XVII ст., відчує колорит архітектури стародавнього Кам’янця, палітру та неповторність стилю гравера. Тому Національним історико-архітектурним заповідником «Кам’янець» підготовлено каталог «Історичні плани Кам’янця-Подільського». В нього ввійшли художні, військово-топографічні, фіксаційні та проектні плани другої половини XVII – початку ХХ ст. Електронне видання підготовлено згідно ДСТУ 7157:2010. В нього ввійшло 26 планів міста, які подано в хронологічному порядку. Каталог зручний для перегляду на електронних носіях інформації: планшетах, електронних книгах, сматрфонах.

И ещё одна новость по теме:

Цитата

Майстерні обриси рідного міста

Національний історико-архітектурний заповідник «Кам’янець» підготував електронне видання – каталог «Історичні плани Кам’янця-По­дільського». В нього ввійшли художні, військово-топографічні, фіксаційні та проєктні плани другої половини XVII – початку ХХ ст. Загалом – 26 планів міста, які подано в хронологічному порядку. Каталог зручний для перегляду на електрон­них носіях інформації: планшетах, електронних книгах, смартфонах.


Кам’янець, 1684 р., авторство Джованні Джакомо Россі (псевдонім Йоганн Якуб де Рубейс), мідьорит, місце збереження - Рим

У чому унікальність збірки, ми запитали в її упорядника – кандидата історичних наук, наукового співробітника НІАЗу Валентина Пагора.
– Мало хто знає, що історичні плани Кам’янця-Подільського раніше друкувалися в найкращих атласах світу, зокрема вміщені в багатотомній «Le galerie agreable du monde» («Прекрасній галереї світу»), яка опублікована близько 300 років тому, – розповідає науковець. – До середини XVIII ст. в європейських атласах опубліковано близько 20 гравійованих зображень міста авторства Йоганна Якуба де Рубейса, Йогана Георга Старке, Сієра де Дарсі, П’єра ван дер Аа, Зігмунда Капрала та ін. Сьогодні оригінали цих зображень зберігаються в архівах Польщі, Литви, Швеції, Німеччини, Великобританії, Франції, Італії. Завдяки відкритому електронному доступу до деяких зарубіжних архівів та бібліотек, вдалося зібрати та впорядкувати таке видання. Зображення міста важливі у вивченні архітектурної спадщини як іконографічне джерело та мають історичну, джерелознавчу і художню цінність.

Кам’янець - столиця Поділля, 1729 р., авторство П’єр ван дер Аа, місце збереження: «Le galerie agreable du monde» (v.20)

– Які з цих планів раніше не оприлюднювалися?
– Частина копій історичних планів міста знаходиться в Національному історико-архі­тектурному заповіднику «Кам’янець». Цими планами користуються дослідники, котрі цікавляться історією міста, архітектурою, топографією. Із вміщених у елект­ронному виданні 26 планів міста значна частина не вивчалася, лише фрагментарно. Найбільш малодослідженими є нововиявлені плани XVIII ст., які інформують про розбудову міста в той час.
Навіть сучасний споглядач, в руки якого потрапило зображення міста XVII ст., відчує колорит архітектури стародавнього Ка­м’ян­ця, палітру та неповторність стилю гравера.
Особливий інтерес становлять ранні зображення міста, виконані в кольорі: латинський план Кам’янця 1684 р., французький план міста 1691 р., план Кам’янця на Поділ­лі 1700 р., художній план міста 1729 р., військово-топографічні та фіксаційні плани 1735, 1753, 1761 років.

Недосліджений план Кам’янця-Подільського з Амстердаму. Автор П’єр Мортьє (1693 р.)Недосліджений план Кам’янця-Подільського з Амстердаму. Автор П’єр Мортьє (1693 р.)

Електронний каталог «Історичні плани Кам’янця-Подільського» доступний на сайті НІАЗу «Кам’янець» у рубриці «Наукові дослідження».

[Каменец-Подольский: ремонт, реставрация и исследования Резницкой (Гончарной) башни в 1962-1963 гг., в октябре 2017 - феврале 2018 г. и далее]

Основательно выпал из каменецкой темы, и, как показывает практика, тем самым сэкономил себе кучу нервов. 

Наткнулся на уже старенькую новость на сайте заповедника от 29 октября 2019. Приведу только часть текста, касающуюся нужной башни:

Цитата

Збережання пам’яток архітектури Старого міста

Національний історико-архітектурний заповідник «Кам’янець» впродовж трьох останніх років забезпечує виконання ремонтно-реставраційних робіт на пам’ятках архітектури за рахунок коштів державного бюджету. Особлива увага приділяється об’єктам, що потребують виконання протиаварійних робіт. 

В 2017 році таким об’єктом була визначена пам’ятка архітектури Гончарська башта, яка височить на тлі мальовничого каньйону р.Смотрич і є однією з візиток міста. Повернення первісної форми даху башти вимагало вирішення складних інженерних і конструктивних завдань. Демонтаж аварійного даху був проведений в стислі терміни. Складну роботу по організації виконання проведено з повною заміною старих аварійних несущих конструкцій даху на нові: балки, крокви, лати, мауерлати, гонтове покриття, світловий ліхтар, критий конусним завершенням із металевим флюгером. В 2019 році було влаштоване залізобетонне монолітне перекриття, на якому встановлено 2 яруси дерев’яних галерей, з яких відвідувачі зможуть оглянути середньовічну систему оборони найбільшої башти в східній частині Кам’янця.

Проектно-кошторисна документація була розроблена Київським інститутом «УкрНДІпроектреставрація», а роботи виконували фахівці приватного підприємства «Гермес-С».

Аналогічні роботи з ліквідації аварійного стану даху були виконані в 2018 році на Ковальській башті №3 Комплексу оборонних споруд Польської брами. Було влаштовано новий дах з гонтовим дерев’яним покриттям. Гонтини – дошки, колені сокирою, стругані вісним ножем і оброблені у спеціальному розчині, виготовлені згідно стародавніх технологій в столярному цеху МПП «Гермес-С». У цьому році були продовжені відповідні роботи на Ковальській башті. Фахівці встановили блискавкозахист та виконали вогнезахист дерев’яних конструкцій даху башти. Тепер відвідувачі та жителі міста мають можливість побачити відреставровану башту, яка виконувала дозорно-сторожову функцію в системі оборонно-гідротехнічного комплексу Польської брами.

...

Виконані роботи забезпечать збереження пам’яток архітектури і можуть покращити туристичну привабливість Старого міста. 

Даже не знаю, что меня больше впечатлило в этой новости - упоминание об установке в памятнике 16 в. железобетонного перекрытия или кадр, сделанный в интерьере, где видим какой-то сложный симбиоз из сплошных перекрытий и двухъярусных галерей, также имеющих довольно причудливый вид. 

Полез в Сеть поискать ещё интерьерных фото, и нашёл, к сожалению.

Процесс монтажа галерей, больше похожих на какие-то строительные леса:

Источник

А так всё выглядит в итоге. Бетонный пол даже не стали маскировать под дерево, а обо всех прочих необычайных деталях пока промолчу. Туда непременно нужно попасть, чтобы вдумчиво рассмотреть всё это:
  
Источник

[Каменец-Подольский (Кам'янець-Подільський): Безымянная башенка (вежа) комплекса Верхних Польских ворот]

Возможно речь идёт о работах первой очереди. Для реконструкции постоянной кровли необходимо провести ряд работ, обосновать проект, найти на это всё деньги, да и сама конструкция по своим характеристикам будет куда сложнее консервационной кровли. Потому речь может идти о том, что сделают сразу для того, чтобы уберечь постройку от губительного действия атмосферы, а потом, надеюсь, дойдёт дело и до постоянного решения. Хотя, конечно, практика показывает, что в Каменце памятники с уже прохудившимися консервационными кровлями могут стоять годами, а некоторые из них уже давно стоят и вовсе без покрытия, так что даже появление консервационной кровли над этой постройкой - это уже для Каменца будет большим достижением. К примеру, рядом расположенная башня Стефана Батория много лет стоит с дырявой кровлей. 

[Каменец-Подольский (Кам'янець-Подільський): Башня на броде (Захаржевская)]

В сборнике материалов конференции Пам’яткознавство: сучасні аспекти (2020) на с. 94-99 была опубликована статья Анны Кулишовой и Валентина Пагора "Башта на Броді в системі оборонних укріплень Кам’янця-Подільского".

  

  

[Каменец-Подольский (Кам'янець-Подільський): Башня на броде (Захаржевская)]

Новость от 9 мая 2020, размещённая на сайте заповедника "Каменец".

 

29 июля 2020 была опубликована ещё одна новость: 

Цитата

Башту на броді, що в Кам’янці-Подільському, реставруватимуть за державний кошт

На пам’ятці облаштують реставраційний дах замість консерваційного.

У Кам’янці-Подільському частково відреставрують пам’ятку архітектури – Башту на броді, яку датують XVI століттям. Колись вона контролювала головний в’їзд в Старе місто. Як зазначають в Національному історико-архатектурному «Кам’янець», на пам’ятці облаштують реставраційний дах замість консерваційного.

