Jump to content
Замки и Крепости Украины - Форум

Filin

Модераторы
  • Posts

    4,709
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    592

Filin last won the day on August 10

Filin had the most liked content!

2 Followers

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Город
    Киев

Контакты

  • Сайт
    https://www.facebook.com/zamki.kreposti
  • Skype
    zamki-kreposti

Recent Profile Visitors

84,814 profile views

Filin's Achievements

Тест

Тест (4/4)

1.2k

Reputation

  1. Денис, пишите автору в фейсбуке, узнавайте у него, где её можно купить.
  2. Татьяна, попробуйте купить на сайте издательства (там сказано, что книга есть в наличии).
  3. Прогулка вдоль линий городских укреплений:
  4. Ров старого замка - это мощная линия обороны, следы которой в наши дни очень слабо читаются, хотя при этом весьма вероятно, что ниже уровня текущей поверхности ров должен был весьма неплохо сохраниться. К сожалению, на участке памятника раскопки совсем не проводились (если не считать закладки единичных шурфов), нет в нашем распоряжении и планов 17 в. (о планах 16 в. и мечтать не приходится), нет и письменных источников нужного периода и нужного содержания, и потому, размышляя на тему рва, пока приходится довольствоваться теоретическими рассуждениями и допущениями. Хочется в общих чертах составить хотя бы сырую версию того, как старый ров (и замок с таким рвом) мог выглядеть при Николае Сенявском и его сыновьях. Начну с конца - ниже один из вариантов внешнего вида замка со рвом. Тут очень много допущений, и для каждой из деталей может быть несколько вариантов визуализации, и всё же для старта можно рассмотреть одну из комбинаций элементов: А теперь чуть детальней о составляющих. Немного источников В нашем распоряжении есть три плана, где вокруг старого замка показан ров, однако все эти источники относятся аж к 1-й половине - середине 18 в., и даже по ним видно, что и в указанный период конфигурация рва у старых стен менялась, и, очевидно, что это была финальная стадия изменений, а ведь ров существовал ещё с середины 16 в., и функционировал как минимум до начала 17 в., т.е. до момента, когда вокруг старого замка была возведена линия бастионных укреплений. На плане ок. 1720 г. ров показан только с южной и юго-восточной стороны. Он выглядит довольно хаотично из-за неровных границ и ширины, меняющейся на разных участках. Тем не менее, он всё ещё функционировал, и тогда через него был переброшен мост, ведущий к воротам: Ров на плане из коллекции Иоганна М. Г. фон Фирстенхофа, ок. 1720-х гг. (?): К середине 18 в. были проведены работы по прокладке через всю территорию замка заполненного водой канала (на изображении ниже он обозначен буквой W), при обустройстве которого даже фрагментарно сохранившиеся до этого времени следы старого рва были затёрты. Итог работ можно видеть на плане 1755 г., в частности, на этой прорисовке северной части замкового комплекса: Канал с плана 1755 г. в несколько изменённом виде показан на проекте возрождения замка от "Укрзахідпроектреставрації": Логично предположить, что ров середины 16 в. окружал замок петлёй, соединяясь с рекой к северо-востоку и северо-западу от замка, что в сумме предоставляло круговую оборону. Также кажется логичным, что ров заполнялся водой из реки. Поскольку в северо-западном, северном и северо-восточных секторах бастионные укрепления 17-18 вв. примыкают практически вплотную к линиям старых укреплений, то можно предположить, что исчезновения рва на этих участках произошло в процессе строительства новой линии земляных укреплений, для обустройства которой старый ров на ряде участков пришлось полностью засыпать, но даже там, где его сохранили, конфигурация рва могла быть изменена. Старый ров мог просуществовать довольно приличный период, нижнюю границу которого можно сдвинуть где-то к 1530-м - 1540-м гг., т.е. начальному периоду строительству замка, а верхнюю - где-то ближе к 1620-м гг., т.е. к периоду постройки первого варианта бастионных укреплений, хотя и после этого старый ров фрагментарно сохранялся до середины 18 в. К началу 19 в. засыпали и канал, показанный на плане 1755 г., проложив над ним улицу, так что даже этот водный рукав, хоть как-то напоминавшая про старый ров, исчез, в результате чего замок затерлись последние признаки существования важной преграды на подступах к старому укреплению. Было крайне мало попыток представить внешний вид старого рва. На рисунке Ольги Пламеницкой (статья-источник), где показан замок по состоянию на 2-ю половину 17 в., изображён более-менее регулярный ров, окружавший замок со всех сторон, в том числе и со стороны реки. Его глубина что-то ок. 5-6 м., ширина ок. 12-15 м. Автор также предполагал, что каменные стены укреплений, формировавшие эскарп рва, имели наклон. Стоит отметить, что по версии О. Пламеницкой бастионными укреплениями замок обзавёлся только в начале 1670-х гг., и потому на этой реконструкции видим соседство уже перестроенного замка 17 в. со рвом, появившемся ещё в 16 в., хотя если исходить из версии постройки бастионных укреплений ок. 1620-х гг., то, возможно, нельзя было увидеть одновременно ров в старом виде одновременно с уже сильно перестроенным замком. Размышляя над внешним видом рва, я, в принципе, пришёл к похожей конфигурации и похожим размерам, но при этом предположил, что ров мог иметь чуть более сложное устройство. Ров вокруг старого замка показан и на реконструкции Збигнева Щепанека, опубликованной в его альбоме "Zamki na Kresach" (2008). Однако тут облик замка представлен с таким количеством странных и непонятно откуда взятых деталей, что полноценной реконструкций это изображение я бы назвать не решился. Чего только стоит то, что на месте, где должен быть ров, у автора показана размашистая терраса, а сам ров находится уже за этой площадкой. При этом на стенах, в их нижней части, показано аж два яруса бойниц, хотя в наши дни различим только один, и если предположить, что второй ярус и был, то он-то как раз должен был выходить в ров, который на его рисунке спрятан под "засыпкой" террасы. В общем, странностей и несуразиц в этом рисунке очень много. Конфигурация Если исходить из версии, согласно которой пятиугольник замковых стен с тремя (или четырьмя, если брать в расчёт гипотетическую восточную башню) сформировался при Николае Сенявском в середине 16 в., то мы имеем дело с регулярным укреплением, пусть даже его симметрия местами нарушена. А в регулярном укреплении ров был не только неотъемлемой, но и очень важной частью системы замковых фортификаций, а потому он также, вероятно, был довольно симметричной и хорошо спланированной конструкцией. Поскольку я разделяю мнение, согласно которому в проектировании и строительстве замка участвовал