Перейти к публикации
Замки и Крепости Украины - Форум

Filin

Модераторы
  • Публикации

    4307
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Дней в лидерах

    425

Все публикации пользователя Filin

  1. Обсуждается макет Белоцерковской крепости Макет находится в краеведческом музее, который расположен на территории крепости. Источник Информационная табличка сообщает, что перед нами: На макет навёл Nimrod, за что ему большое спасибо!
  2. О разведывательной экспедиции, предпринятой иезуитами в 1608 году, я узнал во время знакомства с материалами по истории Тернополя. Так, например, именно в ходе этой разведки иезуиты аккумулировали запас всякой разной информации о Тернополе, которая в итоге осела в Париже, где её в наши дни удалось отыскать. Несколько лет спустя, уже во время знакомства с материалами по истории Каменца-Подольского, я снова наткнулся на упоминание иезуитской разведки, о чём написал здесь. Если кратко, то в 1608 году иезуиты подбирали место для своей будущей базы (миссии), присматривались, конечно же, к Тернополю, но в итоге остановили свой выбор на Каменце. И вот новая находка – копаясь в завалах цифровых копий документов, наткнулся на схему, не особо примечательную на первый взгляд, однако оказалось, что это план иезуитских маршрутов, составленный в 1608 году, и центральное место здесь отведено Тернополю. Если учесть, что эта схема также находится в Париже, в Национальной библиотеке Франции, что она создана иезуитами, и что она датирована всё тем же 1608 годом, то можно допустить, что перед нами схема возможных маршрутов всё той же экспедиции. В базе библиотеки документ числится как схематическая карта поселений, расположенных вокруг Тернополя ("Carte schématique des localités voisines de Tarnopol"). Оригинальная ориентация документа следующая (юг вверху, север внизу): Чтобы прочитать подписи, меняем ориентацию, при этом север оказывается справа, а юг слева: Но знакомиться с документом предлагаю всё же в привычной в наши дни ориентации по сторонам света, для чего его придётся перевернуть ещё раз. Для локализации отмеченных на плане поселений можно воспользоваться Картой укреплений Украины. Практически все подписанные поселения привязываются без особых сложностей (кстати, все они могли похвастаться укреплениями), правда, без белых пятен не обошлось. Так, например, в одном случае город не подписан (№14 на схеме), в другом подпись заштрихована (№5). В нескольких случаях помимо названия поселения рядом есть ещё какие-то дописки, но так как документ составлен на латыни, мне сложно сказать, о чём речь. Нужно переводить. Собственно схема с моими пометками: Что у меня получилось: Тернополь Озёрная Зборов Львов ?. Может Золочев? Колодное. Интересно перевести подпись. Пункт отмечен как село, но стоит отметить, что некогда там существовал замок. Вишневец. Помимо названия, там что-то ещё написано… Збараж. Тоже есть приписка помимо названия. Великие Борки Баворов (?) Каменец ?.. Вначале подумал, что это может быть Буцнев, но тогда расположение метки относительно соседних поседений выглядит не совсем логично. Микулинцы ?. Может Теребовля или Струсов? Дополняем, корректируем. Как видим, никакого масштаба схема не придерживается, потому всё на ней то сжато, то растянуто. Ориентировочно на плане показан "квадрат" размерами 75 (север-юг) на 180 (запад-восток) км. С севера на юг захвачена только Тернопольская обл., а вот с запада на восток можно обнаружить уже поселения трёх областей (Львов представляет Львовскую область, Каменец - Хмельницкую). Об условных обозначениях. Насколько я понял, квадратами обозначены города, точками (мини-кружками) сёла. Судя по всему, иезуиты нормально относились к числу 13, т.к. именно столько квадратов на схеме. Подписями (за исключением Колодного) удостоили только квадраты. Вроде всё понятно, но есть и загадки. Например, интересно объяснить значение "наростов" на квадрате Тернополя: … или "шипов" на квадратах Озёрной и Вишневца. Может это символ укреплений? Исходя из данных схемы, можно делать выводы о значимости (с точки зрения иезуитов) тех или иных населённых пунктов. Не менее интересна схема и тем, как на ней показаны дороги, связывающие города и прочие поселения в данном квадрате. P.S. Очевидно, что иезуиты собрали во время экспедиции солидный пакет документов. Так, например, Национальная библиотека Франции также поделилась проектом иезуитского комплекса в Каменце (1611 - 1612). Очевидно, что были и другие занятные документы, так что ждём новых поступлений.
  3. Юрко, это ведь не карта, где показаны реальные расстояния между населёнными пунктами, а схема, где одинаковые отрезки между населёнными пунктами могут обозначать совершенно разные расстояния. Да, до Каменца ого-го, однако с противоположной стороны там показан Львов (Leopolis), а до него от Тернополя практически столько же, сколько и до Каменца. Кроме того, подпись в квадратике хоть и не очень разборчива, но там читается что-то вроде "Camenicum" или "Camencium", и понятно, что с одной стороны это очень похоже на название Каменца, а с другой стороны не очень похоже на название Скалата или Гримайлова. К тому же Каменец тесно связана с иезуитами, о чём писал выше, так что его наличие на карте ещё и вполне логично.
  4. Обсуждаются эти объекты: городок и замок в селе Верховка. Речь идёт о селе Тростянецкого района. Уточняю эту деталь, так как в Винницкой области, в Барском районе, есть ещё одно село Верховка, которое также связано с укреплениями (смотрите тему на форуме), потому можно запутаться. Та Верховка, о которой речь пойдёт в этой теме, расположена относительно Шаргорода, Ямполя, Немирова, Тульчина, Ладыжина, Бершади и Умани таким вот образом: Ян Лешек Адамчик в своей книжке "Fortyfikacje stałe na polskim przedmurzu od połowy XV do końca XVII wieku" (2004) сообщает следующее: Как видим, метка на карте Боплана ввела Адамчика в лёгкий ступор, т.к. он написал, что "Нет такого названия в указанном месте", т.е. автор не смог сопоставить метку с ныне существующим поселением. Между тем определить, что же это за Новоград, при желании можно было легко, особенно если учесть, что дополнительные наводки можно было найти даже в широко известных польских источниках, о чём будет сказано ниже. Вот так выглядит "Новоград" на упомянутой Адамчиком карте Боплана (издание 1650 года): На карте показан (хотя это и плохо видно, но всё же заметно) укреплённый городок с замком в северной части городка. А вот копия карты Боплана, 1670 года выпуска (также видим городок с замком): Источник Даже простое сопоставление современной карты и данных карты Боплана как минимум существенно сужает ареал поиска "Новограда", а как максимум (если присмотреться к истории соседних сёл), подсказывает, что "Новоград" - это, вероятно, предтеча села Верховка: Сомнений остаётся ещё меньше после знакомством с картой Шуберта, которая показывает, что в 19 веке на территории села Верховка имелся весьма неплохо сохранившийся оборонный объект, 5-угольный, если верить карте: Выше я упоминал, что даже поверхностные источники могли бы подсказать Адамчику данные, необходимые для привязки Новограда, и вот один из них – "Географический словарь Королевства Польского" (том, в котором содержится нужная информация, был издан в 1893 году): Источник Обратите внимание, что возникновение укрепления связывали (опираясь на народную молву или на какие-то документы?) с Богданом Хмельницким, и даже уточняли, что данный форпост появился в 1654 году. Это важная деталь по ряду причин. Во-первых, она будет встречаться в более поздних источниках, во-вторых, уже на основе вышеприведённой информации (если Верховка = Новоград) можно сделать вывод, что данный вывод ошибочен, поскольку Новоград, как укреплённый городок с замком, показан на карте, созданной раннее 1654 года. Далее обращаемся к трудам Евфимия Сецинского, которые были изданы спустя 8 лет после издания 13 тома "Географического словаря", а именно – в 1901 году. В Археологической карте Подольской губернии Сецинского находим такие сведения: Заметно, что Сецинский не просто пересказывает данные ранее опубликованного 13 тома "Географического словаря", поскольку в его тексте встречаем много новых деталей, например, о том, где именно находится объект относительно села, какой он в плане, каковы его размеры и т.д. Т.