 

«Реставраційні роботи на об’єкті вкрай необхідні, адже консерваційний дах башти перебуває в аварійному стані. Цього року Міністерство культури та інформаційної політики України врахувало наше клопотання і кошти на реставрацію будуть виділені. Мова йде про один мільйон 232 тисячі гривень державного фінансування. Наразі очікуємо проведення процедури торгів. Відповідно до розробленої та погодженої в Міністерстві проектної документації на Башті буде відновлений двозламний гонтовий дах, автором реставрації якого була Євгенія Пламеницька», - розповів сайту «Є» Василь Фенцур, директор НІАЗ «Кам’янець».

У заповіднику додають, що Башта розташована в західній частині Старого міста і належить до групи його основних фортифікаційних споруд. Основна реставрація башти була проведена ще в 1980-ті роки. Однак наразі знову є необхідність проведення реставраційних робіт, оскільки консерваційний дах башти перебуває в аварійному стані. Ще в 2015 році у заповіднику самотужки розкрили пам’ятку, законсервували аварійні ділянки стіни башти та розчистили збережені фрагменти прилеглих оборонних мурів.

[Каменец-Подольский (Кам'янець-Подільський): Безымянная башенка (вежа) комплекса Верхних Польских ворот]

В "Памятниках градостроительства и архитектуры Украинской ССР", Том 4, с. 141, находим краткое упоминание башни (вероятно, этот текст составлен Евгенией Пламеницкой), где высказана версия о постройке башни в 14 в., что делало её одним из самых старых каменных укреплений города:

Цитата

Квадратная башня и оборонительная стена сооружены в XIV в. ... Каменная башня, квадратная в плане, со сторонами 7,6 м имеет толщину стен 1,8 м, высоту 11,6 м. Оборонительная стена протяженностью 37,5 м между квадратной башней и Турецким бастионом сложена из камня; толщина стен в уровне бойниц 1,8 м.

 

В дальнейшем, Ольга Пламеницкая в своей монографии Castrum Camenecensis. Фортеця Кам’янець (2012) высказывала более смелое предположение, согласно которому эта башня могла появиться ещё до литовцев и до 14 в. 

Уже в разделе, посвящённом укреплениям 2-3 вв. н.э. находим упоминание башенки (с. 150-151), которую автор была склонна датировать как минимум 13 в. или даже более ранним периодом, т.е. дако-римским:

Цитата

Північна башта Стефана Баторія, збудована 1564-1565 рр. в системі фортифікацій північної частини острова, демонструє фрагменти давніших укріплень, збудовані на будівельних розчинах підгрулш І-В, що сягають правдоподібно XIII ст., а можливо, й давніших часів - обороний мур і маленьку прямокутну вежу, що фланкує в'їзд через башту* [Пшменицька 0.2000 а: 262].

Давній оборонний мур та вежа в системі укріплень Верхньої Польської брами.
Обмір Є. Лопушинської, 1955 р. Досліджєння Є. Пламеницької.

----------

* Дослідження Є. Пламеницької. Матеріал не опубліковано. Про наявність давнього будівельного етапу свідчать фрагменти споруди, збудовані на будівельних розчинах підгрупи І-В (Стриленко Ю., Нестеренко Т. Заключение по результатам исследований строительных растворов Каменец-Подольской крепости. Отчет НРТО института Укрпроектреставрация. Киев, 1984. - Архів ДНТЦ «Конрест». - С. 4, 7).

Отдельно стоит отметить, что О. Пламеницкая разделяет понятие "башня" и "вежа". В словаре, расположенном в конце книги, она отдельно уточнила (с. 648), что по её мнению вежа  - это "різновид башти архаїчного типу, призначеної виключно для фронтального обстрілу; її особливістю є відсутність виступу або незначний виступ за лице оборонних мурів". Понятно, что башенка автором была названа "вежей" из-за её очевидной архаичности, однако, как видим, эта постройка типологически несколько отличается от классических средневековых веж, поскольку она практически на весь свой объём выступает за линию стены, хотя при этом её фланкирующая способность была сильно ограничена тем, что боковые стены сохранившегося до наших дней боевого яруса были глухими, без бойниц, и разве что верхний ярус мог быть лишён этих недостатков. Конечно, называть её башней было бы неправильно, но и термин "вежа" ей, как по мне, также не идеально подходит, так что я пока остановился на третьем варианте, решив называть её башенкой.

Но вернёмся к основной теме. Так вот, далее, уже в разделе, описывающем укрепления периода 2-й половины 13 - середины 14 в., снова мелькает упоминание башенки (с. 172) как объекта, который, по мнению автора, уже существовал в указанный временной отрезок:

Цитата

До укріплень давньої верхньої брами, очевидно, мала відношення архаїчна квадратна вежа, розташована між Турецьким бастіоном та баштою Стефана Баторія. Ця вежа, на жаль, досі не стала предметом грунтовного дослідження.

В разделе, описывающем укрепления в северной части Старого города, башенка снова мелькает в тексте (с. 377-388). Тут автор отмечает, что по её мнению первоначально там была ещё одна башенка, которая прикрывала старые ворота с другой стороны. Уже в 16 в. ей на смену пришла массивная артиллерийская башня, в результате чего получился редкий (но не уникальный) тандем двух башен, большой и малой, прикрывших новые ворота.

Цитата

До появи цієї башти [т.е. будущей башни Стефана Батория - Filin] брама знаходилась в оборонному мурі, шо стояв по краю берега каньйону. За законами фортифікації брами здебітьшого фланкувалися вежами. Одна з таких веж - невеличка, з двома масивними контрфорсами, збереглася дотепер на захід від брами. Наявність аналогічної стародавньої вежі зі сходу від брами є очевидною з огляду на поширений принцип розпланування тогочасних міських брам - як вищерозглянутої Пільної брами, так і південної.

На с. 388 находим также графическую реконструкция внешнего вида комплекса Верхних Польский ворот, в т.ч. и башенки/вежи. Тут вопросы вызывает расположение бойниц у башенки: во-первых, в боковой стене нижнего яруса видим бойницу, которой там, насколько я знаю, нет, и, во-вторых, есть сомнения в том, что размер башни и толщина её стен давала бы возможность в верхнем ярусе фасовой стены обустроить сразу три бойницы. И, тем не менее, эти реконструкции дают хорошее общее впечатление об общем виде комплекса в 16 в. и о том, как в него тогда могла быть интегрирована башенка:

Цитата

 

Північні укріплення міста. Вигляд на час побудови башти Стефана Башорія у 1565 р. (А) та перебудови 1585 р. (Б). Реконструкції О.Пламеницької, рисунки автора.

На стр. 427 находим интересный план 1800 г., где, помимо всего прочего, видна и планировка башенки:

 

Итого, как видим, даже у О. Пламеницкой, собравшей огромный массив данных по укреплениям Каменца, о безымянной башенке информации приведено очень мало, хотя и в этих крупицах есть интересные и смелые гипотезы как о первоначальной планировке этого участка укреплений, так и о периоде его постройки. Но, конечно, поскольку в самом Каменце не поддерживают дако-римскую гипотезу, да и датировку башенки 13 в. там вряд ли также посчитают вероятной, то архаичность постройки в итоге оценили на 14 век. Будем надеяться, что продолжение раскопок даст дополнительные точки опоры для датировки этого памятника. Другим направлением для поиска ответа на вопрос происхождения башенки может стать поиск подходящих аналогов, однако буду очень удивлён, если подобная работа будет проведена на уровне заповедника.

[Каменец-Подольский (Кам'янець-Подільський): Безымянная башенка (вежа) комплекса Верхних Польских ворот]

Башня (или скорее - башенка) находится в северной часть Старого города. Она входит в комплекс Верхних Польских ворот, который также включает в себя башню Стефана Батория, Турецкий бастион, Ветряные ворота и отрезок стены, которая всё это соединяла в единое целое. Обо всех этих составных частях комплекса много информации опубликовано в отдельной теме, но для безымянной башенки отведу отдельную тему, поскольку она достаточно интересна и загадочна сама по себе, а тут ещё начались её исследования, за которыми должна последовать реставрация и музеефикация, так что будет чем тему пополнять. 

Расположение башенки в Старом городе:

Общий вид на комплекс с высоты (башенка обведена белым контуром):

Чуть ближе:

Неплохое представление о локации можно получить, совершив там виртуальную прогулку при помощи Google Street View:

 

А вот новость от ye.ua, которая подтолкнула меня к созданию этой темы. Там, помимо всего прочего, сообщается, что это "башня литовского периода", однако из текста толком непонятно, то ли современные исследователи поддержали датировку, высказанную ещё в советский период, то ли сами пришли к таким выводам, правда, в этом случае непонятно, что послужило основой для датировки, ведь из находок упомянуты только предметы 19 в.

Цитата

5 Грудня 2020

У Кам’янці-Подільському досліджують найдавнішу башту литовського періоду 

Наразі тут працюють археологи та реставратори.

У Кам’янці-Подільському розпочали археологічні дослідження найдавнішої башти литовського періоду, яка входить в оборонну систему Верхніх Польських воріт. Наразі тут працюють археологи та реставратори. Як розповіли сайту «Є» в Національному історико-архітектурному заповіднику «Кам’янець», ця башта раніше не досліджувалася і була своєрідною «білою плямою» серед оборонних пам’яток Кам’янця.

«Можна сказати, що ми реалізувати давню мрію – дослідити цю башту, - розповідає Василь Фенцур, директор НІАЗ «Кам’янець». - До робіт залучили реставраторів та археологів. Взагалі, раніше її називали напівбаштою. В процесі розкопок вже стало зрозуміло, що це була таки башта».