архитектор-итальянец или же какого-то носитель идей итальянской фортификационной школы, то мне кажется важным присмотреться к итальянским наработкам рубежа 15-16 вв. В этот период практически все новые укрепления строили регулярными, с хорошо продуманными рвами, находящимися в тесном взаимодействии с другими укреплениями замков. Их конфигурацию можно условно разделить на несколько типов: 1. Регулярные рвы, не повторяющие линии внешнего контура стен и башен. Встречаются довольно редко. Это зачастую просто четырёхугольная выемка, внутри которой установлено укрепление, имеющее более сложную планировку. Замок в г. Венафро (Италия), 1480-е - 1490-е гг.: Источник: Google Earth 2. Рвы, слабо/частично повторяющие линии внешнего контура укреплений. Также довольно редки, поскольку использовались непродолжительный период, уступаю место рвам более современных конструкций. Укрепления Отранто (Италия), конец 15 - 1-ая треть 16 в.: Источник: Google Earth Укрепления Фамагусты (Кипр), конец 15 - 1-я половина 16 в.: Замок в Имоле (Италия), 1470-е гг. Здесь ров меняет конфигурацию только в районе округлых барбаканов (в Италии эти постройки ещё во 2-й половине 15 в. называли равелинами), но не повторяет контуры укреплений замка напротив стен и башен: Источник 3. Рвы, полностью повторяющие контуры укреплений. Этот тип завоевал популярность ещё в конце 15 в. и довольно быстро вытеснил все прочие не регулярные конфигурации рвов, перейдя по наследству уже к бастионным укреплениям. Здесь можно выделить два подвида - в одних случаях ров имел равную ширину, как напротив стен, так и напротив башен, в других - ров расширялся напротив куртин и сужался напротив башен. Ширина рва напротив башен и куртин зависит от того, что в указанный период с большей вероятностью выбирали в качестве объектов для штурма. В случае с Бережанским замком, разумеется, это были куртины, а вот на его мощные и довольно высокие башни взоры штурмующих вряд ли обращались бы, и потому в Бережанах логично было не только увеличить ширину рва напротив куртин, но и немного уменьшить его ширину напротив башен. Замок в Корильяно-д’Отранто (Италия), 1-я четверть 16 в.: Источник: Google Earth Замок в Бриндизи (Италия), 1480-е гг.: Источник: Google Earth Замок в г. Пезаро (Италия), 1474-1483 гг. с рвом шириной в 25 м.: Источник: Google Earth 4. В бастионных укреплениях "Испанский форт" в г. Л'Акуила (Италия), 1530-е - 1560-е гг. (т.е. строился параллельно с замком в Бережанах). Это раннее бастионное укрепление, помимо всего прочего, вызывает интерес конфигурацией рвов, которые на исходящих углах имеют закругления, как будто рвы окружают не остроугольные бастионы, а округлые башни. Источник К середине 16 в. бастионные укрепления всё чаще обзаводятся классическими/привычными рвами остроугольного "звёздного" начертания. Это лишь очень краткий экскурс в историю рвов итальянских укреплений, но он в общих чертах показывает важный тренд - переход к регулярным и симметричным формам рвов ещё в конце 15 в. и закрепление этой схемы в 1-й половине 16 в. Если предполагаемый итальянский архитектор приступил к строительству замка в Бережанах в 1530-х гг., то к тому времени мастер с большой долей вероятность был носителем идеи рвов, повторявших конфигурацию основной линии укреплений. И в то же время, опираясь на эти примеры, понимаем, что уважающий себя мастер в 1-й половине 16 в. не стал бы просто вырывать какую-то бесформенную канаву произвольной глубины с осыпающимися склонами и рваными краями, нет - по канонам это должна была быть первая линия внушения уважения, а это подразумевает совсем иной подход. Тут уже ров не просто выемка в земле, а важная часть нового комплекса укреплений, и потому она должна была иметь соответствующий вид. Однако тут возникает небольшая проблема - если в Италии в указанный период были особенно популярны укрепления с башнями, расположенными на углах, то в случае с Бережанами имеем редкую или даже уникальную планировку с заломами стен, фланкируемыми башнями. Прямых аналогов подобных укреплений нужного периода мне пока найти не удалось, не исключено, что их и нет, т.к. в конце 15 - 1-й половине 16 в. строилось множество экспериментальных укреплений, внешний вид которых ранее не использовался, а позже не копировался. Замок в г. Акайя (Италия). Аналог с натяжкой, но всё же интересен, как пример организации рва у укрепления, снабжённого полукруглыми башнями, заломом и одиночным бастионом. Ров, как видим, в общих чертах повторяет конфигурацию укреплений, но ширина его с наиболее опасной стороны (т.е. с той, где возведён бастион) увеличивается. Также обратите внимание, что и здесь со стороны бастиона контрэскарп рва имеет не остроугольную, а закруглённую форму. Источник Аналоги бережанской схемы чуть проще отыскать среди планировок малых бастионных укреплений 2-й половины 16 - 17 вв. (что в некотором роде делает честь автору проекта замка в Бережанах, поскольку выбранная им концепция обороны сохраняла актуальность и в 17 в.). Так вот, среди шанцев и фортов можно отыскать примеры укреплений с заломами, которые фланкировали одиночные бастионы, расположенные по центрам куртин. Но поскольку это уже бастионная фортификация, то ров тут имеет вполне ожидаемую регулярную "звёздную планировку". Треугольный вариант: В случае с этими вариантами обратите внимание, что схема закругления углов контрэскарпов была популярна даже в эпоху уже более-менее чистой бастионной фортификации. Если на первом варианте все углы имеют закругления, то во втором ими снабжены только два угла, расположенные напротив куртин, формирующих острые углы: Четырёхугольный вариант: Примеры хотелось бы дополнить ещё и пятиугольным вариантом (наиболее соответствующем пятиугольной планировке Бережанского замка), но такого не нашёл. Ко 2-й половине 16 в. пятиугольник использовался в случае с довольно большими укреплениями, снабжёнными солидными гарнизонами, а такие объекты укреплялись не по бюджетной схеме, где на пять углов приходилось три фланкирующих постройки, а по полноценной, где каждый из пяти углов был снабжён фланкирующим бастионом. Ширина рва Опираясь на личную базу данных по ширине рвов итальянских укреплений рубежа 15-16 вв. могу в общих чертах описать ситуацию с популярными размерами рвов: Ширина рвов напротив фланкирующих башен/ронделей у небольших укреплений на рубеже 15-16 вв. не редко имела относительно незначительную ширину в 7, 8, 9, 10 метров (8 и 10-метровые рвы были наиболее популярными), затем следуют укрепления с шириной рвов в 11, 12, 13, 14 м. Но это всё мелкие по площади/значимости объекты, а в кругу объектов среднего круга наибольшую популярность приобретает ширина рва в 15-16 м, за ней следует провал популярности (т.