е. даже если Сецинский опирался на "Географический словарь", то помимо его сведений сообщал немало новых данных. Тут интересно принципиальное различие - если в плане указания месторасположения укрепления Сецинский и Шуберт друг другу не противоречат, то когда речь заходит о планировке укрепления, мнения расходятся - на карте Шуберта видим 5-угольный объект, а Сецинский пишет о 4-угольном. Кто "правее" нужно уточнять. Возможно противоречий нет, просто на карте объект зафиксирован в первоначальной 5-угольной форме, а к моменту его фиксации для "Археологической карты" Сецинского он уже успел утратить один "лучь", потому Сецинский и написал, что он был четырёхугольным. Так или иначе, с планировкой не всё ясно. Также интересно, что вдоль речушки, на которой находится Верховка, Сецинский указывает намного больше укреплений, чем карта Боплана. Если сопоставить данные этих источников, то получится, что здесь имелся настоящий укрепрайон, поскольку на расстоянии в 30 км приходилось как минимум шесть укреплённых пунктов (с запада на восток – Шарапановка, Куничье, Китайгород, Савинцы, Верховка, Ободовка). А это справка из "Приходов и церквей Подольской епархии" (1901) всё того же Сецинского: Об оборонном прошлом Верховки в этом источнике нет, правда, отмечено, что Верховка находилась на "большой дороге к Чёрному морю" (может это и есть причина появления в этом районе цепи укреплений?), а также немаловажно, что ею владели Потоцкие, весьма могущественный род, как вы знаете. Возвращаясь к теме укреплений, упомянем также "Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона", нужный том которого вышел, если не ошибаюсь, в 1892 году. В этом издании о Верховке написано мало, но при этом укрепления всё же упомянуты: То ли кто-то у кого-то позаимствовал информацию (это я о том, что нужные тома "Географического словаря" и "Словаря Брокгауза и Ефрона" вышли с разницей в год), то ли авторы обоих изданий использовали один и тот же источник, готовя материалы по Верховке. Если учесть, что источники по типу "Географического словаря", "Словаря Брокгауза и Ефрона" и книг Сецинского, не могут чётко обозначить, о каком именно объекте идёт речь (замок, крепость, шанец, городские укрепления и т.д.), хочется довериться данным карты Боплана, поскольку пока только она более-менее чётко намекает - на месте Верховки был укреплённый городок с замком. Тот объект, который связывают с Хмельницким (и укрепления которого ещё в начае 20 века хорошо читались), как мне кажется, на самом деле существовал и до начала Хмельниччины, т.е., возможно, речь идёт о замке. Если с расположением линий укреплений городка придётся долго и нудно возиться (пока лишь понятно, что городок находился на левом берегу реки, между самой рекой и замком), то с "крепостью Хмельницкого" всё более-менее просто, т.к. она показана на карте Шуберта и потому её можно привязать к современной карте. Отбрасывая в сторону графические материалы, связанные с процессом привязки, сразу перехожу к главному, т.е. к месту, где находился объект (по моим предположениям): Живая карта Если присмотреться, то на карте можно увидеть линии приблизительно такой вот "звёздочки" (вспоминаем карту Шуберта): Правда, её размеры явно превосходят размеры среднего замка 17 века раза этак в два, поскольку "звёздочку" можно вписать в квадрат 300 х 300 метров, тогда как многие замки 17 века вписывались и в квадрат 200 х 200 метров или 150 х 150. Вот и возникает вопрос – то ли в Верховке был весьма неплохо укреплённый для того времени объект, раз мог позволить замок таких размеров, созданный в таких современных для того времени бастионных формах, либо я неправильно указал месторасположение линий укреплений. Впрочем, даже в этом случае с районом поиска я вряд ли сильно ошибся, потому тем, кто заедет в Верховку и заинтересуется, где там был замок, и что от него осталось, рекомендую погулять по территории указанного участка. Судя по тому, что во 2-ой половине 19 века укрепление ещё сохраняло свою основную форму, а Верховка в настоящее время представляет собой село (в городах расширение застройки зачастую связано с уничтожением старых укреплений), то есть шанс, что на местности и в наши дни можно будет рассмотреть следы валов и рвов. Интересно также узнать, что в данный момент находится на территории замчища… Судя по всему, это какой-то колхозный двор (кстати, колхозные дворы часто обустраивали на территории старых укреплений и резиденций). Напоследок отмечу, что село, в основном, среди туристов известно благодаря усадьбе рода Собанских, построенной здесь во 2-ой половине 19 века. Усадьба находится на противоположном (правом) берегу реки, т.е. напротив старого городка: Об усадьбе решил упомянуть, т.к. её создатель явно вдохновлялся укреплениями более раннего периода, а может даже таким вот образом подчёркивал связь новой резиденции с существовавшими в Верховке укреплениями: Источник фото (там же можно подробнее прочитать о дворцово-парковом комплексе). Такой вот укреплённый пункт. Если есть, что добавить по теме оборонных объектов Верховки – добавляйте!
  5. Обсуждаются эти объекты: замок и городские укрепления Песочина Песочин находится в 40 км к юго-востоку от Винницы: Рядом с Песочином находится село Войтовцы, в котором также были укрепления (о них речь идёт в этой теме). На картах Боплана (издания 1650 и 1670 годов) Песочин показан как укреплённый городок с замком: Застройка Песочина на карте Шуберта (1868 - 1877): Источник Справка из книжки Яна Лешека Адамчика "Fortyfikacje stałe na polskim przedmurzu od połowy XV do końca XVII wieku" (2004): Справка из "Географического словаря Королевства Польского" (1887): Источник Как видим, некогда Песочин был собственностью иезуитов. Традиционно об укреплениях больше всего сведений находим в труда Евфимия Сецинского. В Археологической карте Подольской губернии (1901) он сообщает следующее: Если использовалась сажень в 2,1 метра, то описано некое четырёхугольное укрепление площадью около 1200 кв. метров (квадрат размером 35х35 метров, для замка явно маловато). По углам укрепления находились насыпи (основы башен?), высота уцелевших валов – около 6 метров. Далее сообщается, что от одного из угловых выступов четырёхугольника отходит вал, длина которого составляла около 800 метров (!?), а высота – около 2 метров. Если я всё правильно понял, то описан вал Г-образной в плане формы. Тут у меня немного не сходятся размеры – второй четырёхугольник (судя по внушительной длине вала) никак не мог быть равным тому, который описан первым. Если немного абстрагироваться от размеров, то создаётся ощущение, что первым описан замочек (хотя, как уже отметил, размеры укрепления более чем скромные), к которому примыкал вал, защищавший городок. А вот что сообщают "Приходы и церкви Подольской епархии" (1901): Выше я уже упоминал соседнее село Войтовцы, как раз потому, что народная молва связывает это село с Песочином, в том числе и посредством упоминания общих (?) укреплений. Как видим, данные Е. Сецинского, почёрпнутые у местного люда, вроде бы нисколько не противоречат данным карты Боплана. Перечислено множество признаков существовавшего здесь городка, в наследство от которого сохранились не только линии укреплений, но и фундаменты каких-то капитальных строений(я). Интересно, знают ли о чём-то подобном нынешние жители села? Пытаясь понять, сохранились ли какие-то укрепления в селе, я наткнулся на упоминание некого четырёхугольного оборонного объекта, который в источниках называют ставкой татарского хана или татарского наместника. Именуют её то "Салган", то "Салаган": Источник Источник Хотелось бы разобраться в этимологии названия объекта, а то первый поиск привёл меня к парадоксальному ответу, согласно которому название так или иначе было связано со свиньями/салом, а те же крымские татары, как известно, были мусульманами, и потому связывать название татарской ставки с салом кажется не самой удачной мыслью. Вообще информация об укреплённой татарской ставке кажется нонсенсом, т.к. татарские отряды – это мобильное войско, которое не отягощало себя строительством укреплённых лагерей. Как вариант – в качестве временного лагеря татары могли использовать укрепления Песочина, к строительству которых они не имели отношения. Возможно, в период турецкой оккупации Подолья (1672-1699) в Песочине находились какие-то войска и история о отсюда и растут ноги истории о татарской ставке? В таком случае можно предположить, что речь может идти не о татарах, а о турках? Во всяком случае, в период оккупации Подолья турки размещали свои гарнизоны во многих захваченных укреплённых пунктах, так может Песочин был одним из них? В любом случае, радует то, что укрепление (возможно, это всё же замок) уцелело и его можно и в наши дни осмотреть. Осталось понять, где оно находится. На карте Боплана показано, как именно городок и замок были расположены относительно рек. Можно предположить, что замок стоит искать ближе к южной околице села: Живая карта Е. Сецинский писал, что четырёхугольное укрепление находится неподалёку от церкви. Церковь в наши дни находится вот здесь: Живая карта Тот ли это храм, о котором писал Е. Сецинский? А если храм более-менее свежий, то построен ли он на месте церкви, которую возвели в 1860-х годах? В районе этого храма есть несколько участков, которые выглядят интересно на спутниковом снимке, но ни один из них я не могу уверенно сопоставить с участком укрепления. Если же на самом деле укрепление находится не рядом с церковью, а другом месте, то где? Такой вот стартовый материал для поиска.