Розкопки здійснюють археологи Кам’янець-Подільської архітектурно-археологічної експедиції державного підприємства «Науково-дослідний центр «Охоронна археологічна служба України» Інституту археології Національної академії наук України» (керівник – Павло Нечитайло).

Ця башта раніше не досліджувалася і була своєрідною «білою плямою» серед оборонних пам'яток Кам'янця. Фото: надане НІАЗ «Кам'янець»

Паралельно з проведенням археологічних досліджень на башті литовського періоду триває ремонт зовнішньої кладки стін Турецьких бастіонів. Фото: надане НІАЗ «Кам’янець»

Наразі археологи уже виявили вхідний портал з білим кам’яним обрамленням. Як виявилося, вхід в цю башту був значно нижче, десь на 1,5-1,8 метра. Уже розчищено нижній ярус та встановлено розміри башти – 7,6 на 8,3 метра.

Зазначають, що первісно башта була двоярусною, закритого типу. Нижній ярус башти глухий. Північна стіна укріплена потужними контрфорсами висотою до 5-ти метрів та прорізана бійницею. Також виявлено кам’яні п’яти склепіння втраченого другого ярусу башти, кам’яне мощення нижнього ярусу башти. Під час розкопок предмети ХІХ століття - підкову, картеч та металеве ядро.

Як зазначає Василь Фенцур, одночасно з проведенням археологічних досліджень проводиться і ремонт кладки стін Турецьких бастіонів: тут закладають вивали в кладці, вже реставрували втрачені краї бійниць.

Проводяться ремонтні роботи стін, бійниць та проїзду між Кушнірською баштою і муром Турецьких бастіонів. Фото: надане НІАЗ «Кам’янець»

«Також, після досліджень та консерваційних робіт зробимо захід всередину, щоб можна було оглянути, як виглядала ця башта. Хочемо перетворити її на експозиційний об’єкт фортифікаційного характеру. Зверху буде облаштований консерваційний дах. Тож цю башту литовського періоду згодом можна буде побачити як законсервовану, але добре бережену руїну».

Роботи з дослідження башти здійснюють коштом заповідника. Завершити їх планують вже до кінця року.

[Каменец-Подольский: ремонт, реставрация и исследования Резницкой (Гончарной) башни в 1962-1963 гг., в октябре 2017 - феврале 2018 г. и далее]

На конференции "Археологія & Фортифікація України" (2020) Павел Нечитайло рассказал о раскопках, которые проводили близ башни в 2018 г. Видео с его докладом здесь (смотреть с 1:31:34 до 1:40:17).

Работы, как по мне, прежде всего интересны тем, что тогда были расчищены занятные внутристенные ходы, один из которых имеет довольно сложное устройство. Но, к сожалению, доклад был не об архитектура, а об археологии, и потому бОльшая его часть касалась того, что было обнаружено в завалах строительного и прочего мусора у стены башни, а поскольку завалы эти образовались довольно поздно, то обнаруженные там предметы к периоду функционирования башни в качестве укрепления особо не относятся. Из доклада узнаём, что завал, имеющий высоту несколько метров, начал формироваться в конце 18 - 1-й четверти 19 в.

Надёргал картинок из презентации.

План второго яруса башни с отмеченными участками шурфоф (показаны серой заливкой), один из которых был заложен снаружи, а два - внутри:

Работы, проходившие весной 2018. Видно, как раскрывали проём одного из ходов:
 

В интерьере. Слева - ниша камина, справа - внутристенный проход и он же на втором кадре:
 

[Невицкое (Невицьке): реставрация замка]

Обширный фотоотчёт Макса Ритуса, запечатлевший ход работ.

• Часть 1
• Часть 2

[Чишки: костёл св. Леонарда / св. Николая]

Некоторое время назад Т. Перова, уже упоминавшаяся в предыдущем сообщении, озаботилась вопросом выяснения возможных границ укреплений в Чишках, для чего проводила разведку на местности и опрос местного населения. По итогам набросала такую вот схемку, на которой видим вид на старый центр Чишек к северо-запада:

Без пояснений тут не обойтись. Итак, в центре видим "храм", рядом с ним колокольню, по соседству три здания, принадлежащих школе (подписаны "шк"). Коричневыми линиями показаны дороги, синим пунктиром - гипотетическая линия уже не существующего рва. В целом, на рисунке заметен четырёхугольник, который, по мнению Татьяны, мог быть тем самым укреплением. Зелёным заштрихованы наклонные берега террасы, спускающиеся к реке, которая, как мы помним, защищала укрепления с севера и востока. Местные жители рассказывают о существовании целого ряда подземных ходов (куда же без них, когда речь идёт о старом месте), и, судя по рассказам, они пересекаются в районе колокольни, а от неё идут к костёлу, и в трёх других направлениях, причём восточный ход на своём пути вроде как стыкуется с целым рядом подвалов. Эти гипотетические ходы отмечены на схеме волнистыми линиями.

В целом, судя по этой схеме, укреплённый участок вписывается приблизительно в такой вот контур:

Google-карта

Если с показанными границами участка с севера, востока и запада я могу предварительно согласиться (поскольку и сам ранее склонялся к похожему их расположению), то местонахождение южной линии вызывает вопросы. Дело в том, что южный сектор практически полностью занят кладбищем, причём оно там, судя по всему, начало формироваться аж в конце 18 в., тогда как первоначально кладбище было рядом с костёлом (уже в наши дни натыкались на захоронения близ храма, когда проводили ремонтные работы на участке по случаю 600-летия парафии). Возможно старое кладбище у костёла было закрыто австрийской властью, которая была известна своим стремлением выносить кладбища за пределы заселённой территории, дабы они не отравляли грунтовые воды и другими способами не нарушали эпидемиологическую ситуацию. При этом участок современного кладбища на карте фон Мига вообще показан в виде пустыря, а раз там отвели место под кладбище, то, вероятно, вряд ли там была какая-то заселённая территория, чего можно было бы ожидать, если бы она находилась внутри валов. В общем, на основании имеющихся сведений тянет сократить территорию гипотетического укрепления как минимум до такой:

Но даже такое расположение не во всём выглядит логичным. К примеру, при таких очертаниях укреплённого центра гипотетическая башня-колокольня оказывается в центре, а не на линии одного из рубежей обороны, а ведь А. Карвацкий уверял, что с колокольней стыковалась одна из линий валов... В общем, остаётся ждать поступления новые сведений или новых мыслей, которые бы прояснили картину.

[Чишки: костёл св. Леонарда / св. Николая]

Штрихи к портрету

В Чишках я побывал в формате короткого набега, и пробыл там всего минут 10-15, толком не успев не то что вокруг побродить, но даже и костёл как следует не осмотрел, а в истории участка начал копаться уже после поездки. Потому локация напрашивается на повторный визит, во время которого уже можно будет всё обследовать чуть детальней, а пока предлагаю вашему вниманию кое-какие сырые зарисовки по теме. 

Взглянем на спутниковый снимок. Слева - чистый, справа - с пометками. В наши дни исторический центр села огибает речушка (№5), правда, такой изгиб она имела не всегда, но, как мы помним, именно она прикрывала укрепления с севера и запада. Рядом с костёлом (№1) виден хорошо различимый склон невысокой террасы (№3), прорезанной перед западным фасадом дорогой. Если террасу сопоставить с участком укрепления, то становится понятно, что оно существенно превышает по площади тот участок, который в наши дни занимает храм. К югу от костёла видно здание плебании 19 в. (№6), и, как я понял, именно за ним, судя по тексту А. Карвацкого, находился сад (предположил, что его участок находился там, где разместил метку №7). Карвацкий сообщает, что укрепления охватывали не только участок плебании, но и значительную часть сада, но где именно проходила южная и восточная линии обороны мне неизвестно. Казалось бы, что колокольня (№2), оказавшаяся между костёлом и плебанией, располагалась как бы внутри линии обороны, однако всё тот же Карвацкий сообщал, что колокольня первоначально играла роль башни и находилась на линии одного из валов. Сходу казалось, что этот вал должен был проходить как-то так, как я его показал на снимке (№4), однако непонятно, как с такой трассой вала увязать сообщение Карвацкого, который сообщал о том, что после стыковки с колокольней вал, тянувшийся в западном направлении, пересекал сад, и выходил к реке. Отсутствие чёткой синхронизации описания укреплений, оставленного А. Карвацким, с тем, что видно на местности завело меня в некоторый тупик. То ли я неправильно понял, где располагалась плебания и сад, то ли то, что я принял за следы укреплений, на самом деле ими не является, но так или иначе даже общего образа укрепления в Чишках пока сформировать не удалось. А №8 - это, разумеется, кладбище, имеющее отношение к участку и истории костёла.

 
Bing-карта

Поскольку собственными фотографиями самых интересных участков Чишек я пока не обзавёлся, воспользуюсь кадрами, которыми со мной поделилась Татьяна Перова. На них можно увидеть линию террасы, тянущуюся по оси запад-восток вдоль дороги:

  

Что касается восточной и южной линий валов и рвов, то, возможно, эти рубежи обороны укреплений были затёрты по часто применявшейся схеме - вал сворачивали в ров, а образовавшийся участок застраивали, засаживали огородами, секли дорогами и всякими другими способами маскировали границы укреплённого участка. Но это только предположение, а как там было на самом деле, возможно, ещё узнаем.