е ров шириной 16-19 м мало кого интересовал), а затем новый всплеск популярности приходится на ров шириной ок. 20 м. Т.е. существовала некая модульность - до 15 - ниже среднего, до 15 - норма, выше 15 - выше среднего, 20 и более - то, к чему стоило стремиться, но не каждый себе мог такое позволить. В случае с укреплениями, у которых ширина рва возрастала напротив куртин, в среднем также наблюдалась популярность модульной системы, т.е. если напротив ронделя ров имел ширину 15 м., то напротив куртины - 20. Для укреплений указанного периода характерной была ширина рва 13-15 м., ок. 20 и ок. 25 м. Таким образом, и здесь наблюдается популярность одних размеров и непопулярность (или даже полное игнорирование) других. В случае с бастионными укреплениями 1-й половины 16 в. картины более-менее похожая, только там масштабы больше. Так, рвы напротив бастионов очень редко имеют ширину менее 15 в., а чаще всего - ок. 20 или ок. 25 м. Ширина рва в районе куртины могла стартовать от 20 м., типичной была ширина в 25-30 м., а у отдельных укреплений она достигала 35-40 м. К 1-й половине 17 в. рвы стали ещё шире - средними и наиболее популярными считались рвы шириной 30-40 м., а у крупных крепостей они имели размеры от 40 до 50 м. Таким образом, со 2-й половины 15 в. и на протяжении 16 в. наблюдается тренд увеличения ширины рвов, причём уже на рубеже 15-16 вв. рвы шириной в 15 м. считались средними, а солидные укрепления начинали комплектовать рвами шириной в 20-25 м., а в случае с ранними бастионными укреплениями уже 20-25 метровые рвы стали нормой, а рвы от 25 до 35 м. относились к категории выше среднего. Исходя из этого, можно предположить, что у Бережанского замка рвы, если их делали по канонам того времени, скорей всего имели ширину не менее 15 м., а может даже более, к примеру, ок. 20 м. Если судить по планам ок. 1720 г., то в то время ширина рва напротив южной линии укреплений местами могла достигать 20 м. В начале темы на рисунке показал ров шириной 15 м напротив куртин и 10 м напротив артиллерийских башен. По рисунку видно, что выступы рва напротив башен не сильно выдаются в поле и потому возникла мысль, что если ров был шириной 20 м., то без этих выемок вполне могли обойтись, и в таком случае ров мог иметь простую пятиугольную форму, без полукружий и многоугольников, повторяющих форму башен. Глубина рва Интересно, что глубина рвов не так сильно менялась с конца 15 и в течение 16 в. Рвы глубиной 4-5 м. были широко распространены как в конце 15, так и на протяжении всего 16 в, глубина ок. 6 м. была чуть более предпочтительной, у крупных укреплений глубина достигала 8 м. Более глубокие рвы сооружали редко, не редко углубление происходило за счёт размещения по центру основного рва ещё одного мини-рва (кювета или кюнеты), но это уже в большей степени было свойственно зрелой бастионной фортификации, да и то для объектов с сухими рвами. Косвенные сведения о возможной глубине рва Бережанского замка можно почерпнуть со старых фото, где показано, на каком уровне протекала рядом с замком река на рубеже 19-20 вв. Как можно увидеть, терраса двора возвышалась где-то на 4 м относительно уровня воды. Т.е. если бы ров замка не был зарыт в 17-19 вв., то для его наполнения водой он должен был иметь глубину не менее 4-х метров относительно текущей поверхности. + из оборонных соображений глубина воды там должна была держаться на уровне не менее 1,5-2 м. Конечно, ситуация 19-20 вв. может быть вообще не показательна для 16 в., но всё же это хоть какая-то точка отсчёта. Источник Можно также учесть то, что в наши дни сохранившиеся остатки рва, окружавшего бастионные укрепления, имеют глубину ок. 3-3,5 м. относительно площадки бастионного укрепления: Источники: 1, 2 Ещё один момент - ров в идеале должен был сохранять свою функциональность даже в случае полного замерзания воды в нём, т.е. вода должна была начинаться на определённой глубине, желательно на уровне 3 м или ниже от верхнего края контрэскарпа рва, чтобы в ров было не только трудно попасть, но и тяжело оттуда выбраться. Итого, тянет предположить, что в ров старого замка имел глубину не менее 4 м., а может и ок. 5-6 м, из которых на пару метров его должна была заполнять вода. Интересно, что одной из больших проблем при копании рвов в 17 в. был большой объём получаемой земли, которую нужно было куда-то девать. В случае с земляными укреплениями всё просто - роешь ров, а из полученной земли формируешь куртины и бастионы, но в случае с каменными замками ситуация совсем иная. И тут есть несколько вариантов - землёй, добытой из рва, могли подсыпать внутренний двор замка, могли использовать её для возведения укреплений "пригородка", или же могли её использовать для сооружения вала/гласиса непосредственно перед рвом. Гласис Как известно, гласис представлял собой пологий вал, высота которого повышалась по мере приближения у укреплению. Он служит для более грамотного истребления штурмующих. Во 2-й половине 16 в. гласис комплектуется прикрытым путём - боевым ходом, который проходил за рвом, перед гласисом. Однако гласис появился задолго до появления прикрытого пути, и уже активно использовался в 1-й половине 16 в. Его наличие давало укреплению несколько преимуществ: во-первых, гласис уменьшал видимую часть стен, что мешало артиллерии наносить по ним удары, во-вторых, гласис увеличивал глубину рва, поскольку у контрэскарпа вал/гласис поднимался выше окружающей местности минимум на 1,5-2 м. (т.е. если ров имел глубину всего 3 метра, то за счёт гласиса он мог стать 5-метровым). Есть парочка деталей, которые могут свидетельствовать в пользу существования гласиса (или вала иной конструкции) перед рвом, причём в этом случае каменные укрепления изначально должны были проектировать с учётом того, что такой вал будет. Во-первых, это линия артиллерийских амбразур, которые в наши дни находятся не у самой поверхности, а на высоте ок. 3,5 м. относительно окружающей местности. Не исключаю, что их подняли так высоко, поскольку ниже их нельзя было расположить из-за обустроенного за рвом вала, который бы просто частично или полностью перекрывал обзор. Во-вторых, на сечении южной полубашни, опубликованном О. Пламеницкой, видно, что первый ярус имеет меньшую толщину, чем второй, что очень странно, если считать, что нижняя часть стены также была открыта для прямых ударов артиллерии противника, но если допустить, что нижняя часть стены где-то на 3-3,5 м. была прикрыта валом, то уменьшение толщины в нижнем ярусе выглядит уже более логичным шагом, как и увеличение толщины стены на втором ярусе, не имевшем внешнего прикрытия. На иллюстрации, показанной ниже, приведён ряд примеров простейших гласисов без прикрытых путей, причём видим их применение как для куртин нового типа (мощных земляных насыпей, обмурованных камнем), так и для стен старого типа: Источник Взаимодействие с гипотетической внешней линии укреплений Бастионными укреплениями замок обзавёлся уже в 17 в., но вполне вероятно, что и до того при замке находилась территория, вероятно, имевшая свои укрепления. Мауриций Мацишевский, цитируя текст документа 1570 г., сообщает о существовании некого "пригородка", а тот в свою очередь вряд ли был беззащитным. И если линия бастионных укреплений 17 в. вошла в некоторый конфликт с линиями укреплений 16 в., в результате чего часть рва 16 в. пришлось засыпать, то гипотетические укрепления "пригородка" наоборот должны были находиться в гармонии с укреплениям каменного замка - либо полностью его окружать, либо примыкать к замковому рву с юга, т.