  6. Год издания: 1994. Автор: Дариуш Колодзейчик (Dariusz Kołodziejczyk). Издательство: Oficyna Wydawnicza "Polczek" Polskiego Czerwonego Krzyża, Варшава (Польша). Язык: польский + резюме на английском. Формат: 14,2х20,3х1,3 см. Переплёт: мягкий. Бумага: офсетная. Количество страниц: 264. Иллюстрации: 2 цветные карты, 1 чёрно-белая карта, небольшое количество чёрно-белых рисунков и фото. Тираж: ? ISBN: 83-85272-32-1. Об издании: В книге даётся анализ 27-летнему периоду (1672-1699) турецкого правления на Подолье. В августе 1672 года после ожесточённой двухнедельной осады некогда неприступная крепость в Каменце-Подольском сдалась туркам, и с этого момента почти три десятилетия Каменец оставался главным северным форпостом ислама, центром новосзданного Каменецкого эялета Османской империи. В книге рассказывается о причинах и следствиях турецкой экспансии, а также о разноплановых военных, экономических, политических и др. процессах, происходивших на территории "Турецкого Подолья" - от административных реформ и переписей населения до обеспечения контроля над этими землями при помощи гарнизонов, размещённых в ряде ключевых укреплений. Из рецензии профессора Тадеуша Новака: Из рецензии профессора Збигнева Вуйцика: Об авторе: Дариуш Колодзейчик (родился в 1962 г.) - польский историк. Специализация: история дипломатии, история Польши и Речи Посполитой 16-18 веков, история польско-турецких взаимоотношений, история Турции, история татар, история отношений на границах между империями и государствами. Автор нескольких монографий и множества статей. В 1986 г. закончил обучение в Институте Истории Варшавского университета. В 1986-1987 гг. работал в Государственном архиве Польши. С 1988 г. и до нынешнего времени работает в Варшавском университете. С 2003 - доцент, а с 2013 профессор Варшавского университета. В 2012-2016 занимал должность директора Института истории Варшавского университа. С 2006 является научным сотрудником Института истории Польской Академии Наук, с 2010 г. работаем там в статусе профессора. В 1990 г. защитил докторскую диссертацию (степень доктора философии) по теме "Каменецкий эялет 1672-1699. Исследование по истории турецкого правления на Подолье", которая была издана в 1994 году под названием "Подолье под турецким правлением: Каменецкий эялет 1672-1699". Стажировался и преподавал в Кембридже (Великобритания, 1990), Принстоне (США, 1991). В 1991-1992 гг. был научным сотрудником Украинского исследовательского института Гарвардского университета (США). В 1994-1995 гг. работал в Институте Ближнего Востока Мюнхенского университета имени Людвига и Максимилиана (Германия). В 1997 - Практическая школа высших исследований (Франция), в 1998 - Американский исследовательский институт в Турции. В 2000 г. работал в Университете Болоньи (Италия), в 2004 и 2005 гг. в качестве приглашённого профессора работал в Университете Нотр-Дам (США), в 2006 г. в Американском институте исследований в Йемене, в 2009 г. в Университете Хоккайдо (Япония), в 2011 г. в Коллеж де Франс (Франция). В 2001 г. получил степень хабилитированного доктора на основании работы "Турецко-польские дипломатические отношения (15-18 века)", изданной в 2000 г. Источники: 1, 2, 3 Примеры страничек: Карты: Содержание: На польском: В переводе:
  7. Немного первых впечатлений О существовании этой книги я узнал вскоре после того, как начал знакомиться с историей Каменца-Подольского, когда в работах ряда исследователей обнаружил отсылки к этому источнику, причём в контексте очень интересных тем. Довольно быстро выяснилось, что источник относится к категории труднодоступных. Годы шли, а книга не спешила переходить в категорию доступных и даже наоборот - упрочила свой статус библиографической редкости. Поскольку издание увидело свет в 1990-х гг., то не стоило ждать, что поляки его оцифруют и опубликуют в Сети в свободном доступе, потому решил достать физический экземпляр в Польше, но и с этим возникли проблемы, поскольку, во-первых, издание (очевидно, в силу небольшого тиража) довольно редко появлялось на аукционах (В 2018-м, к примеру, я видел его в продаже всего два раза), во-вторых, из-за редкого статуса книжка зачастую продаётся по явно завышенной цене, и, в-третьих, среди поляков каждый раз находятся желающие пополнить свои коллекции этими изданием, потому книжка (даже если она появляется в продаже) быстро улетает новому покупателю и на прилавках не залёживается. Проиграв сражение за первый экземпляр, я укрепился в мысли, что следующая книжечка, появившаяся в продаже, от меня уйти не должна, и в очередном сражении с конкурентами в последний момент всё же удалось её заполучить. Уже позднее узнал - что дороговизна (иногда просто запредельная) и труднодоступность характеризует практически все монографии Д. Колодзейчика, что в целом объясняет, почему с работами этого автора у нас не особо хорошо знакомы. Конечно, когда держишь эту книгу (а точнее - книжечку) в руках, то удивляешься, что столь неброское издание способно превратиться в предмет охоты. С виду её никак не тянет назвать солидным трудом - формат размером с ладонь (в наши дни в Польше в таком виде часто издают магистерские работы), небольшая толщина, мягкая обложка с примитивным дизайном, странное и далеко не каждому понятное название "Каменецкий эялет", имя малоизвестного у нас автора, не особо ценные иллюстрации (за исключением нескольких карт) и т.д. К тому же хоть это и докторская, но если разбираться, то в действительности по иерархии/статусу это скорее кандидатская, а вот уже обстоятельная докторская, увенчавшей хабилитацию Д. Колодзейчика, имела уже куда более солидный вид и объём в 812 стр. В общем, с точки зрения "встречают по одёжке" книжка выглядит не особо интересно, и совершенно очевидно, что нездоровый дефицит вызван каким-то уж очень скромным тиражом, отсутствием переизданий и оцифрованных версий (бесплатно или хотя бы в продаже). Книжечка Д. Колодзейчика в сравнении с монографиями о Каменце авторства Николая Петрова и Ольги Пламеницкой: Но книжка только с виду как гадкий утёнок, ведь самое интересное находим внутри, в текстах, и об этих достоинствах издания подробно написано выше, в рецензиях. Задействовав ранее неизвестные источники (преимущественно турецкие, с которыми ни в Польше, ни в Украине практически никто не работает) автор действительно не просто расширил нашу сферу знаний о Подолье 1672-1699 гг., а как бы создал тот самый каркас, который в свою очередь послужит отправной точкой для дальнейших исследований, уточняющих картину. Для поклонников военной истории и фортификации книжка интересная ещё и потому, что там много внимания уделено кампании 1672 г., в ходе которой турки захватили Каменец, так и 27-летнему функционированию Каменца в качестве главной турецкой крепости региона, а также различным вопросам, связанным с её гарнизоном. Интерес к книгам Д. Колодзейчика также подогревает тот факт, что об этом авторе и его трудах уважительно отзываются историки в разных странах (Польша, Украина, Турция, Англия, США и у татар из разных стран он также вызывает симпатию), что в целом, как по мне, свидетельствует об объективности и основательной обоснованности сведений, изложенных в его публикациях. Из недостатков книжки, которые попали на глаза при первом знакомстве, могу отметить только отсутствие списка имён и географических названий, что затрудняет использование книги в качестве справочника (к примеру, когда захочется узнать, что именно он там писал о конкретном пункте или конкретной персоне). Из достоинств сразу обращает на себя внимание обилие статической информации, которую автор в ряде случаев для удобства восприятия оформил в формате таблиц, а также составил на их основе парочку занятных карт, опубликованных выше. Позднее, как доберусь до знакомства с текстом, опишу впечатления от содержимого, но уже сейчас понятно, что в целом источник обещает много интересных сведений, ознакомившись с которыми можно будет составить более цельное и структуированное представление о турецком Подолье.