Одним из итогов знакомства с источниками, описывающими историю храма, был пересмотр облика памятника - если раньше он казался довольно цельным, то сейчас костёл для меня выглядит как загадочный слоёный пирог, что и постарался в общих чертах показать на картинке. К сожалению, как следует из сведений, изложенных в первом сообщении темы, по самым старым объёмам храма нет чётких и достоверных данных, и потому, к примеру, алтарная часть и "скарбец" могут быть как постройками конца 15 в., так и 16 или 17 в., а тот же А. Прохаска считал, что они и вовсе относятся к 18 в. Центральная и восточная часть нефа с одной стороны более-менее однозначно была достроена в начале 1770-х гг., однако неясно, возводилась ли она с нуля от фундаментов или же включала в себя стены предыдущего строительного периода. Лишь где-то с конца 18 в. уже имеем более чёткое понимание, что и когда строилось, пристраивалось и наращивалось. Картинка будет ещё более пёстрой, если вспомнить, что фасад костёла украшают статуи 17 в., а в нижний ярус колокольни вмонтированы барельефы 3-й четверти 18 в.

[Старая Котельня: городище (летописная Котельня, Котельнич, Котельница)]

В этом видео с 1:08:59 по 1:10:05 бегло описан старт реставрации костёла, который чудом избежал сноса. Рассказ украшен таким вот фото:

[Чишки: костёл св. Леонарда / св. Николая]

Обсуждается этот объект: костел в Чишках

с. Чишки находятся в каких-то 15 км к юго-востоку от Львова:
 
Карта Визиком


В центре села в наши дни можно увидеть террасу, оставшуюся в наследство от укрепления, которое некогда окружало местный храм. Костёл, первоначально деревянный, а с конца 15 в. перестроенный в камне, также относят к категории оборонных объектов. 

Поскольку археологические раскопки в центральной части села, насколько мне известно, не велись, а о существовании здесь какого-нибудь славянского городка письменных сведений нет, то в моём распоряжении есть только осторожные устные предположения отдельных археологов, допускающих, что костёл в Чишках мог быть посажен на участок небольшого городища, которое могло входить в сферу влияния расположенного неподалёку Звенигорода. Но пока в нашем распоряжении нет убедительных доказательств в пользу версии о существовании здесь укреплений, возведённых до 13 в., то остаётся сдвигать их появление уже к периоду, когда в укреплённый пункт превращали местный костёл, т.е. не ранее конца 15 в., а земляными валами, следы которых видимы ныне, локацию могли прикрыть ещё позже, возможно уже ближе к концу 16 в. или даже в 1-й половине 17 в.

Есть парочка источников, которые довольно подробно описывают как ключевые события из истории села в целом, так и историю самого костёла в частности. Первый - это целая книга Czyszki koło Lwowa: w pięćsetną rocznicę utworzenia parafii rzymsko-katolickiej (1920) авторства Антония Прохаски, увидевшая свет в честь 500-летия католической парафии. Второй - размашистая справка о костёле из 8 тома (издан в 2000 г.) серии "Materialy do dziejow sztuki sakralnej. Wojewodztwo ruskie" (ниже для краткости этот источник буду называть "Materialy"). Этого издания в Сети нет, но, благодаря помощи Александра Волкова удалось ознакомиться с его содержимым. Много информации по истории Чишек можно найти на сайте Марека Бартошевича, этот же автор издал 2-томник Czyszki koło Lwowa, но с его содержанием пока не имею возможности ознакомиться. Есть также книжечка "Штрихи до історії села Чишки" (1999), с которой мне пока не удалось пересечься, но буду очень удивлён, если там найдутся сведения, которые не были опубликованы поляками. Если я правильно понял, то именно последним источником активно пользовалась Ирина Пустынникова, заполняя страничку Чишек у себя на сайте. 

Пройдёмся по истории села и костёла.

2-я половина 14 - 1-ая половина 15 в. В собственности Дмитровских.

"Історія міст і сіл УССР. Львівська обл." (1968) в справке о селе (с. 605) из полезных сведений сообщает только дату первого письменного упоминания села - 1437 г. а из археологический находок отмечает лишь орудия каменной эпохи. "История городов и сёл УССР. Львовская обл." (1978) также скупа на информацию, прибавляя к общей картине упоминание о находке на территории Чишек "поселения первых веков н.э. (пшеворская культура)". На самом деле не с 1437, а с 1420 г. уже давным давно связывают первое письменное упоминание села. Тогда в Чишках было построен первый, тогда ещё деревянный, костёл Всех Святых. Кстати, не так давно местная парафия праздновала 600-летие.

Известно, что в 1442-1443 гг. корона пыталась доказать своё право на владение Чишками, и по этому случаю владелец села Ян Дмитровский был вызван в суд, где ему, однако, удалось доказать, что упомянутое поселение в течение нескольких поколений принадлежала роду Дмитровских, и что ещё в 1364 г. оно было передано в собственность Вацлаву, сыну Жеготы из Голухова, который также именовался Дмитровским по названию соседнего с. Дмитровичи [A. Prochaska, s. 11].

В 1-й четверти 15 в. Николай Дмитровский, "католик от отца и матери" и богатый землевладелец, стимулирует формирование в Чишках нового католического центра, для чего приглашает обживать село польских и немецких колонистов [A. Prochaska, s. 6-7]. Вокруг поселения располагались преимущественно православные поселения, и чтобы в новом католическом очаге пламя лучше разгоралось 11 ноября 1420 г. в Чишках был построен первый деревянный костёл, посвящённый Всем Святым, а рядом, очевидно, в отдельном домике, поселился настоятель храма, которому также выделили немного земли для содержания парафии [A. Prochaska, s. 7, Materialy, s. 53]. Текст фундационного документа в полном виде можно почитать в книге А. Прохаски [A. Prochaska, s. 8-11, 132-135]. В дальнейшем владельцами села были Ян (выше его уже упоминал в контексте судебного разбирательства 1442-1443 гг.) и Станислав Дмитровские, вероятно, сыновья Николая [A. Prochaska, s. 11]. 

От Дмитровских к Струмилам.

У Яна Дмитровского был сын, также названный Яном, который вступил в доминиканский орден, а Чишки он записал на свою сестру. В 1456 г. Чишки уже числились в собственности львовского хорунжего Ежи (Юрий) Струмило, а это, вероятно, означает одно из двух - либо село в качестве приданого перешло к Ежи в результате его брака с сестрой Яна, либо поселение могло быть просто ему продано [A. Prochaska, s. 11].

От Струмилов к францисканам.

Под властью Ежи Струмило село пробыло совсем недолго - 15 апреля 1456 г. он выхлопотал у короля право подарить своё имущество какому-либо монастырю [Materialy, s. 53], а через месяц, 15 мая, во Львове был подписан документ, согласно которому Ежи передавал Чишки во владения францискам. Также сохранился документ от 24 августа 1463 г., подтверждавший эту передачу. Оба документа, написанные на латыни, в полном виде приведены в Akta grodzkie i ziemskie z czasów Rzeczypospolitej Polskiej ..., T. 5, s. 188-191. Перевод документа 1456 г. на польском есть у А. Прохаски [A. Prochaska, s. 12-17]. Кстати, факт передачи села францисканам, как и текст документа 1456 г. нам известны благодаря документу 1463 г. - именно там был приведён текст 1456 г., не сохранившийся в оригинале [A. Prochaska, s. 17].

Передача села в собственность одного из монашеских орденов во многом была вызвана некоторым кризисом местной парафии, которая не особо активно развивалась, поскольку находилась на попечении львовских священнослужителей, которые в Чишках бывали время от времени, тогда как создание в селе филиала одного из монастырских орденов давало возможность снабдить село постоянными пастырями [A. Prochaska, s. 27].

Францисканы в селе закрепились на века - Чишки под их контролем находились вплоть до 1-й половины 20 в. "Słownik geograficzny Królestwa Polskiego ...", Т. 1 (1880) на с. 188 в очень краткой справке сообщает, что римо-католическая парафия находилась в Чишках, и что "Владение принадлежит францисканскому монастырю во Львове". "Ilustrowany przewodnik po Lwowie" (1925) авторства Мечислава Орловича кратко сообщает, что в растянувшемся на 3 км вдоль р. Маруньки "чисто польском селе", всё ещё принадлежавшем львовским францисканам, из достопримечательностей имеется парафиальный костёл.

Конец 15 в. Строительство каменного костёла.

Ок. 1490-х г. Чишки были опустошены татарами, которые сожгли деревянный костёл [A. Prochaska, s. 19, 113]. После этого францисканы начали строительство каменного костёла, и именно потому нижний порог датировки существующего в наши дни храма установлен на уровне конца 15 в. Строительство, скорей всего, было закончено к 1492 г., поскольку в документе того времени уже фигурирует храм, очевидно, новый, посвящённый уже в честь св. Леонарда [A. Prochaska, s. 19, 113]. 

Здесь интересно отметить, что выбор св. Леонарда в качестве покровителя храма имел под собой явный экономический подтекст, поскольку тогда через Чишки проходила одна из дорог на Львов, которой активно пользовались купцы, курсировавшие между востоком и западом, а они упомянутого святого считали своим покровителем, и потому, отправляясь в опасное путешествие или возвращаясь домой, купцы, конечно, охотно делали остановку у местного костёла, обогащая францисканский филиал своими пожертвованиями [A. Prochaska, s. 22]. Другой серьёзной статьёй дохода францисканцев была сдача сельских земель в аренду [A. Prochaska, s. 35]. В дальнейшем росту благополучия храма способствовал также тот факт, что в Чишках был центр католического прихода, включавшего ряд окрестных сёл [A. Prochaska, s. 40, 122; Materialy, s. 54]. В общем, строительство солидного каменного храма было экономически оправдано. 