е. с того направления, в котором замок в 17 в. был расширен. Конструктивные особенности рва О них, разумеется, сведений нет, и потому в этом направлении пока можем строить предположения, опираясь на тренды фортификации рубежа 15-16 вв. 1. Прежде всего было бы интересно выяснить, какими были эскарпы и контрэскарпы рва. В конце 15 - 16 вв. их зачастую делали каменными, очень часто (но не всегда) они имели небольшой наклон, который придавал этим конструкциям большую устойчивость. Выше уже отмечалось, что по предположению О. Пламеницкой, показанному на её графической реконструкции, эскарп мог иметь наклон. Если в дальнейшем в ходе археологических раскопок удастся обнаружить каменный контрэскарп, то это будет значительная находка, которая даст много информации о деталях планировки ранних укреплений. Контрэскарпы не редко укрепляли и деревянными конструкциями, однако в случае с Бережанами, где, судя по масштабам и итогу работ, велась образцово-показательная стройка под руководством носителя идей итальянской фортификационной школы, с широким применением камня, массивных построек и широких стен, по логике, тянет предположить, что контрэскарп должны были оснастить каменной обмуровкой, как того требовали тренды и статус укрепления. Классический эскарп (справа) и контрэскарп (слева) укреплений г. Отранто (Италия), конец 15 - 1-я треть 16 в.: Источник 2. Если со стороны долины реки доступ в ров был открыт, то, по правилам, ров на стыках с речной долиной должны были блокировать какими-то барьерами с решётками. 3. Не редко рвы снабжали всякими мелкими перегородками и шлюзами, которые помогали регулировать там уровень воды. Пространство вариантов В случае с Бережанами у меня нет чёткого понимания, как всё могло быть, поскольку, с одной стороны, объект крайне слабо исследован, с другой - это было уникальное укрепления, в проектировании которого применялось множество нестандартных решений, и рва это также могло касаться. Ряд ключевых моментов показал на схеме ниже: Высота стены относительно текущей поверхности - ок. 8,5-9 м. Два яруса обороны. Есть мнение, что есть ещё один ярус бойниц, скрытый землёй, однако это всё на уровне гипотезы. Каналы уцелевших бойниц (особенно их углы наклона) могут дать информацию по теме планировки укреплений на подступах к стенам. На какую глубину ров уходил относительно текущей поверхности у нас сведений нет, но предполагаю, что как минимум на 3,5-4 м. Гипотетический вал (или уже не просто вал, а гласис), расположенный за рвом - это важный элемент, влияющий не только на конструкцию стен, но и на глубину рва. Исходя из параметров итальянских укреплений конца 15 - 1-й трети 16 в. в Бережанах ждёшь увидеть ров шириной не менее 15, а может даже и 20 м. Внешний вид эскарпа (прямой или под углом) и гипоетического контрэскарпа под вопросом. Ров со стороны реки Существовал ли ров со стороны реки, как показано на реконструкции О. Пламеницкой и на моём рисунке? Пока ответа на этот вопрос у нас нет, поскольку у нас нет никаких сведений о рельефе в районе замка по состоянию на 16 в. К середине 16 в. в Западной Украине города, городки и замки довольно активно начинают усиливать за счёт создания искусственных прудов, а в ходе этих процессов исходный рельеф и течение рек довольно сильно менялся. В случае с Бережанами система водной защиты активно дорабатывалась и видоизменялась вплоть до конца 18 в., и потому, к примеру, сложно сказать, защищало ли замчище с востока русло реки (а если так, то на каком расстоянии от замка она протекала?) или же там уже при Н. Сенявском мог существовать пруд? Так или иначе, вода наверняка наполняла замковый ров, а при таком сценарии логичней было с востока приблизить воду прямо к стене замка, чем обустраивать между руслом реки или прудом ещё один ров. И только если русло реки проходило на некотором расстоянии от замка, то ров с востока приобретал смысл. Модернизации рва Есть вероятность, что ров, обустроенный при Н. Сенявском, могли модернизировать уже во 2-й половине 16 в., меняя при этом любой из параметров (конфигурацию, ширину, глубину, конструктивные детали, систему водоснабжения и т.д.). К тому же нам известно, что в 17 в. вся система укреплений замка подвергалась значительной модернизации, и, кроме того, в 17-18 вв. постоянно улучшалась система водной защиты. С другой стороны, если ров изначально был сделан добротно, с достаточным размахом, то его перестройки 2-й половины 16 - начала 17 вв. могли его особо не затрагивать, а после возведения бастионных укреплений ров, переместившись в категорию вспомогательных линий обороны, могли уже не трогать (если не считая его постепенной засыпки). Почему важны исследования рва Самая банальная причина - мы сможем получить ответы касательно его габаритов, планировки/конфигурации, конструктивных особенностей (к примеру, о внешнем виде, материалах и углах наклона эскарпа и контрэскарпа). Получим больше сведений о внешнем виде замковых стен в 16 в., ведь те чуть ли не на треть сейчас находятся под землёй. Сможем узнать, что ниже уровня земли сохранилось от этой редкой и, вероятно, уникальной линии обороны. Ведь работы по строительству бастионного замка в 17 в. на ряде участков могли привести к засыпанию рва, а это могло законсервировать его, спасая от разрушений и перестроек. Исходя из габаритов и конструктивных особенностей рва сможем понять, какое место Бережанский замок занимал на фоне синхронных укреплений Западной Украины, Польши/Речи Посполитой, а также более ранней и синхронной фортификации Италии. Конфигурация и конструктивные особенности рва могут предоставить прямые или косвенные доводы в пользу или в противовес версии об единовременном строительстве пятиугольного контура с тремя-четырьмя башнями. Если стены и башни замка подвергались многочисленным перестройкам, то ров ещё в 1-й трети 17 в. мог быть законсервирован в формах ещё 16 в., а именно эти формы (и особенно в северной части замка) вызывают больше всего вопросов. Т.е., как бы пафосно это не прозвучало, ров - это ключ к пониманию первоначальной конфигурации замковых укреплений, а вокруг этой темы построено уже целый ряд противоречащих друг другу гипотез. Если ров будет повторять линии укреплений, то это покажет, что замок строился в рамках актуальных на тот момент трендов (возможно даже тех, которые характерны для бастионной фортификации того времени), и наоборот - если будет выяснено, что его конфигурация не повторяет контур стен и башен, что она имеет тенденцию к упрощению планировки внешней линии рва, то это буде признаком либо устаревших моделей формирования рвов, либо попытки удешевить строительство.