  8. В своей рецензии Николай Крикун упомянул, что между защитой диссертации (1990 г.) и выходом монографии (1994 г.) Д. Колодзейчик опубликовал две статьи, в которых также коснулся отдельных аспектов турецкого правления на Подолье. К счастью, обе эти статьи нашлись в Сети. 1. Кам’янецький еялет: Турецькі джерела до історії Поділля 1672-1699 років // Український археографічний щорічник. Київ, 1992. Вид. 1. С. 113-118. Эта статья, к слову, интересна ещё и тем, что зачастую именно на неё (а не на куда более труднодоступную монографию) ссылаются исследователи в Украине в своих статьях и других публикациях. 2. Ottoman Podillja: The Eyalet of Kanm’janec’ 1672-1699 // Harvard Ukrainian Studies. 1992. 1/2. P. 87-101.
  9. Рецензии 1. Рецензия доктора исторических наук Анджея Дзюбинского, опубликованная в "Przegląd Historyczny", №86/1, 1995, S. 107-111. 2. Рецензии профессора Збигнева Вуйцика, опубликованная в "Kwartalnik Historyczny" Rocznik CII, 1995, S. 3-4. 3. Существует рецензия профессора Тадеуша Новака, но её пока в полном виде найти не удалось, хотя её было бы особенно интересно прочитать, поскольку Т. Новак специализировался на военной истории, и затрагивал в своих публикациях тему фортификации. 4. Рецензия доктора исторических наук Николая Крикуна, опубликованная в "Віснику Львівського університету. Серія історична". — Випуск 33. — Львів, 1998. — С. 290-95.
  10. Уникальный план, о котором речь пойдёт в этой теме, как по мне, даже сейчас тянет отнести к категории малоизвестных источников, хотя его как минимум с 2014 г. в своих публикациях (о них речь пойдёт ниже) упоминали и анализировали сотрудники заповедника "Замки Тернопілля", а в польских публикациях появился в 1994 г. В 2014-м план был впервые упомянут на форуме Русланом Пидставкой, одним из сотрудников "Замків Тернопілля". И всё же публикации отдельных украинских исследователей, упоминавших план, известны относительно небольшому кругу читателей, к тому же в наших сборниках план публиковался то в уменьшенных копиях, то фрагментами, а в Сети оцифрованная копия плана мне пока не попадалась (хотя не исключаю вероятности, что план оцифрован, и нужно только найти правильную ссылку), потому в сложившихся обстоятельствах достаточно сложно более-менее основательно ознакомиться с источником. Первое знакомство с планом приходилось откладывать, ожидая, когда в поле зрения окажется более-менее вменяемая картинка, и вот она попалась. Правда, попавшееся мне в руки изображение также с точки зрения качества не идеально, да и сам план попался в немного урезанном виде, но всё же основные линии укреплений на картинке присутствуют, а в лучшем качестве план мне пока не попадался, потому подумал, что стоит и в таком виде засветить этот источник, пока в руки не попадётся его более толковая и качественно оцифрованная версия. Эта версия плана была опубликована во втором издании монографии Fortece Rzeczypospolitej. Studium z dziejów budowy fortyfikacji stałych w państwie polsko-litewskim w XVII wieku (2018). Это же изображение присутствовало и в первой версии монографии, изданной ещё в 1998 г., но там оно было опубликовано в виде чёрно-белой копии, тогда как во втором издании приведена уже цветная копия. В подписи к плану автор монографии, Богуслав Дыбась, сообщил о местонахождении оригинала: Staatsbibliothek zu Berlin Preußischer Kulturbesitz, Kart. C 8.3, т.е. хранится он в Берлинской государственной библиотеке. Вот потому этот план не редко называют "берлинским". Собственно, так выглядит план, опубликованный Богуславом Дыбасем: В процессе знакомства с планом возникает много вопросов, и в первую очередь хочется узнать кем и когда был создан этот источник, показывающий не только фортификации широко известного замка, но и городские укрепления, а также внушительную систему укреплений польского военного лагеря. А ещё на плане можно увидеть не менее внушительную и в некотором роде уникальную систему земляных валов, построенных казаками в ходе осады, и она заслуживает ничуть не меньше внимания, чем укрепления самого Збаража, поскольку это редкий пример визуализации осадных технологий, которые использовали казаки. К счастью, самостоятельно ломать голову над вопросами авторства и датировки плана долго не пришлось, поскольку обо всём этом нашлась информация в статьях, опубликованных в "Наукових записках" №4 (2014) Национального заповедника "Замки Тернопілля". На стр. 26 встретилась статья "Оборонні укріплення Збаража кінця XVI-XVIII століть", где есть упоминание нужного нам плана (стр. 26-27): Как видим, опубликованная в статье копия плана не блещет качеством, но зато он показан в полном размере, и, самое главное - мы получаем первые сведения об авторе и периоде создания источника. Судя по предоставленной информации, оригинал плана был создан в том самом 1649 г., в конце осады, а его автором был Войцех Радван Радванский, принимавший участие в строительстве укреплений польского лагеря. Всё это существенно повышает ценность источника, который не только был создан по горячим следам знаменитой осады, но ещё и был нарисован человеком, принимавшим активное участие в создании фортификаций лагеря. В статье также упоминается, что этот план является копией, созданной немецким офицером Кристофом Гоувальдом, только автор не потрудился снабдить эту часть своего текста ссылкой на источник, потому непонятно, на какой основе был сделан вывод. В той же статье, на стр. 27, упоминается о первой (?) попытке использовать план для локализации линий укреплений польского лагеря: В том же сборнике, в статье "Історіографія Збаразької битви 1649 року" упоминается (стр. 57) автор плана: Всё в том же сборнике, на стр. 71, находим статью Руслана Пидставки "Збаразька битва 1649 р. на основі аналізу історіографічних джерел та картографічних джерел", где упоминается и анализируется нужный нам план. Приведу особенно интересные фрагменты статьи, снабдив их несколькими комментариями: Вырисовывается следующая картина - Войцех Радван-Радванский, участник осады и один из тех, кто занимался строительством укреплений польского лагеря, ок. 1649 г. создаёт ряд планов, фиксирующих ситуацию, сложившуюся в ходе осады. Далее формируется вывод, что именно на основе одного из этих планов (или какой-то из его копий) и была создана известная гравюра Вильгельма Гондиуса. Ранее было принято считать, что автором рукописного плана, на основе которого создавалась гравюра, был Боплан, однако Станислав Хербст ещё 70 лет назад усомнился в причастности Боплана к созданию оригинала, поскольку, во-первых, Боплан сам в осаде участия не принимал, и потому не мог составить столь детальный план, и, во-вторых, был известен человек, который такой план создавал (да ещё и в нескольких вариантах/копиях), и им был Войцех Радван-Радванский. Правда, в основе гравюры мог лежать план Боплана, однако этот план, вероятно, был не оригиналом, а копией с оригинала, созданного другим автором. Если я правильно понял, то речь идёт о том, что "Берлинский план" впервые был опубликован в неком немецком (?) размашистом каталоге авторства Вольфрама Клауса, изданном ещё в 1976 г. Руслан Пидставка не упоминается название каталога в оригинале, да и в списках источников каталог не значится, откуда можно сделать вывод, что из данного источника информацию могли почерпнуть поляки, тогда как исследователям в Украине этот материал на момент написания статьи был неизвестен. Здесь снова приводятся сведения в пользу версии, что автором оригиналов нескольких планов был Войцех Радван-Радванский. И, наконец, в конце статьи узнаём, откуда Руслан Пидставка узнал о существовании плана: На основе плана, опубликованного в журнале "Forteca", Руслан сделал такую вот схему: Мне, разумеется, стало интересно, как как именно выглядела оригинальная публикация, потому я обратился к Руслану за помощью, и он любезно предоставил в наше распоряжение полную версию