Как именно выглядел тот каменный костёл точных сведений нет. В книге А. Прохаски по этому поводу приводятся путаные сведения - в одном месте автор утверждает [A. Prochaska, s. 25], что в ходе перестройки последней четверти 18 в. от старого храма "не осталось и следа", поскольку его "разобрали до фундаментов". Однако в дополнительной статье, размещённой в той же книге, но написанной уже другим автором, приводятся совершенно другие сведения [A. Prochaska, s. 113-115, 117], согласно которым от первой каменной версии костёла сохранилась алтарная часть, а также примыкающая к ней с юго-востока пристройка "скарбец" (т.е. хранилище костёльных ценностей). Также стоит отметить, что ни в одном из сохранившихся документов не упоминается, что в процессе реконструкции/перестройки 18 в. старый костёл был разрушен до фундаментов [Materialy, s. 63]. В сохранившейся до наших дней алтарной части храма угадываются готические мотивы - узкие и высокие окна (3 из них были позднее замурованы), стены, усиленные контрфорсами, элементы декора. Вероятно, основная часть храма также носила следы поздней готики. На основе описания костёла 1755 г., в тексте которого мелькнуло упоминание аж 8 алтарей, было сделано предположение, что на самом деле у первой версии каменного храма был не один неф, а целых три, т.к. в однонефном сооружении было бы сложно разместить 8 алтарей, однако в наши дни эта версия подвергается сомнениям [Materialy, s. 55], поскольку в более ранних, так и в более поздних описаниях храма встречаются упоминания только 6 алтарей, а это значит, что цифра 8 могла быть указана по ошибке. Уже в наши дни была высказана версия, согласно которой то, что в наши дни выглядит как алтарный сегмент, на самом деле в конце 15 в. могло считаться полноценным храмом, доказательством чему служит неплохо сохранившийся амещённый над алтарём фронтон (кирпичный, декорированный), который можно увидеть, если заглянуть в пространство между сводами и кровлей [Materialy, s. 63], правда, полной уверенности в датировке этой части храма нет, ведь готические архитектурные элементы в этих краях использовали вплоть до 17 в., и потому готические детали могли появиться уже в ходе перестроек 16 или 17 вв. [Materialy, s. 63]. Проблему могло бы разрешить базовое обследование архитектуры храма, в рамках которого можно было сделать зондажи, обследовать кладку, растворы, стыки и различные архитектурные детали, однако такие обследования не проводились, хотя были моменты, когда такие работы были уместны, к примеру, если бы их провели во время последнего тотального ремонта храма 2000-х гг.

Если допустить, что не только участок храма, но и сам костёл был приспособлен к обороне, то можно предположить, что в его верхней части, над нефом и алтарной частью был обустроен боевой ярус, который могли разобрать при перестройке храма в 18 в. Однако на текущий момент в объёме памятника не было обнаружено ни одной детали, которая бы явно свидетельствовала о приспособлении постройки к обороне, но с другой стороны это и не означает, что таких деталей никогда не было, поскольку многочисленные ремонты и реконструкции могли затирать и уничтожать подобные элементы.

Одним из оборонных сегментов комплекса храмовых построек могла быть стоящая рядом с костёлом колокольня, тогда ещё, вероятно, деревянная. Нынешняя постройка относится к концу 18 - 1-й половине 20 вв., но считается, что она была возведена на месте утраченной оборонной башни-колокольни [A. Prochaska, s. 123]. Интересно, что колокольня ориентирована по сторонам света не так, как храм, и это может быть связано с тем, что ориентация колокольни была задана вектором утраченной линии укреплений [A. Prochaska, s. 123]. В инвентаре 1774 г. было отмечено, что старая колокольня была построена из дуба [Materialy, s. 69].

16 век.

Близость дороги, ведущей во Львов, приносило не только доход, но и неприятности, поскольку по этому пути в Чишки довольно часто наведывался неприятель. Вероятно, село было опустошено в 1509 г. [A. Prochaska, s. 20], когда господарь Молдавского княжества Богдан III Кривой несколько дней осаждал Львов, а его войска параллельно грабили окрестности. Татары проносились по Чишкам в 1515 [A. Prochaska, s. 34], 1575 и 1579 гг. [A. Prochaska, s. 20]. Разумеется, каждый раз доставалось местному костёлу, который в лучшем случае могли просто грабить, в худшем - сжигать. Последствия частых набегов привели к полному упадку села, тотальному сокращению его населения. В 1592 г. даже пришлось присоединить чишскую парафию к львовскому монастырю францисканцев, чтобы благодаря этому слиянию снова можно было вернуть село к жизни и восстановить пребывавший в руинах костёл [A. Prochaska, s. 21, 135; Materialy, s. 53-54]. В 1595 г. по селу снова нанесли удар татары [A. Prochaska, s. 24].

Описание укреплений.

В книге А. Прохаски есть раздел, написанный францисканским историком Алойзыем Карвацким, где мы находим описание укреплений в Чишках [A. Prochaska, s. 110-111]. Поскольку в других источниках об укреплениях зачастую либо ничего не сказано, либо просто бегло упомянуто о том, что когда-то некие оборонные сооружения существовали, то посчитал нужным привести любопытный текст францисканца целиком (в переводе):

Цитата

Место, на котором в Чишках стоит главный костёл, в давние времена выглядело несколько иначе, чем его видим сегодня. Было оно оборонным; представляло собой городок или форталицию, природно и искусственно укреплённое, чтобы защитить костёл и местное население от неприятельских нападений. Хотя следы этой защиты давно затёрты, кто бы сейчас не посмотрел на то место повнимательней, ещё сейчас увидит следы валов и точно отметит, где они проходили вокруг костёла. Городок охватывал всю территорию вокруг костёла, а также дом пробоща [ксёндза] и значительную часть лежащего сзади за ним плебаньского сада. С севера и запада это место защищали довольно крутые берега и мутная речка, протекающая с той стороны. С востока и юга, поскольку там была ровная поверхность, были некогда человеческими руками вырыты глубокие рвы, а вдоль них, с внутренней стороны, насыпаны высокие валы, на которых стояла как минимум одна деревянная башня, служившая одновременно костёлу колокольней. Эти рвы и валы с восточной стороны начинались у речки неподалёку от костёла за главным алтарём; рядом, где сегодня ризница, поворачивали под прямым углом на запад и бежали по прямой линии к современной колокольне (ранее башне), пересекали плебаньский сад и снова заканчивались у реки. Крутые берега и валы ощетинивались частоколами, за которым легко можно было защититься даже от значительного татарского набега, тем более, что в прошлом татары не использовали тяжёлого огнестрельного оружия.

Выше уже писал, что мы не располагаем сведениям о времени постройки укреплений. Может они возникли ещё в 16 в., может в 1-й половине 17 в. или же оба варианта могут быть одинаково верными, если допустить, что укрепления могли поэтапно развиваться, с течением времени, возможно, охватывая всё большую площадь. Поскольку деревянный костёл погиб ещё в конце 15 в. в ходе татарского набега, и с начала 16 в. неприятель продолжал постоянно тревожить село, то вряд ли францисканцы и жители села стали бы ждать 17 в, чтобы создать в поселении какой-то первый укреплённый пункт.

Нет особых сомнений в том, что был укреплён участок в непосредственной близости от костёла, но реликты валов и описание территории, которую охватывали оборонные сооружения, намекают на то, что валами был прикрыт не только костёл, но и участок на подступах к храму, вероятно, бОльший по площади, поскольку туда, как было сказано выше, помещалась даже "значительная часть плебаньского сада". Из приведённого описания А. Карвацкого сложно составить точное представление о трассе линий укреплений, поскольку, к примеру, не до конца понятно, где именно находился дом ксёндза и какую площадь занимал расположенный "сзади за ним" сад, а также сложно связать описание францисканцы с картиной нынешнего дня, ведь сегодня вал костёльного участка лучше всего заметен с севера и запада, тогда как историк писал, что как раз с этих сторон участок полагался на естественную защиту, а валы/рвы находились с востока и юга, но где именно находились эти реликты мне неизвестно. На этом вопросе чуть детальней остановлюсь во 2-м сообщении данной темы.

 

Также стоит упомянуть, что соседние сёла, расположенные на других львовских дорогах, также обзавелись храмами, прикрытыми земляными валами: к северу от Чишек имелась укреплённая церковь в Миклашеве, а к югу - костёл в Дмитровичах.
 

17 век.

Хотя владения, принадлежащие духовенству, были свободны от постоя войск, это правило работало не всегда. В 1634 г. был интересный случай, когда опекун парафии не дал разрешения какому-то отряду войск стать на постой, при этом офицер грозился убить ксёндза где-нибудь за селом, на дороге, "как собаку" [A. Prochaska, s. 40]. Известно, что солдаты были остановлены где-то перед домом священника, а это, возможно, означает, что дальше им продвинуться помешал не только устный запрет, но и укрепления, которые находились где-то в том районе.