  5. Здесь встретились дроно-фото локации: Благодарю Олега Супруненко за наводку на материалы.
  6. В наши дни макет в полном виде можно осмотреть в подземельях бывшего костёла иезуитов (в наши дни - Гарнизонного храма св. Петра и Павла). На сайте подземелья нашлось много новой интересной информации об этом макете. Здесь попалось такое вот фото полной версии макета (как выяснилось, он не был закончен, и потому часть секций так и осталась незаполненной): Здесь встретилось ещё немного интересной информации об истории создания макета: Высокий замок: Подзамче: Фольварк иезуитов:
  7. Про славне минуле та перспективи Чорткова говорили на науковій конференції
  8. Какой была восточная замковая стена в 16 веке? Знакомство с восточной линией укреплений сильно усложняется тем, что начиная с 17 в. (?) в этой части комплекса в несколько этапов формируется дворцовый корпус, скрывший внутри себя значительную часть старой стены. Нижний ярус дворца на плане выглядит довольно сложно и даже несколько хаотично, что, вероятно, было следствием формирования всей этой структуры в несколько этапов: Уберём нижний ярус дворца 17 в. (?), пристроенный к стене снаружи: Можно также убрать дворцовый ризалит, пристроенный, возможно, уже в 18 в. к дворцовому корпусу изнутри. И после этой черновой чистки получим отрезок из двух стен, к которым и хочется присмотреться: Собственно, восточная стена имеет толщину ок. 3 м., затем внутри стены идёт проход шириной чуть более 1 м. и высотой что-то ок. 4-4,5 м, а затем следует вторая стена толщиной в 1,5 м. Загадочный внутристенный ход имеет такой вид: Источник Мне известна всего одна попытка реконструкции внешнего вида восточной линии укреплений по состоянию на 16 в. - речь о плане Адама Милобендзкого, опубликованном в 1968 г. (его публиковал выше, в самом начале первого сообщения темы). По мнению автора плана восточная стена имела ширину ок. 3 м. Выскажу кое-какие мысли по поводу того, какой вид могла иметь эта стена. Поскольку на других участках (жаль только, что их не очень много) замковая стена 16 в. уцелела чуть ли не на полную высоту, то можно составить представление о её габаритах. Её высота от уровня нынешней поверхности была ок. 9 м. (+ минимум 2-3 метра высоты должен был добавить ров), на высоте ок. 5 м проходил межъярусный карниз. Стена имела два боевых яруса, нижний защитники использовали находясь прямо на площадке внутреннего двора замка, верхний обслуживали с открытой площадки боевого хода, защищённого мощным бруствером со скруглённым верхним краем. Габариты этого бруствера нужно уточнять, но, вероятно, его высота была что-то ок. 2,5-3 м. С шириной также не всё понятно, но на основе ряда факторов (есть следы примыкания брустверов к башням, есть аналоги) можно предположить, что толщина была не меньше 2 м., а может даже 2,5 или 3 м. Также высока вероятность, что бруствер был лишён зубцов, т.е. представлял собой сплошную стену, пронизанную бойницами. Если перенести эти размеры на восточную стену, то получим нечто подобное (здесь, помимо прочего, показал бруствер 3-метровой высоты, а для ширины показал несколько вариантов: 2, 2,5 и 3 м.): Даже при 2-метровой толщине бруствера на стене остаётся площадка шириной всего 1 м., которой явно маловато для боевого хода. А если учесть, что на других участках замка стены середины 16 в. имели в среднем толщину 5,5, а местами 6 м., то очевидно, что заказчик и архитектор узкие площадки не очень любили, а это значит, что, как минимум, должна была быть какая-то галерея, к примеру, на консолях, как показано ниже: И вот тут появляется интересный вопрос - если восточная стена имела более-менее такую же высоту, как и стены на других участках, и если она нуждалась в боевой площадке более-менее такой же ширины, как и на других участках, то не могла ли вся стена иметь такую же ширину, как и на других участках? Т.е. не могла ли она иметь ширину не 3 м., а 5,5 м? Тем более, что слоёный пирог из двух стен и расположенного между ними прохода имел толщину ок. 5,5 м, а это средняя толщина стен, которые прикрывали замок с запада, юга и, возможно, севера. Если стена действительно могла иметь такую толщину на этом участке, то это несколько меняет восприятие всей системы укреплений, поскольку часто в публикациях отмечается, что стены замка имели разную толщину на разных участках, но на самом деле есть вероятность, что они по всему контуру могли иметь более-менее одинаковую толщину в пределах 5-6 м. На последнем изображении показал внутристенный ход-тоннель, но о том, когда именно он возник и какую функцию выполнял у меня сведений нет. С точки зрения боевого применения его ценность очень сомнительна - внутри слишком узко, чтобы там могли вести бой стрелки, да и непонятно, как через такую стену, через её нижний ярус, могла работать артиллерия - в галерее она явно не поместилась бы, но и вести огонь со двора, как бы сквозь галерею, как-то тоже не очень правильно. Или этот проход был только лишь коммуникационной линией? Но куда она вела и откуда, и зачем её было обустраивать на уровне земли, если тот же путь можно было проделать по внутреннему двору? Или же ход появился уже на этапе, когда к стене стали пристраивать дворец? С другой стороны, в замке есть и другие примеры использования ранних внутристенных ходов, к примеру, один из них (правда, очень короткий) соединял пятиугольный башне-бастиончик с пристройкой у стены: Во втором сообщении темы упоминал о ходе к воде/реке, который пронизывал весь восточный дворцовый корпус. И вот вопрос - была ли это коммуникация середины 16 в., которую потом сохранили даже после возведения дворца 17 в. (?) или же ход в стене пробили уже на дворцовом этапе? Также интересно понять, как именно происходила постройка дворца 17 в. (?), чтобы понять, какие части стены 16 в. были разобраны, а какие включены в объём построек 17-18 вв. Можно предположить, что нижний ярус стены почти полностью сохранили, использовав его в качестве основы для дворцовых покоев, а вот брустверную стенку второго яруса наверняка снесли почти полностью, хотя не исключаю вероятности, что её фрагменты могли сохраниться по бокам от дворцового