опубликованного в 1998 г. плана: В статье 1998 г. указан номера хранения оригинала и размеры плана - 45,5 х 81 см. Сходу может показаться, что эта версия не урезана (в отличие от той, которую опубликовал Б. Дыбась), однако на самом деле она всё же урезана, только на этот раз отсутствует нижняя часть плана, в результате чего были отрезана 1/3 часть города и некоторые другие интересные детали. Кроме того, тот план, который опубликовал Б. Дыбась, более чёткий в деталях, тогда как план из статьи 1998 г. в деталях размыт. Но теперь, когда на руках две более-менее сносные копии плана, которые взаимно дополняют друг друга, можно приступать к детальному изучению источника в целом. P.S. Польская статья 1998 г., кстати, очень интересна и содержит большое количество важных сведений. Так, оттуда узнаём, что осадный план Збаража впервые в Польше засветился в публикациях в 1994-1995 гг., что в берлинский план был датирован 1660 г. и многое другое. Статью как-нибудь отдельно обсудим - она достаточно объёмная и информативная, к тому же содержит сведения о других публикациях, касающихся плана, так что этот пласт данных решил пока не поднимать, чтобы не перегружать тему. Для начала, думаю, можно начать с общего знакомства с планом, а чуть позже продолжим углублять знания о нём.
  11. Рік видання: 2016 Автор: Фергад Туранли Видавництво: видавничій дім Києво-Могилянська академія, Київ Мова: українська Формат: 70 х 100 1/16 (17,5 х 24,7 х 3,5 см) Обкладинка: тверда Папір: офсетний Кількість сторінок: 606 Ілюстрації: 9 чорно-білих зразків документів та 2 зображення (малюнок, карта). Наклад: 500 примірників ISBN: 978-966-518-693-9 Придбати: на сайті видавництва Критичная рецензія Анотація: Приклади сторінок: Зміст: Передмова:
  12. А книжечку-то основательно потрепали: Вступ до відгуків та відгуки Даріуша Колодзєйчика та Віктора Остапчука на докторську дисертацію Фергада Туранли Дисертація не гірша, ніж в Януковича: про моральні засади в українській науцi
  13. Так что же показано на плане? Тем, кто был в Збараже и скорей всего видел только Збаражский замок (и полагал, что именно вокруг этого замка и вертелись все события осады, как это показано в "Огнём и мечом" Ежи Гофмана), план может показаться сосредоточением хаоса, тогда как сотрудникам заповедника "Замки Тернопілля" план наоборот, вероятно, покажется очень даже понятным, поскольку у них есть понимание, где находится замок, где был город, и где происходили основные события 1649 г. Таким образом, у большинства, вероятно, всё же возникнет вопрос, а что именно мы видим на "Берлинском плане", и на этот вопрос начнём отвечать в картинках, используя все доступные на данный момент копии плана. На плане видим систему укреплений Збаража, расположенную на двух берегах реки Гнезна (№1). Между участком города и участком замка показа искусственная дамба (№2), благодаря которой создавался так называемое Базаринецкое озеро (укр. Базаринецький став) №3. Дамба также служила главной коммуникационной артерией, связывающей две части одного оборонного комплекса: Систему долговременных укреплений Збаража образца конца 1640-х гг. условно можно разделить на три участка: город (№1), предградье (этакая буферная зона между городом и замком) №2 и замок (№3), который был мог служить одновременно и в качестве резиденции, и в качестве городской цитадели: Внутри городских стен показали только одно сооружение - Бернардинский монастырь, который, кстати, был приспособлен к обороне, и, возможно, именно потому его и отметили на плане, как один из опорных пунктов: На участке Предградья то ли в процессе осады, то ли ещё раньше была построена батарея (№1), которая (судя по направлению большинства амбразур и толщине брустверной стенки) обстреливала в основном тех, кто осаждал город: Теперь перенесёмся на другой берег реки, где и протекали главные события битвы. Здесь поляки соорудили огромный по площади укреплённый лагерь, примыкавший к участку укреплений замка. Основные действия осаждающих сводились к многочисленным атакам на этот лагерь, и под напором осаждающих территория лагеря несколько раз сокращалась, а осаждённые, отступая к замку, строили на пути неприятеля новые линии укреплений, в результате чего к концу осады первоначальный участок лагеря оказался как бы поделён на четыре сектора. Вот на этой схеме, составленной на основе гравюры Вильгельма Гондиуса, показана общая картина отступления поляков к участку замка: Источник: "Паўстаньне Хмяльніцкага: ваенныя дзеяньні ў Літве ў 1648—1649 гг." (2008), стр. 136 Ориентировочная линия самого раннего и самого обширного контура укреплений лагеря, усиленного каким-то самостоятельным вспомогательным укреплением №1 (возможно, одним из командных пунктов), который по размерам даже несколько превосходил Збаражский замок: Когда одна из внешних линий укреплений была потеряна, территория лагеря сократилась: Новые атаки привели к очередному сокращению участка лагеря: И уже на последней стадии осады участок лагеря располагался непосредственно под стенами замка и предградья, однако основные бои всё ещё происходили в вдоль линии укреплений лагеря: В описаниях осады неоднократно сообщалось о том, что казаки напротив укреплений польского лагеря насыпали огромные валы, часть которых по высоте превосходила укреплений осаждённых. Важно то, что эти уникальные валы также отражены на плане. Вот они вокруг 3-й линии укреплений лагеря: Такие же валы были были насыпаны вокруг укреплений города: И, наконец, после прорыва третей линии обороны, валы появились напротив последней линии укреплений лагеря: Збараж так и не пал - узнав о подходе войск Яна II Казимира, Хмельницкий меньшую часть войска оставил создавать видимость продолжающейся осады, а большую часть направил навстречу войску Яна II Казимира, что в конечном итоге вылилось в Зборовской сражение, которое в свою очередь увенчалось Зборовским мирным договором. Так закончилась одна из самых знаменитых осад в истории Украины 17 века. Наличие на плане многочисленных примечаний, отмеченных буквами и другими символами, подразумевает наличие некой экспликации, которая должна была сопровождать источник, но о её в нашем распоряжении нет, известно лишь, а обе польские публикации плана обходились без расшифровки различных символов/пометок, размещённых на карте. В лучшем случае уточняли, что А - это город, а B - участок замка. Что касается других буквенных обозначений (C, D, E, H и др.), расположенных вдоль линий укреплений польского лагеря, то рискну предположить, что с их помощью обозначали различные воинские подразделения, которые обороняли эти позиции. Помимо этих общих обозначений, план содержит массу других сведений о внешнем виде и планировке Збаражских укреплений, как долговременных, так и укреплений лагеря. Так, к примеру, видим, что в середине 17 века корпуса замкового дворца окружали небольшой открытый дворик (в наши дни корпус замкового дворца внутреннего дворика не имеет): В правом нижнем углу плана видим татарский лагерь: В верхней части виден лагерь казаков: Кстати, обратите внимание на интересную особенность плана - он рассчитан на восприятие не с одной стороны, а как минимум с двух, потому различные рисунки и надписи в нижней части плана сделаны для тех, кто захочет оценить ситуация со стороны татарского лагеря, а если захочется оценить ситуацию с противоположной стороны, то план можно перевернуть (или обойти его если, к примеру, представить, что он лежит на столе) и убедиться, что рисунки с надписями в этой части плана показана так, что с этой стороны также удобно воспринимать картину. О том, что план считался точным фиксационным документом свидетельствует наличие масштабной шкалы: Так что, источник весьма интересный, как с точки зрения визуализации общей системы укреплений Збаража, так и с точки зрения многочисленных деталей, анализом и толкованием которых теперь могут заняться все желающие.