В 1620 г. село пострадало от очередного татарского набега, костёл был опустошён [Materialy, s. 53, 54-55]. В 1648 во время казацко-татарского похода на Львов в его окрестностях были разрушены множество сёл, в т.ч. и Чишки. Костёл тогда хоть и не был полностью разрушен, но внутри был полностью разграблен и изувечен [A. Prochaska, s. 23]. Экономическая ситуация не позволила исправить нанесённый урон, вероятно, был проводился только самый необходимый ремонт, но о возвращении храму былого величия и богатства нельзя было и помыслить [A. Prochaska, s. 24]. К тому же во 2-й половине 17 в. через село продолжали прокатываться вражеские волны: в 1655 казаки, татары и московиты, в 1657 г. войска Ракоци, в 1672 и 1675 гг. турки и татары, и это не считая более мелких нападений [A. Prochaska, s. 24]. С другой стороны предполагают, что скульптуры, которые и в наши дни можно увидеть на фасаде храма, могли быть созданы во 17 в., ими могли украсить храм либо после погрома 1620 г., либо после разорения 1648 г. [Materialy, s. 63].

18 век.

В протоколе визитации 1722 г. кратко упомянуто, что костёл находится в хорошем состоянии [Materialy, s. 55]. В визитационном документе 1741 г. костёл охарактеризован как "обширный и великолепный", на тот момент в храме шли масштабные ремонтные работы, в сопроводительном инвентаре описаны 6 алтарей и разного рода предметы культа [Materialy, s. 55, 66-68]. Есть мнение, что автор этого инвентаря застал не ремонт, а подготовку к полной перестройке/реконструкции храма [Materialy, s. 63]. Сохранилось описание костёла, составленное 20 июня 1755 г. Храм, описанный как добротно построенный в былые времена, на тот момент нормально функционировал и был снабжён всем необходимым, а рядом с ним тогда находилась деревянная колокольня с тремя колоколами [A. Prochaska, s. 43]. Ещё одна визитация состоялась в 1762 г., однако в документе, описывающем её итоги, вроде бы не содержится ничего принципиально нового [Materialy, s. 55].

Несмотря на то, что в 1-й половине и в середине 18 в. храм уже не подвергался разрушениям, его постройка, судя по всему, во 2-й половине 18 в. считалась ветхой, чему, наверняка, способствовал не только возраст, но и множество пережитых в 16-17 вв. перепетий. Состояние храма требовало радикальной реконструкции [A. Prochaska, s. 24]. Работы вроде как начались при львовском архиепископе Николае Выжицком (1696-1757), т.е. не позднее 1750-х гг. [A. Prochaska, s. 25], а закончилась при архиепископе Вацлаве Сераковском (1770-1780) где-то ближе к середине 1770-х гг., поскольку в 1774 г. новый храм освятили [A. Prochaska, s. 25], в память о чём сохранилась мемориальная плита [A. Prochaska, s. 111], а также инвентарь с подробным описанием храма того времени и ключевых эпизодов его истории [A. Prochaska, s. 49; Materialy, s. 55]. При этом в третий раз костёл сменил небесного патрона - освятили его уже в честь св. Николая [A. Prochaska, s. 25], правда, с этим освящением есть путаница, поскольку даже упомянутая мемориальная таблица убеждает, что в 1774 г. храм посвятили в честь св. Леонарда [Materialy, s. 55]. Как уже писал выше, А. Прохаска считал, что в ходе этой реконструкции старый костёл конца 15 - середины 18 вв. был снесён до фундаментов [A. Prochaska, s. 25], хотя в той же книге сообщается, что алтарную часть всё же оставили, включив её в объём новой постройки, правда, при этом несколько перестроили, в результате чего готические черты превратили в барочные [A. Prochaska, s. 115], а три окна замуровали [A. Prochaska, s. 117]. В качестве строительного материала служи кирпич [Materialy, s. 58]. Новый объём построили однонефным, с шестью окнами. По длине он был где-то на 1/3 меньше, чем неф, который можно увидеть в наши дни, на порядок скромнее был и его декор, так что в целом, несмотря на новое строительство, этот этап свидетельствовал о некоторой деградации архитектуры храма [A. Prochaska, s. 115]. Инвентарь 1774 г. также упоминает деревянный притвор/бабинец размером длиной 7,8 и шириной 10,8 м., пристроенный к западному фасаду храма и накрытый двускатной кровлей [A. Prochaska, s. 71; Materialy, s. 56, 68]. Внутри храма было 5 алтарей [Materialy, s. 56]. Текст инвентаря 1774 г. приводят "Materialy do dziejow sztuki sakralnej ..." на с. 68-72.

Когда узнаёшь, что старый костёл разобрали только для того, чтобы построить новый, а этот последний к 1774 г. уже был не только построен, но и освящён, то, конечно же, ждёшь увидеть метку храма на карте Фридриха фон Мига (1779-1783), однако с удивлением обнаружил, что подходящего обозначения в нужном месте нет. Раньше, до того, как ознакомился с историей памятника, я бы предположил, что картографы могли попасть на место как раз в тот промежуток, когда старый костёл был уже разобран, а новый ещё не был построен, и тогда отсутствие метки было бы вполне логичным, однако, судя по периоду создания карты, этот сценарий не подходит. Если всё же храм на карте отсутствует именно по этой причине, то в этом случае придётся предположить, что есть ошибка в датировке карты (что очень сомнительно) или в датировке строительства нового костёла (что также маловероятно). К сожалению, никаких явно выраженных следов укреплений на карте нет, но зато с её помощью можно составить общее представление о рельефе в нужном районе:

Mapire.eu

В алтарной части костёла, в нише, образовавшейся на месте одного из замурованных окон, разместили статую скорбящего Христа, на постаменте которой вырезана дата "1778" [Materialy, s. 59].

В 1789 г. вместо деревянной колокольни была возведена новая, кирпичная, дата возведения которой упомянута в инвентаре 1820 г. [Materialy, s. 56, 61]. Возможно именно тогда два угла нижнего яруса колокольни, обращённые к храму, украсили, вмуровав в стену 4 каменных барельефа. Ранее считалось, что они ещё в 17 в. украшали готический костёл [A. Prochaska, s. 122], но в наши дни эти произведения искусства датируют 3-й четвертью 18 в., а их происхождения считается неустановленным [Materialy, s. 62, 65]. В наши дни в северо-западном углу костёльной террасы, на склоне вала, можно увидеть колонну со скульптурой, датируемой 17 в. [Materialy, s. 62, 63, 65], вероятно, именно она в 1-й половине 20 в. стояла на кладбище [A. Prochaska, s. 114]. 

Есть также данные о храме, относящиеся к 1785, 1788, 1790, 1791 и 1795 гг., но в контексте данной темы они не особо интересны, поскольку сосредотачивают своё внимание на описи находящихся в костёле предметов (посуды, риз, картин и т.п.) [Materialy, s. 56].
 

19 век.

В 1802 г. к югу от храма из кирпича построили новую плебанию/дом ксёндза, подвергавшийся перестройкам в 1897 г. [A. Prochaska, s. 55; Materialy, s. 62]. Рядом также находилось кирпичное здание школы [A. Prochaska, s. 55], приписанное к храму. Кстати, первая школа при храме появилась ещё в конце 15 в. [Materialy, s. 54]. Инвентарь 1820 г. упоминает 3 алтаря, наличие нового органа, а также сообщает о существовании некого дополнительного входа в храм, которые в наши дни замурован [Materialy, s. 56-57].

8 июня 1823 г. костёл пострадал от сильного удара молнии, которая повредила своды и алтари, разбила шесть окон, разорвала несколько картин и разметала церковную утварь [A. Prochaska, s. 69]. 20 декабря 1825 г. возник пожар, уничтоживший две хозяйственные постройки на храмовом участке, а с конюшни пришлось сорвать крышу, чтобы остановить огонь, который мог перекинуться на костёл [A. Prochaska, s. 69].

Центр села с участком храма на кадастре 1856 г.:

Источник

В 1857 г. костёл, стены которого в интерьере ранее сверкали белизной, был расписан [A. Prochaska, s. 69; Materialy, s. 65]. Ещё раз храм расписывали в 1903 г. [A. Prochaska, s. 72].

К концу 19 в. костёл не вмещал даже и половины прихожан, и потому возникла необходимость увеличить объём здания. В 1894-1895 гг. была проведена значительная реконструкция храма - был полностью разобран западный фасад, а также примыкавшая к нему деревянная постройка притвора/бабинца, после чего неф был расширен (вытянут на два пролёта свода) в западном направлении [A. Prochaska, s. 71, 116]. В целом, этак реконструкция лишь удлинила ранее построенный неф, и дала храму новый фасад, не меняя при этом общую концепцию оформления интерьера [Materialy, s. 63]. Новый фасад, помимо всего прочего, был декорирован скульптурами тремя скульптурами 17 в. [Materialy, s. 58-59], которые украшали две предыдущие версии храма [A. Prochaska, s. 116].

Судя по всему, большую часть истории храма его кровля была гонтовой, в очередной раз новым гонтом костёл накрыли в 1897 г. [A. Prochaska, s. 71].

