Jump to content
Замки и Крепости Украины - Форум

Filin

Модераторы
  • Content Count

    4,551
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    535

Everything posted by Filin

  1. Такой вот "турецкий памятник" был в Мечищеве. Интересно, как он располагался относительно укрепления, и имел ли он отношение к военной истории. Источник
  2. Здесь автор чуть подробней рассказывает о своей работе.
  3. Несколькими оцифрованными вариантами плана осады Ставища поделился Национальный архив в Кракове
  4. Ещё одной оцифрованной версией плана поделился Национальный архив в Кракове
  5. Ярослав Иванишин поделился ещё одной версией, которая могла бы объяснить привязку даты 1484 к замку:
  6. Когда несколько лет назад делал страничку Свиржского замка на сайте, то в украинских источниках часто натыкался на формулировку, мол, первоначально Свиржем владел род Романовских, а потом после них им владел род Свиржских, и вот, мол, одни считают, что замок существовал ещё при Романовских, другие уверены, что он появился уже при Свиржских. Для примера процитирую текст справки В. Пшика из книги Укріплені міста, замки, оборонні двори, та інкастельовані сакральні споруди Львівщини XIII-XVIII ст. (2008): В общем, подобные формулировки, в которых один род противопоставляется другому, создают впечатление, что это два совершенно разных рода, а это уже влияет на раннюю историю замка, ведь если укрепление построили Свиржские, то это могло произойти не раньше, чем замок перешёл к представителю этого рода, а если замок построили Романовские, то это произошло ещё до того, как этой местностью завладели Свиржские. О том, что с этой историей что-то не так, я понял только совсем недавно. Сейчас уже средненький уровень знания польского дал мне возможность присмотреться к ряду источников, с которыми раньше я по ряду причин не смог поработать, и они мне открыли совсем другую и куда более интересную картину. Открыл 8-й том издания Herbarz polski Kaspra Niesieckiego (1841) на стр. 136, где есть справка по роду Романовских, и увидел, что один из представителей этого рода звался Марцин де Свирж: Далее открыл то же издание на стр. 584, чтобы почитать справку о Свиржских, и сходу наткнулся на новые интересные детали - оказалось, что к Свиржским применялась формулировка "из Романова", а также видим упоминание некого Глеба из Романова Свиржского: Кстати, странички Романовских и Свиржских на Википедии также содержат эти детали. Т.е. вырисовалась картина, что это не два отдельных самодостаточных рода, а нечто, имеющее один корень. Окончательно сомнения развеяла монография Анджея Жаки Świrz. Monografia historyczna kresowego miasteczka (2011), где уже довольно подробно рассказано, что на самом деле Свиржские - это те же Романовские, просто та их ветвь, которая осела в Свирже и решила там основать новый центр, и уже от этого центра взять себе название Свиржских. Но по сути не было никакой явно выраженной передачи Свиржа от одного рода к другому (как было позже, когда, к примеру, от Свиржских он перешёл к Цетнерам). А. Жаки не редко в тексте использует формулировку Свиржский-Романовский, что ещё больше подчёркивает связь этих двух ветвей. Так, на стр. 38 узнаём, что Свирж в 1420-х - 1450-х был селом, которое было частью волости с центром в Романове, расположенном в 8 км к северо-западу: Этот Романов и дал название роду Романовских. Там же узнаём, что Романовские пользовались гербом Шалава, и, как помним из текста "Herbarz polski ..." у Свиржских также был герб Шалава. На стр. 71 описано, как от семейного древа Романовских потянулась ветвь Свиржских: В переводе: Т.е. видим, как буквально в течение двух-трёх поколений у представителей рода Романовских вначале появилась приписка "из Свиржа", а потом и "Свиржские". На стр. 74-75 сообщается, что в 1454 г. между Романовскими происходит раздел имения, в ходе которого от первоначального большого владения отделилась малая часть, в которую входил и Свирж. Её владельцем стал Марцин, сын Петра из Романова. Он-то и решил сделать Свирж центром своих владений, основал здесь свою резиденцию и дав начало новому роду - сыновья Марцина уже начнут подписываться как "де Свирж" или "Свиржские". И вот тут подходим к тому, как факт родства Романовских и Свиржских может влиять на историю замка. Так вот если представлять, что это два разных рода, то приходится считать, что замок, впервые упомянутый в 1492 г. (т.е. уже при Свиржских) могли построить только Свиржские, а не Романовские, но когда понимаешь, что в 15 в. явного разделения ещё не было, что были скорее Свиржские-Романовские, чем просто Свиржские, то становится понятно, что замок, начатый Романовским и законченный Свиржским и тем и другим мог восприниматься как гнездо более-менее одного семейства. На стр. 74 А. Жаки пишет, что необходимость строительства в Свирже резиденции должна была возникнуть вскоре после того, как сюда в 1454 г. перенесли центр недавно созданной волости, т.е. какой-то замочек мог начать строить Марцин Романовский уже в конце 1450-х гг., а в документах это укрепление засветилось только 30+ лет спустя, в 1492 г., уже когда в им владели Свиржские. Так что первый замок мог быть не замком Романовских или замком Свиржских, а замком Свиржских-Романовских.