  14. В этой теме речь пойдёт книге, полное название которой в переводе звучит так: "Крепости Речи Посполитой. Исследование по истории строительства долговременных фортификаций в польско-литовском государстве в XVII веке". Книжка существует в двух вариантах изданий, потому с одной стороны здесь речь пойдёт об одной и той же работе одного и того же автора, но опубликованной в разные годы в разном виде. Первое издание: Год издания: 1998. Автор: Богуслав Дыбась (Bogusław Dybaś). Издательство: Научное товарищество в Торуне (Towarzystwo Naukowe w Toruniu), Польша. Язык: польский + резюме на немецком. Формат: 16,5х23,8х2,3 см. Переплёт: мягкий. Бумага: офсетная. Количество страниц: 436. Иллюстрации: 55 чёрно-белых планов, карт, рисунков укреплений. Тираж: 700 экз. ISBN: 83-87639-05-2. Второе издание: Год издания: 2018. Автор: Богуслав Дыбась (Bogusław Dybaś). Издательство: Научное издательство Университета им. Николая Коперника (Wydawnictwo Naukowe Uniwersytetu Mikołaja Kopernika), Польша. Язык: польский + резюме на английском и немецком. Формат: 15,5х23,5х4,6 см. Переплёт: есть два варианта 1) твёрдый + суперобложка, 2) мягкий. Бумага: офсетная. Количество страниц: 584. Иллюстрации: 55 чёрно-белых и цветных планов, карт, рисунков укреплений. Тираж: ? ISBN: 978-83-231-39-59 (мягкий переплёт), 978-83-231-3958-4 (твёрдый переплёт). Книга на сайте издательства Аннотация (в переводе): Об авторе (в переводе): Примеры страничек (здесь и далее примеры страниц из второго издания): Оглавление: На польском: В переводе: Вступления к первому и второму изданиям, а также подборку других страниц книги можно прочитать здесь Список географических названий:
  15. В новом издании на карту просочилась ошибка, но, очевидно, не автора, а того, кто перерисовывал карту. На новой карте перепутаны подписи Каменца-Подольского (Хмельницкая обл.), Окопов Святой Троицы (с. Окопы, Тернопольская обл.) и Шанца Девы Марии (с. Городок, Тернопольская обл.). Выглядит это так: А должно выглядеть так (т.е. метки более-менее на своих местах, а подписи полностью перепутаны): Когда это увидел, то подумал, что эта ошибка могла перекочевать в новое издание из старого, но нет - в первом издании всё как надо:
  16. Мне кажется, что в целом автор не ставил перед собой задачу полностью реконструировать систему укреплений на границах Речи Посполитой, а те объекты, которые он упомянул в книге, и те, которые попали на карту, возможно, просто оказались достаточно интересными, чтобы на их примере описать те или иные процессы. Кроме того, кажется, сфера авторских интересов больше тяготеет к северным районам Польши, к Пруссии, а северные, западные и южные соседи Польши его интересуют куда сильнее, чем восточные и юго-восточные, отсюда также может проистекать слабая представленность пласта укреплений Украины в работе. Однако, возможно, это не такая уж и проблема, поскольку книга рассказывает о процессах, происходящих на высших эшелонах власти, потому, может, там в книге могут содержаться какие-то общие мысли, векторы и выводы, которые мы сами, без помощи автора, сможем применить к объектам, которые нам хорошо известны, хоть они и были обделены вниманием в книге. Кроме того, наличие таких вот брешей в работе, возможно, простимулируют кого-то из Украины восполнить пробел. Ещё один момент - на момент написания монографии, в руках автора было не так уж и много источников, которые бы могли снабдить его большим массивом данных о бастионных укреплениях 17 века, расположенных на территории Украины. Уже в свежем вступительном слове, которым укомплектовано издание 2018 г., Б. Дыбась перечисляет работы, которые вышли в период 1998-2018 гг., и по нашим краям и по нужной теме (бастионные укрепления) он упоминает (стр. 13) только книгу Яна Лешека Адамчика "Fortyfikacje stałe na polskim przedmurzu od połowy XV do końca XVII wieku" (2004) и Атлас українських історичних міст. Т. 1: Львів (2014). Понятно, что за это время появилось намного больше книг и статей, затрагивающих тему бастионных укреплений Украины, но автору, похоже, они неизвестны.