здания. На реконструкции Л. Горницкой и Н. Гайды (здесь, как я понимаю, показан внешний вид замка по состоянию на 17 в.) толстая стена показана не только на нижнем, но и на верхнем ярусе восточного дворца. Однако, я очень сомневаюсь, что стена была на верхнем ярусе, поскольку на обмерных планах 1926 г. она выше первого яруса не показана, да и не логично было её оставлять внутри новеньких дворцовых покоев, поскольку эта стена просторный зал превращала в два небольших помещения, одно из которых могло использоваться только в качестве узкого прохода, да и комната слева от стены получалась совсем небольшой - шириной что-то ок. 3,5-4 м. Куда логичней было полностью снести бруствер, чтобы получить более просторный зал шириной в ок. 7,5 м. На рубеже 19-20 вв. было уже как-то так - линия старых укреплений была хорошо замаскирована в объёме массивного 4-этажного дворцово-казарменного корпуса: В наши дни в интерьере нижняя внешняя часть гипотетической стены середины 16 в. выглядит так (выделил секции белой рамкой): Источник Всё это нужно внимательно осматривать со всех сторон, уделяя внимания именно плоскостям гипотетической стены 16 в. Если эта широкая секция внутри первого яруса дворца действительно осталась в наследство от старых укреплений, то там могли сохраниться следы бойниц или какие-то другие интересные детали. Правда, всё это может там и есть, но не исключено, что интересные детали были скрыты или даже уничтожены в ходе многочисленных ремонтов и реконструкций 17-19 вв.
  9. По мере углубления знакомства с замком появился ряд новых мыслей и вопросов, которыми бы хотелось поделиться. Начну с наиболее загадочной части восточной линии укреплений, т.е. с той, которую отдельные исследователи считают четвёртой башней. Первоначально я скептически относился к версии, что это может быть средневековая башня, чуть менее скептически к версии, что это может быть укрепление середины 16 в., но основное предпочтение всё же отдавал версии об укреплённом ризалите дворца 17 в. Теперь приоритеты несколько изменились - версия о средневековой башне теперь кажется ещё менее правдоподобной, но и гипотеза об укреплённом ризалите в моих глазах пошатнулась, а вот версия о том, что это некое укрепление 16 в. теперь кажется наиболее перспективной. Но обо всём по порядку. Форма и пропорции Выше уже отмечалось, что гипотетическая башня, которую исследователи часто называют то четырёхугольной, то квадратной, на самом деле в чистом виде таковой не является. Во-первых, один из углов постройки весьма ощутимо срезан (плоскость угловой грани имела длину ок. 3 м). В случае если бы речь шла о средневековой башне, то, вероятно, мы бы скорей всего получили более-менее классическую четырёхугольную форму плана (№1), а у нас нечто иное (№2): Во-вторых, форма плана подверглась и другим значительным искажениям, которые ещё больше отклонили её от классического четырёхугольника: В-третьих, если верить данным обмерного плана 1926 г., то у постройки ещё и толщина стен не была однородной - южная линия была чуть толще восточной и северной (2,5 м. против 2 м. соответственно). Несмотря на то, что угловой срез хорошо читается на старых фото и планах, его нет ни на плане замка, который был опубликован в "Памятниках градостроительства ...", а затем ещё раз в статье 2011 г. О. Пламеницкой (вероятно, потому среза нет также на её графической реконструкции замка по состоянию на 17 в.), ни на планах и графических реконструкциях замка от "Укрзахідпроектреставрації". Да и форму постройки эти источники показывают преимущественно без искажений, в виде более-менее симметричного четырёхугольника. Было ли этот срез угла изначально запланирован архитектором или же возник вследствие, к примеру, разрушения угла и последовавшей за этим его переделки, но уже по другому проекту, предусматривающему срез? Однозначно сейчас на этот вопрос ответить сложно, поскольку нужная часть постройки над уровнем земли разрушена полностью, но есть вероятность, что ниже уровня земли сохранились фундаменты, по линиям которых можно будет понять, существовал ли этот скос изначально. В любом случае срез уже чётко различим на плане 1755 г., а это значит, что любая реконструкция, желающая показать, каким был замок во 2-й половине 18 в., должна эту деталь учитывать. Да и в 17 в., по логике, он также существовал, раз с учётом этого среза проектировались помещения второго яруса дворца. Внутреннее устройство нижнего яруса Все попадавшиеся мне ранее источники, не считая обмерного плана 1926 г., внутреннему устройству нижнего яруса гипотетической башни не уделяли особого внимания, показывая его в виде ничем особо не примечательного четырёхугольника из стен. Но благодаря плану 1926 г. мы знаем, что к южной и северной стенам изнутри примыкали какие-то выступы, один из которых в потрёпанном виде дожил до наших дней: Источник Вначале я подумал, что это нечто вроде контрфорсов, которыми усилили стены нижнего яруса, когда над ним возводили дворцовые покои. Однако потом, присмотревшись, обратил внимание на следы существования каменного сводика, верхний контур которого в наши дни уже не особо различим, но ещё неплохо читался в конце 1980-х гг. И этот цилиндрический сводик как бы стыковался с уцелевшей опорой. Наличие в том месте "козырька", оставшегося от разрушенного свода, вероятно, объясняет, почему под ним долгое время сохранялась штукатурка на стене, и даже в наши дни под сводиком следов штукатурки на стене в разы больше, чем над ним. Источник Если эти выводы верны, то получается, что опоры служили для поддержки сводов, а поскольку есть две пары опор, то логично предположить, что по оси север-юг свод был трёхчастным цилиндрическим. И, разумеется, был центральный проход по оси запад-восток, пронизывающий все три сводчатых камеры. На схеме ниже показал три гипотетических цилиндрических сводика (три вертикальные полосы красного цвета) и центральный проём (оранжевый четырёхугольник): Попытался набросать, как это могло выглядеть, и получилась такая вот довольно сложная конструкция: Вход в нижний ярус Как именно можно было со двора замка попасть на нижний ярус полубашенного выступа показано на плане 1926 г., правда, чёткости источника недостаточно, чтобы делать однозначные выводы, а ситуация там непростая. С внешней стороны памятника видна пара арок в восточной замковой стене, и, судя по плану, парочка отверстий находилась и со стороны замкового двора. Как обстояло дело изначально мне пока непонятно - может оба отверстия были проходами (что не совсем логично), может в каждой из пар одно отверстие было проходом, а другое окном, может это входы разного времени, или же была какая-то другая комбинация, но так или иначе в нижний ярус постройки можно было попасть, пройдя через вход(ы) в