  7. Забавно, но в 2011 г., когда я задавался вопросом о том, откуда в истории замка взялась дата "1484 г.", в Польше вышла монография Анджея Жаки Świrz. Monografia historyczna kresowego miasteczka, где автор затронул и тему с этой датировкой. Там на стр. 75 читаем: В переводе: Отсюда узнаём, что автор книги, который в своих исследования опирался на большое количество источников, не удалось найти упоминаний замка ранее 1492 г., и, собственно, именно 1492 г. датируется первое известное письменное упоминание этого укрепления. Далее перемещаемся на стр. 126, где нас интересует текст примечания №148: В переводе: Отсюда узнаём, что, вероятно, миф о 1484 г. появился благодаря справке из популярного путеводителя Przewodnik po województwie tarnopolskiem (1936), где на стр. 165 действительно сообщается, что "замок был построен в 1484 году": Интересно, что в версии этого же путеводителя, выпущенной в 1928 г., этой даты ещё не было, там использовалась более размытая формулировка о постройке замка в 15 в.: Что касается того, откуда в истории замка могла появится версия о его постройке в 1484 г., то А. Жаки выдвинул предположение, что автор мифа просто перепутал данные по двум объектам - известно, что в 1484 г. в Свирже появилась католическая парафия и первый костёл, построенный неподалёку от места, где нынче можно увидеть замок. Вот так дата, сообщающая о появлении одного объекта, могла в результате ошибки прописаться в истории совсем другого объекта.
  8. Александр Чоловский в своих работах кратко упомянул об обстоятельствах создания этого инвентаря: В переводе: Также в работе 1892 г. А. Чоловский, процитировав инвентарь 1685 г., далее приводит также цитату, в которой описан замковый арсенал. Из текста создаётся впечатление, что описание арсенала взято всё из того же инвентаря 1685 г., однако полной уверенности в этом нет. И всё же текст стоит привести: Перевод: Источники: Czołowski A. Dawne zamki i twerdze na Rusi Halickiej // Teka konserwatorska. Lwów, 1892. S. 101. Czołowski A, Janusz B. Przeszłość i zabytki województwa tarnopolskiego. Tarnopol, 1926. S. 99
  9. После чуть более детального знакомства с источниками к этой теме ещё вернусь, а пока могу лишь добавить, что с инвентарями 1772 и 1778 гг. более-менее синхронизируется карта Фридриха фон Мига (1779-1782), где также можно увидеть надвратную башню с примыкающей к ней стенами: Mapire.eu
  10. Давайте попробуем сделать перевод. Хотя в случае с инвентарями перевод - это пол дела, ведь потом ещё нужно понять, о чём идёт речь. Что смог - перевёл, если в переводе сомневался, то ставил после слова или словосочетания вопросик (?), если что-то вообще не смог перевести - оставлял слово/словосочетание латиницей. Ниже вариант перевода с кое-какими мыслями и комментариями. Для обогащения темы решил параллельно провести сравнение инвентаря с планом 17 в., убрав с него бастионы, чтобы лучше проявилась первоначальная структура укреплений замка: Источник Итак, поехали: Перевод: "На пути/Идя от города к замку есть мост через ров к браме с севера из дубовой связки (?) с поручнями без подъёмного моста (?), однако на новый мост есть готовый материал, который в ближайшее время строиться будет". Словосочетание "na wiązaniu dębowym", судя из контекста, означает какую-то связанную из дубовых брёвен/досок конструкцию, только вот непонятно, был ли это какой-то чёткий термин, описывающий конструкцию определённого типа или же это было что-то разговорное и общее, не привязанное к конструктивным особенностям? Термин "zwod" мне уже попадался, но я так чётко и не понял, к чему он относился - ко всей конструкции подъёмного моста или к какой-то детали, например, только деревянному полотну или только к механизму подъёма. Перевод: "К замку, переехав через мост, есть каменная брама, над которой башня высоко вымурована, мелким гонтом (?) накрыта, в ней один этаж досками выстлан, к которому по лестнице лазят, ворота при браме двухстворчатые дубовые на кунах и бегунах деревянных, железный запор (?) для закрывания при засове". Отмечено, что башня высокая, и мы также знаем, что у уцелевшей башни замка есть 4 яруса, а тут вроде бы у высокой надвратной башни только два яруса, что несколько странно. Как вариант - может ярусов у неё было и больше, но только перекрытий между ними на момент инспекции не было? "wrota ... na kunach i biegunach drewnianych" упомянутые здесь "куны" и "бегуны" - это, судя из контекста, какая-то вспомогательная фурнитура. Вот здесь "куны" трактуется как дверные петли. "Бегуны" у дверей могли быть такого типа, т.