  17. О крепостях с высоты полёта государства Первое издание этой книги, увидевшее свет 20 лет назад, попало мне в руки совсем недавно, и так совпало, что практически одновременно я узнал о свежем переиздании, увидевшем свет в нынешнем 2018 г. Его также решил получить, благодаря чему могу не только рассказать о книге в целом, но также могу сообщить, чем отличаются оба издания. Но для начала о самой работе. В Украине (как и в Польше 20 лет назад) существует проблема, связанная с тем, что исследователи очень часто сосредотачивают внимание на отдельных объектах или в лучшем случае на локальной группе объектов, тогда как более глобальные вещи зачастую остаются вне поля их зрения. Это не редко приводит к тому, что многие исследователи не могут адекватно оценить роль своих объектов в рамках системы укреплений государства, не говоря уж о правильном определении их местоположения в иерархии укреплений Европы. Иногда это приводит к серьёзным заблуждениям, к примеру, когда вполне рядовое укрепление вдруг возводят в ранг уникального примера фортификационного искусства, или же считают, что то или иное укрепление было самым сильным и не имеющим аналогов не только в Речи Посполитой, но и вообще в Европе. Многие другие аспекты, предшествующие появлению укрепления в определённом месте в запроектированном виде, также зачастую не особо активно разрабатывают. Потому нам недостаёт таких вот публикаций, как эта монография, где казалось бы знакомая тема была рассмотрена с очень необычного ракурса, так сказать - с высоты птичьего полёта, а точнее - с высоты полёта государственных амбиций и устремлений. Как и у кого возникала идея построить или модернизировать то или иное важное с точки зрения государства укрепление, и какую роль оно занимало в фортификационной системе? Как рождался проект и как люди с деньгами взаимодействовали с авторами проектов? По какой схеме финансировались работы, как они были организованы и на основе какой материальной базы осуществлялись? Эти и другие подобные вопросы в лучшем случае освещены в работах, где с разных ракурсов проанализированы отдельные укрепления, но стоит попытаться представить эту картину в более серьёзном масштабе, как тут же понимаешь, что данных для этого явно недостаточно, и эта книга как раз призвана восполнить образовавшийся пробел.Так, анализируя польские публикации по фортификационной теме, Богуслав Дыбась пришёл к выводу, что те вопросы, которые он затронул в своей монографии, в работах других авторов "были рассмотрены в ограниченном объёме". Автор отметил следующее: "Мы хотели заняться вопросами, которые для историка кажутся гораздо более интересными, чем только лишь внешняя форма фортификации и её исключительно военные функции. Мы хотим, по отношению к конкретному времени и конкретной территории ..., проследить процесс возникновения фортификаций раннего нового времени и охватить разнообразные условия этого процесса". Важно отметить, что автор к идее своей работы пришёл не от желания суммировать интересующие его данные по отдельным объектам, взяв их из ранее опубликованных работ, нет, он не пошёл от сбора частных данных к поиску некого общего, а наоборот - начал пусть от общего, а именно - с мысли о том, что в случае с другими европейскими странами в 17 веке государство играло значительную или даже основную роль в процессе формирования систем укреплений, а поскольку по отношению к Речи Посполитой данная тема не была разработана, то было решено заполнить лакуну. По мнению автора: "Этот обширный источник дал импульс для рассмотрения фортификации раннего нового времени ... не только как архитектурного или инженерного объекта в его конечной форме или как инструмента войны, но и как произведения, строительство которого, из-за размеров и формы, было очень серьёзной технической , организационной и финансовой проблемой, и в то же время его значение не ограничивалось исключительно военными вопросами". Во вступлении ко второму изданию автор отметил занятную деталь - в Польше первое издание книги, выпущенное в количестве 700 экз. (т.е. не таким уж маленьким для специфического научной публикации тиражом) быстро разошлось, но при этом только парочка научных изданий отметили выход этой книги отдельными отзывами/рецензиями, и одной из них была та рецензия, которую я опубликовал и снабдил переводом выше. Кстати, по мнению Б. Дыбася, автор упомянутой рецензии в ней "затронул суть проблемы, обсуждаемой в книге". Так вот, этакий холодок к теме монографии, которым повеяло с польской стороны, был немного компенсирован интересом к книге, который проявился со стороны стран-соседей: "Книга встретила определенную обратную связь, хотя, что интересно, в основном за пределами Польши, в Германии, Украине и Чехии". Жаль, автор не уточнил, кто именно из Украины ознакомился с монографией и где высказал о ней свой мнение. Выше, в биографической справке, уже упоминал, что "Крепости Речи Посполитой" для Б. Дыбася стали второй докторской работой, так вот, интересно, что в качестве рецензентов этой работы выступили трое известных учёных, каждый из которых, помимо всего прочего, также занимался изучением бастионной фортификации: профессор Тадеуш Мариан Новак (1917-2010), профессор Януш Богдановский (1929-2003) и профессор Станислав Александрович (1931-2015). Было бы интересно ознакомиться с их рецензиями, но пока их найти не удалось. Теперь немного о двух вариантах издания. У них больше отличий по форме, нежели по содержанию. Казалось бы первое издание со стороны выглядит менее выигрышным - мягкая обложка, 436 стр. (в новом издании их 584), мысль о наличии устаревших данных и прочие мелочи. Но на самом деле в содержании разницы практически нет. Автор пишет, что с одной стороны идея о полной переделке первого издания казалась ему нереалистичной, с другой стороны в этом и не было особого смысла, поскольку, опять же по мнению автора, за 20 лет книга не настолько состарилась, чтобы её пришлось переписать. Иными словами, текст в первом и втором издании в основном идентичны, а количество страниц в новом издании увеличили искусственно, изменив шрифт и другие аспекты информационной насыщенности страниц. Правда, во втором издании была проведена определённая косметическая работа - текст был изменён исходя из новых правил орфографии польского языка, обновлён список источников и данные некоторых сносок, добавлено резюме на английском и новое вступительное слово. Пожалуй, наиболее значительные изменения коснулись раздела иллюстраций, где многие изображения, которые в первом издании в ряде случаев не могли похвастаться хорошим качеством, во втором издании были заменены на более качественные цифровые копии. Хотя количество изображений в первом и втором издании одинаково, набор их немного отличается, но о радикальной переделке раздела говорить не приходится. Впрочем, иллюстрации здесь играют вспомогательную роль, потому их обновление - это приятный бонус, но в целом иллюстрации в этой книге играют второстепенную роль, так что и эти изменения я бы отнёс к категории незначительных. Таким образом, второе издание хоть и посвежее, но всё же глобально это не новая книга. С другой стороны, если стоит выбор между старым и новым изданием, то с точки зрения информационной насыщенности более актуальным и полным, конечно, выглядит второе издание. Ещё одна деталь - оба издания укомплектованы картами укреплений, упомянутых в книге. В случае с первым изданием карта размером А4 была вклеена в книгу, а во втором издании карта уже представлена в виде отдельного листа вдвое большего формата, к тому же её раскрасили. Наборы укреплений на обоих картах идентичны. Когда вначале узнаёшь, что автор монографии хоть и занимается военной историей, но в большей степени интересуется политико-административными процессами в истории страны, а никак не фортификацией, то может возникнуть мысль, что такой человек вряд ли может написать качественно новую книгу на тему укреплений, однако по мере знакомства с тем ракурсом, который выбран в исследовании, приходишь к другой мысли - что далеко не каждый архитектор или исследователь фортификации способен проанализировать положение вещей с такой необычной позиции, и, в конечном итоге, получаем очень интересный пласт данных, способный сделать более объёмным наш образ фортификационных систем Речи Посполитой. Помимо этого, книга может оказаться полезной ещё и благодаря внушительном списку польских и зарубежных источников, который будет полезен тем, кто захочет углубиться в тему развития фортификационных систем и отдельных городов-крепостей. P.S. Книгу ещё не читал, так что мнение составлено на основе первого знакомства с изданиями, а более детально и предметно о содержимом, имеющем прямое отношение к объектам Украины, надеюсь, смогу рассказать чуть позже.