Костёл и его участок хорошо видны на австрийской карте 1861-1864 гг:
Mapire.eu

Чуть позже, где-то между 1869 и 1887 гг., австрийцы сделали ещё одну карту, на которой даже отметили тот отрезок вала/склона костёльной террасы, который можно увидеть и в наши дни (отметил его на карте белыми стрелками, храм - красной):

Mapire.eu

1-ая половина 20 века

В 1908 г. колокольню надстроили ещё одним ярусом и накрыли жестяной кровлей, а внутри разметили три новых колокола. Какие-то работы на колокольне проводились и в следующем году, в память о чём в её стену вмуровали плиту с надписью "Odnow. R. 1909" [A. Prochaska, s. 73-74, 123]. В 1909 г. на костёльном участке были снесены ряд ветхих построек, а вместо них возвели новый хозяйственный корпус и несколько других сооружений [A. Prochaska, s. 74-75]. 

В 1911 г. вместо гонта кровлю костёла перекрыли черепицей, сделанной в Дрогобыче [A. Prochaska, s. 76, 118]. Интересно, что костёл не был первой постройкой на участке, который снабдили черепичной кровлей - плебания и хозяйственный корпус такой кровлей обзавелись в 1909 г. [A. Prochaska, s. 75]. 

В 1914 г. были запланированы масштабные работы по превращению костёльного участка в монастырский комплекс, и для этих целей уже были подготовлены и свезены на участок стройматериалы, в т.ч. 130 тыс. кирпичей, однако начало Первой мировой войны перечеркнуло эти планы [A. Prochaska, s. 76, 124]. Войну храм пережил без разрушений, правда, его начинку временами потрошили, а в 1918 г. были реквизированы 2 из 3-х колоколов [A. Prochaska, s. 80-81]. Удивляет то, что череду ограблений пережили ряд ценных предметов, среди которых находилась то ли чаша для причастия, то ли дароносица "с русской надписью", изготовленная ещё в 1673 г. В 1919 г. ей изготовили замену, а раритет был переправлен на хранение францисканскому монастырю в Кракове [Materialy, s. 58]. Инвентарь 1937 г. сообщает о том, что костёл снова (уже в третий раз) был расписан, а его алтари - отремонтированы [Materialy, s. 58, 59, 65]. Сходу не удалось узнать, когда костёл лишился черепичной кровли, которую заменили кровлей из листового металла. Несмотря на все перипетии, перестройки, ремонты и обновления, в интерьере храма в 1-й половине 20 в. можно увидеть ряд довольно старых предметов - так один из образов главного алтаря датируют 1-й четвертью 17 в., резное распятие  - 17-18 вв., один из боковых алтарей и ряд других произведений искусства - 18 в. [Materialy, s. 59-60]. Часть ценной костёльной начинки хоть и уцелела, но была вывезена из Чишек и в наши дни хранится в разных местах на территории Львовской обл. (краеведческий музей в Винниках, музей в Олесском замке) и в Польше [Materialy, s. 62, 64].

Старая плебания на фото межвоенного периода (второе фото 1937 г.):
  
Источник

Фото конца 1930-х - начала 1940-х гг. (?) и ещё один кадр 1943 г., где уже видим перестроенную плебанию:
 
Источник

Интерьер костёла (первые два фото 1939 г.):
  
Источник

"Памятники градостроительства и архитектуры Украинской ССР", том 3 (1985), с. 188:

Цитата

Чишки, село.

Николаевский костел, XV—XVIII вв., и колокольня, XIX в.

Первоначальный деревянный костел основан в 1420 г. После разрушения татарами в 1492 г. построен новый, каменный. В 1575, 1589 и 1648 гг. восстанавливался после очередных разрушений. Существующий памятник возведен в 70-х годах XVIII в. с использованием старой апсидной части и южного помещения. По состоянию на 1774 г. имел деревянный притвор. В 1894 г. расширен пристройкой к западному фасаду двух прясел и помещения к северной стене апсиды. Состоит из прямоугольного нефа, перекрытого цилиндрическим сводом с распалубками, и граненой удлиненной апсидной части, укрепленной контрфорсами. Завершенный высоким щипцом главный фасад стилизован под готику. Щипец оформлен зубчатым фризом. В нишах фасада размещена скульптура XVII—XVIII вв. Конек крыши завершает сигнатурка готической формы. 

К югу от сооружения находится колокольня. Каменная, двухъярусная, квадратная в плане, под высокой пирамидальной кровлей. Верхний ярус со спаренными арочными проемами надстроен в 1909 г. В стены нижнего яруса вмонтированы скульптурные рельефы XVII — XVIII вв. Памятник относится к значительным произведениям галицкой архитектурной школы.

 
Николаевский костел в с. Чишки. Главный фасад; Колокольня Николаевского костела в с. Чишки. Общий вид. 

Как видно по тексту, справка скорей всего составлена с опорой на книгу А. Прохаски, однако его идею о полном разрушении старого костёла автор справки из "Памятников градостроительства ..." не поддержал, а вместо этого отдал предпочтение версии А. Карвацкого, согласно которой от старого костёла всё же сохранилась алтарная часть.

В "Памятниках истории и культуры Украинской ССР" (1987) на с. 335 очень скупо отмечено, что в селе есть "Костел и Колокольня, XV-XIX [вв.]".
 

Справка из каталога-информатора Владимира Пшика Укріплені міста, замки, оборонні двори та інкастельовані сакральні споруди Львівщини XIII-XVIII ст. (2008):

Цитата

Чишки

Розташоване на р. Маруньці, за 30 км на пн. сх. від районного центру. Перша згадка про село походить з 1420 р. Поселення, мабуть, входило до маєтку Вацлава, сина Жеготи з Ґолухова, який він отримав в 1364 р. разом з головною садибою в Дмитровичах. Від назви села члени сім’ї почали називатись Дмитровськими. Чишки належали цій родині до 1449 р., доки її не викупив львівський хорунжий Юрій Струмило. У 1465 р. останній подарував село львівським францисканам, які були його власниками аж до XX ст. Оскільки Чишки знаходилися на шляху татарських нападів на Львів, то неодноразово потерпали від них. Мабуть, єдиним пунктом опору в поселенні міг бути зведений наприкінці XV ст. мурований костел св. Леонарда, в пізніші часи — св. Миколая. Костел розташований у сх. частині села, на пд. від дороги, на невеликому підвищенні, яке в давні часи було вигідним місцем для влаштування малої форталіції.

Оборонний костел в с. Чишки. Фото Станіслава Міхти.

Література:

• Słownik geograficzny Królewstwa Polskiego i innych krajów słowiańskich. — Warszawa. - І. - S. 887
• Akta grodzkie і ziemskie z czasów Rzeczypospolitej Polskiej. — Lwów. - V. - S. 188-191. - № CXLV
• Prochaska А. Czyszki koło Lwowa - w pięćsetlietnią rocznicę utworzenia parafii rzymskokatolickiej. - Lwów, 1920. - S. 11-14
• Orłowicz M. Przewodnik po Lwowie. — Lwów-Warszawa, 1925. - S. 254-255
• Tylus Sac S. Fundacje kościołow parafialnych w średniowiecznej archidiecezji lwowskiej. — Lublin, 1999. - S. 67-68, 120-122
• Materiały do dziejów sztuki sakralnej. Województwo ruskie. — Kraków. - VIII. - S. 53-65
• Історія міст і сіл УРСР. Львівська область. — Київ, 1968. - C. 605
• История городов и сел Украинской ССР. Львовская область. — Киев, 1978. - C. 494-495
• Памятники градостроительства и архитектуры Украинской ССР. — Киев, 1985. — III. - C. 188
• Памятники истории и культуры Украинской ССР. — Киев, 1987. - С. 335. 
   

Практически все источники, на которые опирался В. Пшик, я привёл выше. Не нашёл только "Fundacje kosciolow parafialnych w sredniowiecznej archidiecezji lwowskiej", но вряд ли там есть какие-то сведения об архитектуре храма, о его укреплениях или о военной истории Чишек, которые бы не встретились в других источниках. Интересно, что ссылка на книгу А. Прохаски рекомендует искать нужную информацию на с. 11-14, однако практика показала, что масса других сведений о костёла имеется и на других страничках книги, а описание земляных укреплений и вовсе находятся на с. 110-111, так что, возможно, Владимир до них и не добрался, а если добрался, то ссылок на эти страницы не дал. 

Костёл на фото 1996 и 2000 гг., опубликованных в издании "Materialy do dziejow sztuki sakralnej". Фото предоставил А. Волков:
 

 


В наши дни храм находится под крылом УГКЦ. К сожалению, мне лично не нравится то, как уже в наши дни храм преобразился снаружи и в интерьере - на место сдержанности, лаконичности и простоте линий/форм/декора пришли спорные дизайнерские решения, а местами даже откровенный китч. Хорошо хоть, что к моменту моего приезда нелепый козырёк, установленный перед фасадом, уже был демонтирован, однако все другие прелести остались.

 
Источники: 1, 2

P.S. В книге А. Прохаски есть также упоминание десятков курганов, находившихся в окрестностях Чишек [A. Prochaska, s. 58-59]. Их наличие запротоколировано в документе кадастровой комиссии, которая в 1787 г. описывала границу села. По мнению А. Карвацкого, которое приведено в той же книге [A. Prochaska, s. 111-112], эти курганы, часть которых удобно располагалась на возвышенностях, были визуально связаны друг с другом и с курганами близ других соседних населённых пунктов, а это давало возможность использовать древние "копцы" в качестве обширной сигнальной системы, для чего на верхушках курганов собирали кучи хвороста, которые поджигали при появлении татар, и, таким образом, сигнал тревоги передавался дальше и дальше.