е. нечто вроде задвижки, но может в случае с инвентарём и с учётом упоминания не одного "бегуна", а "бегунов", речь идёт о каких-то штырях, на которых эти ворота вращались? "Wrzeciądz", если правильно понял, это какая-то металлическая конструкция, при помощи которой можно было запереть створки ворот. Хотя может эта конструкция фиксировала даже не сами створки, а засов? Перевод: "Замковые стены, которые тянутся от ворота по левой руке, которые когда-то (?) были без обламков при бойницах, сейчас обвалены и сожжены, между теми стенами башня, не имеющая ни одного этажа гонтом хорошим накрыта и там на углу к югу башня с бОльшей (?) кровлей". "... które ... bez obłamków przy strzelnicach były, teraz poobalane i spalone". Я так понимаю, здесь речь идёт о деревянных конструкциях на стенах, которые на момент составления инвентаря были разрушены. Но тут могут быть нюансы. Так, к примеру, мне не совсем понятно значение выражения "bez obłamków" - о чём здесь речь? Знаю, что есть фортификационный термин "облам", означающий выступающую наружу верхнюю секцию деревянной стены, дающую возможность простреливать ближние подступы к укреплению, но имеет ли этот "облам" отношение к тем "obłamkam", которые упоминает инвентарь или там речь совсем о другом? Может тут с точностью до наоборот речь идёт о галереях, выступающих не наружу, а вовнутрь, т.е. те, которые могли держаться на деревянных кронштейнах? "między temi murami baszta" - тут, как я понимаю, одним махом описана вся восточная стена, а также упомянута некая башня, которая эту стену делила на две части. И вот вопрос - что это за башня? Пару лет назад я бы сказал, что это та единственная башня замка, которая дожила до наших дней, но потом на глаза попался план 17 в. (?), и там видим, что между воротами и угловой юго-восточной башней могла быть не одна, а две башни - округлая (уцелевшая до наших дней, отметил её под №2) и пятиугольная (№1). И вот тут возникает небольшое пространство вариантов - либо план врёт, рассказывая нам о двух башнях, когда на самом деле была одна, либо план не врёт, но тогда получается, что автор инвентаря одну из башен пропустил? А если даже и пропустил, то какую из них он при этом описал? "baszta żadnego w sobie piętra niemająca" - здесь, как мне кажется, речь идёт о том, что у башни не было перекрытий, и именно потому она могла "в себе не иметь ни одного этажа". И это, кстати, возвращает нас к вопросу о количеству ярусов в надвратной башне, где при такой трактовке авторского текста количество функционирующих этажей могло не синхронизироваться с количеством имеющихся ярусов в случае, если не все перекрытия были восстановлены. "baszta ... gątami dobremi pobita" - судя по тому, что объект в недавнем прошлом был полностью сожжён, восстановление этой башни начали с того, что сделали над ней кровлю. Прям тот же сценарий, как и в наши дни - в первую очередь обеспечить объект кровлей, а потом уже заниматься внутренностями. "... tam na rogu ku poludniowi baszta". Судя из упоминания "угла" (вероятно, периметра замковых стен), речь идёт о не дожившей до наших дней юго-восточной угловой башне. "... baszta z większym dachem". Тут не уверен в переводе слово "większy" - это слово в большинстве случаев означает бОльший размер/габарит, но иногда также может использоваться в значении степени, и под таким углом речь уже может идти о степени упадка, т.е. фразу можно перевести как "башня с худшей/более плохой кровлей". Перевод: "Все верхние строения и нижние покои и жилища, которые были с юга, сожжены, разрушены, [так] что только одни стены стоят". Все эти "budynki", "pokoje" и "mieszkania" могут быть названиями внутренних помещений одного корпуса. "dolne pokoje" - интересно упоминание "нижних покоев", т.е., упоминание того (если всё правильно понял), что покои были на нижнем ярусе, тогда как в дальнейшем более поздние инвентари будут свидетельствовать о перемещении покоев на второй этаж дворцовых корпусов. "... które były od poludnia ..." - если правильно понял, это указание на то, что на тот момент был только один корпус главного/жилого здания, который занимал южную часть замка. "spalone, zrujnowane, że tylko same mury stoją" - судя по тому, что некоторые башни и кухня на момент составления инвентаря были покрыты новым гонтом, восстановление перекрытий и кровли основного здания было не первоочередной задачей. Перевод: "Дом над кухней по правую руку гонтом накрыт, рядом с тем же домом башня гонтом накрыта, там башня квадратная гонтом наново накрыта - от той башни аж к внешней [башне?] стены нет (?) там частоколами заставлен circiter на току, на углу башенка дубовая с ганком и дверями, одной вверху, другой внизу, и там от той башенки с севера аж до ворот также частоколом обставлен circiter на току". "Budynek nad kuchnią po prawej ręce ..." - здесь автор инвентаря описывает кухню, которая располагалась "по правую руку", т.