  18. Интересная рецензия на монографию, опубликованная в польском историческом научном журнале "Przegląd Historyczny", Том 91 / Номер 1 (2000 г.), стр. 130-132: Перевод:
  19. Представляем вашему вниманию очередную прекрасную находку от Лешека Опирхала. Речь о двух, мягко говоря, малоизвестных панорамных видах на Каменец, которые в Польше датируют в пределах 1770-х - 1800 г., но, думаю, мы тут сможем установить более конкретный период создания этих рисунков. Их автором был некий Антоний Пихельштейн (Antoni Pichelstein), личность для Google вообще неизвестная - то ли есть несколько вариантов написания его имени, то ли он действительно в Сети ещё не светился, что странно. Обе панорамы хранятся в Национальном музее в Варшаве (Польша), в "Отделе гравюр и рисунков" ("Gabinet Rycin i Rysunków"). Значение этих изображений сложно переоценить, поскольку на них запечатлены не какие-то отдельные фрагменты городской застройки, не отдельные здания, а сразу два панорамных (и при этом довольно детальных) вида, снабжающих нас массой новых сведениях о внешнем виде множества сохранившихся и утраченных достопримечательностей Каменца. Панорама №1. Вид на город с запада: Инвентарный номер: Rys.Pol.2314/1. Ориентировочная датировка: 1770-1800. Размер: 36,5х73 см. Техника: тушь. Материал: ребристая бумага ("papier żeberkowy"), бумага на бумаге ("papier na papierze"). Общий вид панорамы (сорри, тут фотокопия с фотокопии, потому качество хромает): Детали: Панорама №2. Вид на город с юга: Инвентарный номер: Rys.Pol.2314/2. Ориентировочная датировка: конец 18 века. Размер: 36,5х74,8 см. Техника: тушь. Материал: ребристая бумага, бумага на бумаге. Общий вид панорамы: Детали:
  20. Filin

    Печера: замок

    Нужная локация показана на одной из акварелей Наполеона Орды. Видим церковь с колокольней, а перед ней, на замчище, изображена довольно плотная застройка: Источник Эта акварель послужила основой для гравюры, где чуть проще рассмотреть комплекс построек на замчище. На замковые сооружения это не особо похоже, скорее эти постройки можно принять за фольварок или же такой и была резиденция/замок? В подписи к гравюре сказано следующее: @MadMax по ходу съёмки с высоты участка Рождественской церкви в Печере, запечатлел и соседний участок: Участок впечатляет обилием больших и малых ям, выглядит это всё, будто по нему отбомбились. Большие ямы, очевидно, появились на месте зданий, а малые, возможно, являют собой впечатляющий пример активности местных кладоискателей? Стоит отметить, что практически в каждом описании церкви говорится, что она построена на участке замка, т.е. не рядом с замком, а именно на его участке. К примеру "Памятники градостроительства и архитектуры Украинской ССР" пишут, что церковь и колокольня "Находятся на месте замка, построенного здесь в период 1682-1685 гг.". Частенько встречается версия, согласно которой каменная колокольня церкви (1865 г.), а также церковная ограда были построены из камня, добытого на замчище (версия, вероятно, почерпнутая у Евфимия Сенцинского, который об этом сообщал): Интересные сведения находим в "Приходах и церквях Подольской епархии" (1901) Евфимия Сецинского:
  21. Обсуждается этот объект: Невицкий замок Делимся фото и видео, при помощи которых можно взглянуть на замок с высоты. Скриншоты:
  22. Рік видання: 2018. Автор: Андрій Красножон. Видавництво: Чорномор'я, Одеса. Мова: українська. Формат: 60х90/8 (21 х 29,7 х 2 см). Обкладинка: тверда. Папір: офсетний + 18 аркушів крейдованого паперу. Кількість сторінок: 312. Ілюстрації: багато переважно чорно-білих планів, схем, карт, малюнків та іншої графіки + 18 листів з кольоровими зображеннями. Наклад: 300 прим. ISBN: 978-966-555-313-7 Орієнтовна ціна: 520 грн. Де купити: Замовити у автора (доставка Новою Поштою по всій Україні). Замовлення приймаються через особисті повідомлення на facebook або за допомогою e-mail: ahmar.and@gmail.com (тема листа: Замовлення книги). Для Білгорода-Дністровського: замовлення на facebook зможе прийняти Наталія Убейник. Одеса - продаж планується, чекаємо інформацію. Харків - продаж планується, чекаємо інформацію. Київ - продаж планується, чекаємо інформацію. Аннотація: Дуже коротко про автора: Приклади сторінок: Вступ: Зміст:
  23. Обсуждается этот объект: Замок и дворец в селе Пеняки Село Пеняки находится в Бродовском районе Львовской области. Вот карта, которая показывает, как именно Пеняки расположены относительно Олеско, Золочева, Бродов, Подкаменя, а также Зализцев и Почаева: Чем интересно село? Дадим слово Владимиру Пшику, который в свое книге Укріплені міста, замки, оборонні двори та інкастельовані сакральні споруди Львівщини XIII — XVIII ст. (2008) не оставил Пеняки без внимания (выделение жирным моё - Filin): К статье прилагались иллюстрации: Рисунок XIX ст., палац Потоцьких у с. Пеняки: Літографія XIX ст. з видом палацу с. Пеняки. Авт. і. Тисєвич: Літографія XIX ст. з видом на палац у с. Пеняки. Авт. Б. Стенчинський: Дзвіниця костелу та місце оборонного валу в с. Пеняки. Фото В. О. Такая вот вводная информация. Это только вершина айсберга, при желании можно наскрести гораздо больше данных, ведь, например, Роман Афтанази писал о дворце, да и в других источниках есть информация, которая в той или иной мере касается этого места. Когда-то было на что посмотреть, но после прочтения информации от Владимира Пшика было совсем непонятно, что осталось от дворца, что там находится в наши дни, т.к. историю объекта Владимир Пшик заканчивает на межвоенном периоде. Заинтриговало фото, показанное выше, на котором якобы можно видеть «место оборонного вала». Кстати, формулировка размытая – что значит «место оборонного вала»? Место, где он раньше был? Или место, где ещё видны остатки вала? Информации было вполне достаточно, чтобы осуществить разведку. Ареал поиска выглядел так: Живая карта Добравшись до села, сразу находим нужное место, фото которого присутствовало в книге Владимира Пшика: А вот то самое «место оборонного вала» в восточном и западном направлении (в наши дни - ограда территории храма): Дворцовая часовня 1767 года, ныне – греко-католическая церковь: Подумав, что на этом сюрпризов в Пеняках больше не предвидеться, решили всё же осмотреть место с других сторон. А тут как раз сюрприз неожиданно и появился – остатки ворот, которые когда-то, думаю, вели в сторону дворца, а ещё раньше – в сторону замка: Чуть ближе. В верхней части пилона – орнамент в виде цветка: Пана нет, потому заходим без приглашения и оглядываемся назад. Тень былого величия: Первый взгляд на потенциальное замчище, на месте которого позднее возвели постройки дворца. Видна знакомая преемственность – от замка/дворца к колхозному двору: Внутренний двор замка/дворца/колхозного хозяйства. Все владельцы имения, если бы им удалось увидеть эту картину, расплакались бы навзрыд при виде этого упадка. Мало того, что дворца не стало, а на его месте появилось это, так ещё и "это" доживает последние дни: При мне двор по диагонали пересекли парочка парней вида с металлоискателем... Учитывая сколько вокруг дармового металла, ясно, что они искали не то, что на виду. Времени было мало, потому всё в деталях не осматривали, довольствовались поверхностным знакомством. Северо-восточный корпус: А так выглядят его интерьеры: Юго-восточный корпус: Юго-западный корпус: Западный угол двора. Без малого кадр из Чернобыльской зоны отчуждения: Покидаем двор, с мыслями, что нужно посмотреть на весь этот комплекс снаружи. Сказано – сделано. Южный угол замкового колхозного двора в лучах заходящего солнца: Обратите внимание – рядом стадион, что может быть косвенным намёком – место то самое. А на территории, которую когда-то мог занимать замок, находится агонизирующий колхозный двор, что тоже как бы свидетельствует о правильной привязке. Кстати, местные жители сообщили, что знают, "ось тут (пас в сторону колхозного двора) колись був палац". Продолжим историю объекта на том месте, на котором остановился Владимир Пшик - такой вот, разобрали его на стройматериал, а на территории имения прописали колхоз. Между прочим, у села занятная структура – оно состоит из двух частей, находящихся на противоположных берегах реки Луг, при этом обе части между собой не объединены. Между двумя половинками села протянула полукилометровая дорога, не застроенная по сторонам. Вот как выглядит восточная часть Пеняков со стороны этой дороги. Стрелочкой отмечено замчище, левее виднеется дворцовая часовня греко-католическая церковь: Думаю, что не последний раз здесь...
×