[Jana Henryka Müntza podróże malownicze po Polsce i Ukrainie (1781-1783) / Живописные путешествия Яна Генриха Мюнца по Польше и Украине (1781-1783) (1982). Автор: Elżbieta Budzińska / Эльжбета Будзинская]

Dear Mihai Gribincea

Unfortunately, I do not have an electronic version of this book and I have no opportunity to make one.

I found my copy of the book in a neighboring country, Poland, оn the online auction https://allegro.pl/. Now there are no copies for sale, but sometimes a book appears on sale there.

[Козацькі містечка Північного Сходу Лівобережної України (2020). Авторы: Євген Осадчій, Олексій Коротя]

Поскольку полноценное знакомство с книгой ещё впереди, то пока ограничусь кратким описанием первых (и потому очень поверхностных) впечатлений. Поскольку ниже минусов упомяну чуть больше, чем плюсов, то сразу уточню, что изданием я вполне доволен - каждый из его плюсов легко перевешивает все описанные ниже минусы, и потому не думайте, что я переполнен плохими впечатлениями. Книгу смело рекомендую к покупке.

Плюсы:

• Много новой и довольно детальной информации о двух десятках малоизвестных укреплений.
   
• Помимо часто встречающихся в подобных изданиях вкраплений старых карт/схем есть много свежих авторских иллюстраций: планов, графических реконструкций, рисунков. 
   

Минусы:

• Каждой локации посвящена отдельная статья, но при этом нет какого-то авторского введения, которое бы объясняло общую концепцию издания: по какому принципу были отобраны описанные объекты, почему именно в таких географических границах, насколько много в районе было таких укреплений и т.д. Мне недостаёт этого единого стержня, без которого книга воспринимается скорее не как единая работа, а как сборник статей, что, впрочем, также неплохо.
   
• Качество печати местами не очень и потому часть карт в книге присутствуют скорее номинально - рассмотреть на них что-то конкретное не редко бывает довольно не просто. 
   
• Хотелось бы увидеть современное фото укреплений или локаций, где они находились, но такого типа графического информации в книге нет вообще.
   
• В подобных изданиях мне недостаёт координат объектов. Да, в случае с крупными укреплениями давать наводку на некую точку может и бесполезно (хотя и в этом случае польза может быть, поскольку быстро можно сориентироваться, где нужная локация находится относительно современного населённого пункта), а вот в случае с небольшими укреплениями координаты были бы весьма кстати.
   
• Поскольку в книге нет общей карты, то чтобы понять, о каком именно секторе и каких именно укреплениях "Північного Сходу Лівобережної України" идёт речь пришлось делать свою карту. Уже глядя на неё можно быстро сориентироваться, что из 21 описанного объекта 20 находятся на территории Сумской обл. и 1 на территории Полтавской обл.
  
  

[Козацькі містечка Північного Сходу Лівобережної України (2020). Авторы: Євген Осадчій, Олексій Коротя]

Рік видання: 2020

Автори: Євген Осадчій, Олексій Коротя

Видавництво: Експрес-книга, Харків

Мова: українська

Формат: 14,9 х 21 х 2,7 см (60х84/16)

Обкладинка: тверда

Папір: офсетний

Кількість сторінок: 428

Ілюстрації: багато чорно-білих планів, карт, графічних реконструкцій, малюнків

Наклад: 100 прим.

ISBN: 978-617-7902-22-4

Купити можна у одного з авторів, Євгенія Осадчого, оформивши замовлення через персональні повідомлення в facebook.

Аннотація:

Цитата

Книга присвячена історії невеликих містечок північного сходу Лівобережної України. Матеріал подається в контексті появи та функціонування укріплень на їх території, їх ролі в історії регіону. Значна частина з них виникла саме у XVII ст., хоча окремі міста відомі ще за часів Київської Русі. Монографія присвячена 21 населеному пункту, які мали статус міста або були військово-адміністративними центрами і мали власне самоврядування. Для археологів, істориків, вчителів, студентів.

Про аворів:

 

Приклади сторінок:

    

    

Зміст:

Цитата

Вступ - 4

Білопілля - 6

Боромля - 22

Ворожба (сумська) - 45

Ворожба (білопільська) - 63

Вороніж - 78

Глинськ - 93

Костянтинів - 113

Краснопілля - 127

Кролевець - 137

Куземин - 158

Лебедин - 190

Межиріч - 213

Миропілля - 234

Михайлівка - 253

Недригайлів - 267

Олешня - 287

Опішня - 316

Ромни - 338

Сміле - 368

Спаське Поле - 385

Терни - 403

Список скорочень - 425

Про авторів - 426

Вступ:

Цитата

Монографія Євгена Осадчого та Олексія Короті «Козацькі містечка Північного Сходу Лівобережної України», розкриває історію сіверсько-слобідського прикордоння крізь призму урбаністичної історії. Сучасна європейська історіографія розглядає кордон як явище, що знаходиться на межі різних суспільств, слабко інтегроване в державні інституції, має динамічний характер та характеризується дифузією культур. Прикордонний статус повною мірою позначився і на процесах формування та функціонування міст (протоміст), як центрів суспільного розвитку. В своїй більшості досліджувані авторами населені . пункти не стали потужними ремісничими чи торгівельними центрами, а виконували насамперед роль оборонних форпостів та військово-адміністративних центрів.

Означена територія неодноразово змінювала політичне підпорядкування. З найдавніших пунктів регіону згадаємо поселення сіверян у м. Ромни, де перші укріплення виникли на зламі IX - X століття. За доби Київської Русі східна Сіверщина стала кордоном держави із Степом. Експансія київських князів покликала до життя такі протоміста, як літописні Вир чи В’яхань, що з’явилися у XI століття.

У середині XIII на Сіверщину прийшла Золота Орда, а від XIV століття тут посилюється литовський вплив. Від початку XVI століття, коли Чернігово-Сіверщина була захоплена Московською державою, центром військової організації краю стає московський Путивль, а на Сіверщині та Слобожанщині з’являються городки та остроги - укріплені пункти, що були заселені боярськими дітьми, а згодом і козаками. Введення воєводського правління та реформи прикордонної служби значно прискорюють урбанізаційні процеси.

Із входженням у 1569 р. українських воєводств Великого князівства Литовського до складу Речі Посполитої, колонізацію південної Сіверщині розпочали магнати Вишневецькі, яким вдалося нагромадити тут значні земельні латифундії. Шляхетська експансія активізується на початку XVII століття, із поверненням

значної частини Чернігово-Сіверщини до Корони Польської. На міждержавному кордоні, що посунувся далі на схід, з’являються нові населені пункти, як то містечко Олешня - прикордонний форпост Речі Посполитої. Важливим проявом колонізації Сіверщини стало надання у 1644 р. Кролевцю Магдебурзького права.

Від середині XVII століття, коли Лівобережна Україна була включена до складу Московської держави, почалася стрімка урбанізація як Сіверщини, так і Слобожанщини. Регіон постійно потерпав від татарських набігів, в 1658 р. проти московських залог у містах виступив гетьман Іван Виговський, під час військової кампанії Яна II Казимира у 1663 р. тут діяло коронне військо. Важливу роль фортеці сіверсько-слобожанського прикордоння відіграли в протидії шведської армії під час військової компанії 1708-1709 рр.

Відзначимо, що чималу увагу автори приділили вивченню фортифікації та просторовому плануванню. Широке залучення археологічних джерел, а також карт та креслень, значно розширили джерельну базу роботи. Окремі сюжети присвячені й церковній історії - Скельському Преображенському та Михайлівському Іоанно-Предтеченському монастирям.

Безсумнівно, що представлене дослідження буде цікавим не лише вузькопрофільнйм спеціалістам, але й широкому читацькому загалу.

Доктор історичних наук,
Національний університет «Чернігівський колегіум» імені Т.Г.Шевченка
Ігор Кондратьєв

[Церковь Святой Параскевы Пятницы: история и архитектура]

Из книги Собор Бориса Возницького: спогади, роздуми (2019), стр. 160:

Цитата

Особливо запам’яталася реставрація П’ятницького іконостасу. Грандіозне творіння кінця XVI початку XVII ст. у церкві Параскеви П’ятниці у Львові перебувало в катастрофічному стані, і доля його була під загрозою. Основний каркас, до якого кріпилися ікони та різьба, дуже похилився вперед, міг впасти в кожну хвилину. Деревина ікон сильно знищена жуком-деревогризом. До мене часто приходив отець Ярема, великий дослідник та знавець історії іконопису, на той час він правив у церкві Параскеви П’ятниці. Його також дуже хвилював загрозливий стан іконостасу. Річ у тому, що рятувати ікони в діючих церквах було заборонено.

Ігор Кудин, голова Товариства охорони пам’яток Львівської області, задумав нездійсненне. Товариство оплачує кошти, майстерня галереї бере на себе реставрацію. Залишалося домовитись у верхах, тобто в обкомі партії. Секретарем тоді, як згадано, був Віктор Добрик. На моє прохання відповів: «Робіть, тільки без жодного шуму. Якщо виникнуть проблеми, посилайтеся на мене. Не забудьте тільки показати, коли закінчите роботу».

Два роки над іконостасом працювала вся реставраційна майстерня галереї.

Після закінчення реставрації зробили виставку, відбулася міжвідомча вчена рада. Участь у ній взяли В. Овсійчук, Д. Крвавич, отець Ярема, наші реставратори. Це було дуже сміливо для галереї. Врятований іконостас повернули у церкву.