юго-восточном углу замкового двора. Источники: 1, 2 Как вариант, проходы могли вести в нижний ярус не прямо, а по диагонали, тогда как отверстия по бокам от проходов могли использоваться в качестве окон: Тема прохода также очень сильно связана с темой планировки и внешнего вида восточной замковой стены, в которой и был обустроен проход. Бойницы и окна В нижнем ярусе обсуждаемой постройки есть ряд отверстий. На иллюстрациях ниже красными стрелками отметил бойницы. Оранжевыми стрелками - места, где ожидаешь увидеть бойницы, но ни на плане, ни на других изображениях их следов на данный момент не обнаружено. Зелёные стрелки указывают на то, что в 18-19 вв. имело вид окон. Синяя стрелка указывает на нишу в северной стене укреплённой постройки, где на плане явно видна то ли углубление, то ли какое-то большое сквозное (?) отверстие, которое уже в 17 в. (?) было снаружи закрыто стеной дворца, пристроенного к старым укреплениям. Тут есть несколько интересных моментов: Видим, что бойницы находятся довольно низко, у самой земли, а окна - уровнем выше, из-за чего может даже создаться впечатление, будто постройка внутри разделена на два яруса. Если это постройка 16 в., то, разумеется, на первом строительном этапе её нижний ярус вряд ли стали ослаблять окнами, да ещё и в таком количестве. Предположу, что изначально там могли располагаться отверстия для отвода порохового дыма, а позднее их могли растесать, превратив в окна. Поскольку постройка представляла собой каземат с каменными сводами, то, очевидно, что архитектор должен был позаботиться о том, как не дать задохнуться его защитникам, т.е. какая-то система вентиляции там непременно должна была быть, и вот эти отверстия, расположенные в самой верхней части помещения, могли использоваться ровно для этой цели. Тут также можно вспомнить, что у южной полукруглой башни была даже ещё более внушительная вытяжка, служившая одновременно печью. Если в восточной стене на плане 1926 г. показано две бойницы, то в северной и южной стенах есть по одной бойнице, причём в северной стене бойничка совсем небольшая. Это выглядит странно с учётом того, насколько большое внимание в 16 в. уделяли фланкированию куртин. Именно потому в северной и особенно в южной стенах также ждёшь увидеть хотя бы парочку бойниц, но то каждая из стен довольствовалась только одной бойницей (и это при почти 10-метровой длине стены), то ли другие бойницы всё же были, но в дальнейшем их замуровали. Какой был функционал полубашенки? Если её построили при Николае Сенявском, несколько нарушив гармоничную схему треугольника, образованного тремя башнями, вписанного в пятиугольник стен, то значит это зачем-то было нужно. Пока есть такие версии: Защита потерны. Совсем недалеко от полубашенки находился сквозной проход в стене, выходивший к реке. Мы не знаем, был ли он обустроен при Н. Сенявском, но если так, то выступающая из стены постройка очень хорошо подходила для прикрытия такого важного элемента коммуникации. Правда, в этой версии не всё гладко, ведь, как уже писал выше, в северной стене имеется всего одна подтверждённая бойничка, причём небольшая, а этого маловато для нормального фланкирования. Так что либо бойниц изначально было больше, либо фланкирование восточной стены и находящейся там потерны было не основной задачей (хотя это в свою очередь не логично для выступающей полубашни, которая для того и должна выступать, чтобы фланкировать). Нередко бывало, когда в подобных вынесенных приземистых постройках обустраивали колодцы. Но у меня нет информации о существовании чего-то подобного внутри обсуждаемой постройки. Возможно постройка играла роль чего-то вроде капонира, прикрывавшего подступы к южному отрезку замкового рва. Гармония или отсутствие гармонии? Хотя полубашенка выглядит чем-то инородным на фоне общей планировки замка, всё же можно в её расположении усмотреть и некоторую связь с общей концепцией обороны. Замок был спроектирован так, чтобы две башни фланкировали угловые секции замковых стен, и в случае с нашей постройкой подобный приём также использован - постройка находится на некотором удалении от угла и при этом вместе с полукруглой южной башней образуют фланкируемый с двух сторон угол. Правда, в очередной раз, когда мысли начинают вертеться вокруг темы фланкирования, задумываешься, была ли в южной стене полубашенки всего одна бойница или же их была другая (другие), чего бы следовало ожидать при таких габаритах постройка и таком её функционале. Вопрос гармонии, кстати, может также быть косвенным доводом в пользу того, что эта постройка была невысокой. Если она считалась скорее выступом стены, чем возвышающейся над ней полноценной башней, то, получается, она не так сильно выбивалась из концепции симметричного расположения башен относительно стен. Если смотреть не на комплекс в целом, а на юго-восточный участок, то там можно усмотреть некоторую симметрию - прямоугольный корпус дворца с двух сторон по диагонали усилен двумя полубашнями. Также можно предположить, что на этом участке необходимость возведения подобной постройки была более значима, чем желание сохранить правильность форм основной линии укреплений, и именно потому она могла здесь появиться. Высота постройки В "Памятниках градостроительства" сказано, что четырёхугольная башня была четырёхъярусной, на чертежах "Укрзахідпроектреставрації" её высоту поднимали аж до пяти ярусов, Богдан Тихий считал, что башня была двухъярусной (как я понял, речь о двух закрытых ярусах). Мне же на данный момент кажется, что эта оборонная постройка была скорее приземистой, чем высокой, а по внешнему виду она могла тяготеть скорее даже не к башням, а к выступу стены. Если представить, что эта постройка изначально была башней, имевшей несколько ярусов, то эти ярусы вероятней всего были бы интегрированы в объём надстроенного над ней дворца - в стенах гипотетической башни пробили бы новые окна, сделали бы какие-то другие изменения, но при этом какие-то части верхних ярусов сохранились бы, но, судя по обмерным планам, ничего подобного мы не наблюдаем. Вместо этого наоборот видим, что архитектора дворца, как мне кажется, не устраивала планировка нижнего яруса - мало того, что он был перекошен, так ещё и один из углов был срезан. Глядя на планы, создаётся ощущение, что архитектор дворца сместил стены второго яруса относительно стен нижнего яруса, чтобы придать своему творению более регулярную форму и избавиться от срезанного угла. Кроме того, на втором ярусе толщина стен сокращалась всего до 1,5 м. - для средневекового укрепления толщина с натяжкой подходит, а вот для 16 в. - явно нет. Вот на это фото хорошо видно, как начиная со второго яруса срез угла всё уменьшается, а также видно, насколько сильно пришлось сдвинуть вглубь стены второго яруса относительно стен первого, чтобы комната второго яруса получилась более ровной. Кстати, таких сильных смещений стен двух ярусов в случае с другими башнями замка не наблюдаем. Версия о существовании в 16 в. у замка четырёх- или пятиярусной башни в этой части комплекса мне кажется совсем не обоснованной, поскольку здесь был далеко не самое важный сектор с точки зрения обороны, а все прочие башни и стены замка выглядели преимущественно как приземистые постройки. У расположенной поблизости южной полубашни в середине 16 в. была пара закрытых ярусов и верхняя открытая площадка, а тут четыре ярус - явно многовато. К тому же при такой высоте, думаю, стены нижнего яруса были бы толще. Пока наиболее логичной кажется мысль, что это была постройка с одним закрытым ярусом, над которым находилась открытая площадка, совмещенная с боевым ходом восточной стены. Вот некоторые доводы в пользу этой версии: Эта выступающая постройка, как мне кажется, сильно взаимодействовала с восточной стеной, чем с южным дворцом, а если так, то высоту постройки стоит рассчитывать исходя из высоты стен. Относительно нынешней поверхности стены замка 16 в. поднимались на высоту ок. 9 м., на высоте ок. 5 м. располагался межъярусный карниз, и приблизительно такой же была высота нижнего яруса постройки + высота бруствера. Система обороны стен замка была двухъярусной, верхний ярус был представлен открытой площадкой, прикрытой мощным каменным парапетом (о внешнем виде стен 16 в. ещё подробно расскажу в отдельной теме). Предполагаю, что именно такой вид имела восточная стена в 16 в., а поскольку нижний ярус интригующей выступающей постройки к стене примыкал, то логично предположить (после того, как не нашёл признаков существования второго закрытого яруса), что парапет стены плавно перетекал в парапет этой выступающей постройки. Наличие парапета на втором ярусе также могло бы объяснить, почему от него решили избавиться в ходе строительства дворцовых помещений, ведь если вертикальную коробку стен ещё можно приспособить для новых нужд, то парапет специфической формы и устройства было проще снести, чем переделать. Попытался набросать, как это могло выглядеть: Но, конечно, не могу игнорировать и версию, что постройка всё же была на ярус выше (это уже ближе к версии Б. Тихого), и в этом случае она уже больше походила на башню. Эта версия мне кажется менее обоснованной, однако с точки зрения обороны и более гармоничного вида юго-восточной части комплекса она мне нравится даже больше. В пользу датировки постройки 16 в. Кладка. Она довольно регулярная, очень похожая на ту, которая применена при строительстве южного дворца, южной полубашни и других укреплений 16 в. При этом на средневековую кладку она наоборот не особо похожа как раз из-за своему стремлению к регулярности и из-за своего сходства с кладкой укреплений, датируемых 16 в. Жаль только, что судить о кладке выступающей полубашенки можно по небольшому фрагменту одной из её стен, да и то несущему на себе следы многочисленных переделок, особенно в верхней части, где можно найти следы ряда наслоений, от 17 в. и вплоть до консервационных массивов кладки, сформированных уже советскими реставраторами. Не исключено, что часть искажений 17-20 вв. повлияли на структуру северной стены, скрыв часть существовавших там отверстий. Перевязка. Поскольку постройка в значительной степени разрушена, а единственный уцелевший фрагмент частично закрыт примкнувшим к нему дворцом, а частично штукатуркой, то есть всего несколько небольших участков, где можно осмотреть ключевые стыки стен, и, как по мне, выглядит так, что стена полубашенного выступа всё же перевязана с восточной стеной замка, и если так, то это значит, что выступ создавался параллельно со стеной. Тут, к слову, можно вспомнить выводы Г. Логвина, Л. Горницкой и Н. Гайды, которые отнесли постройку к временам Н. Сенявского, считая, что полубашенка была построена одновременно с южным дворцом и южной полубашней, возможно, к такому заключению исследователи пришли в т.ч. и из-за выявления перевязки стен. Усиление конструкции стен. Выше писал и показывал фото небольшого круглого отверстия, расположенного над северной бойницей. В дальнейшем подобные отверстия мне встретились на многих других участках стен, которые я склонен относить к временам Н. Сенявского. Подозреваю, что это какие-то элементы армирования стен, т.е. отверстия могли остаться от внутристенных деревянных (?) каркасов, которые помогали укреплять кладку. Стены разной толщины. Из трёх стен полубашенки наиболее толстая южная, и поскольку с этой стороны нападение на замок в целом было более вероятно, ведь именно в этом секторе находились ворота, то создаётся впечатление, что повышение толщины стены именно с этого направления косвенно может свидетельствовать о том, что выступ сформировался в рамках единой оборонной концепции замка. Бойницы. Они не средневековые, рассчитанные уже под артиллерию, но при этом ранние, судя по тому, что расширяются только в одном направлении, не имея изнутри никаких ниш и чего-то подобного. Кроме того, бойницы в нижнем ярусе постройки расположены не перпендикулярно стене, а как бы под углами, причём разными, и эта деталь также объединяет загадочную постройку с укреплениями середины 16 в., где есть много подобных бойниц, также пронзающих стены под разными углами, а не только под прямыми. Отверстия для отвода дыма из каземата. Если подтвердится, что окна первоначально были чем-то вроде вентиляционных вытяжек, то это даст довод в пользу того, что полубашенный выступ строили в зрелый артиллерийский период. Выступ находится на стыке южного дворца с восточной стеной, а вход в нижний ярус обустроен чётко в углу этих двух старых построек середины 16 в., что также намекает на существовании взаимосвязи всех этих частей комплекса. Расположение постройки с отступом от угла. Как уже писал выше, это также может свидетельствовать о её возведении в рамках концепции, в которой предпочитали создавать клинья их углов, фланкируя их с двух сторон полубашнями. Искажения планировки. Как упоминалось выше, постройка чуть скошена, и эти перекосы проще всего объяснять, если представить, что всю постройку изогнули, чтобы она вытянулась в одну линию с южной секцией укреплений. А поскольку южная линия всеми считается самой ранней частью укреплений Н. Сенявского, то такая косвенная связь с ней восточного выступа также склоняет к его датировке серединой 16 в. Чуть позже продолжим. Может что-то новое всплывёт при знакомстве с восточной стеной, а также в процессе размышлений над тем, как именно над восточной линией обороны возводили дворец.
  10. Книжечка появилась в PDF-формате. P.S. И снова благодарю Лукаша Мальчевского за наводку на источник.
×
×
  • Create New...