е. уже где-то у западной стены, в юго-западной части замкового двора? ", во флигеле, так сказать. "Budynek nad kuchnią ..." - речь о двухэтажной постройке, в нижнем ярусе которой находилась кухня? Или речь совсем о другом, к примеру, о том, что кухня находилась внутри строения, которое было одноэтажным? "... wedle tegoż budynku baszta gątami pobita ..." - упоминание юго-западной угловой башни? "... tam baszta kwadratowa gątami nowo pobita..." - это уже упоминание другой башни, наново перекрытой гонтом. И опять же возникает тот же вопрос, что и с восточной стеной, а именно - о какой именно башне идёт речь? Упомянута "квадратная башня" и на плане видим подходящий выступ (№4). Если это оно, то получается, что автор инвентаря не упомянул башню №5 и какую-то башенку (?) №3? "... od tej baszty aż do narożnej muru niemasz ..." - здесь речь о том, что от упомянутой квадратной башни и до наружной башни/ворот (?) нет каменной стены? "od tej baszty aż do narożnej muru ... palisadami zastawiono circiter na toku, na rogu baszteczka dębowa ... i tam od tej baszteczki od pólnocy aż do bramy także palisadami obstawiono circiter na toku" - как по мне это одна из самых интересных частей инвентаря, поскольку она объясняет то, что выглядит очень странно на плане, а именно внешний вид северо-западной секции укреплений. Также эта часть инвентаря интересна тем, что она, как по мне, хорошо синхронизируется с планом, тем самым подтверждая его точность как минимум на одном из участков обороны. В целом, при взгляде на план напрашивается вывод, что изначально замок был более симметричным - тогда от ворот к западной пятиугольной башне (?) тянулась стена, которая в какой-то момент была разрушена (?): Кстати, судя по всему, позднее её восстановили, поскольку на карте Фридриха фон Мига (1779-1783) эта секция стены чётко показана. Так вот, возникшую брешь на первом этапе восстановления замка не очень симметрично закрыли частоколом, при этом немного расширив территорию укрепления. Частокол не повторял линию утраченной стены, а выдавался наружу углом, для укрепления которого построили небольшую деревянную 2-ярусную (?) башенку. Об этом сообщает инвентарь и очень похожую картину видим на плане: "circiter na toku" - как это правильно перевести, я точно не знаю. Есть латинское слово circiter в значении "около", "приблизительно" или "вокруг", есть слово ток, т.е. место, где складывали скирды и обмолачивали зерно. Идёт ли речь об этом токе? Может фраза "circiter na toku" означала, что частоколом огородили место, где разместили ток? По переводу пока вроде все, осталось добавить ещё парочку общих мыслей: Хорошо заметно, что замок незадолго до приезда автора инвентаря был основательно разрушен и сожжён. Часто инвентари в таких случаях составляли, чтобы составить смету, дабы стало понятно, сколько денег нужно выделить на восстановление объекта, но в данном случае видно, что на момент приезда инспектора работы по восстановлению уже начались - брешь в каменной стене была закрыта частоколом, над некоторыми башнями и постройками соорудили новые кровли, подготовили материал для восстановления подъёмного моста. Инвентарь не упоминает бастионных земляных укреплений, хотя отмечает наличие таких более мелких деталей как частокол, маленькую деревянную башенку или наличие рва со стороны города. Самая большая проблема инвентаря, если рассматривать его в связке с планом, заключается в упоминании меньшего количества башен, чем можно увидеть на плане. При этом небольшой размер и форма пятиугольных укреплений намекает на то, что этими укреплениями замок мог обзавестись ещё во второй половине 16 века или в крайнем случае в первой трети 17 века, т.е. на момент составления инвентаря, как мне кажется, их не могло не быть, и потому странно, что эти постройки не упомянуты, а если две из упомянутых в инвентаре башен являются этими пятиугольными башне-бастиончиками, то почему не упомянуты другие башни?
  11. Попалась на глаза книжечка Sprawa panoramy plastycznej dawnego Lwowa: kilka uwag i zastrzeżeń (1937), в которой её автор Александр Чоловский, известный исследователь фортификации, делится своими мыслями по поводу проекта панорамы Я. Витвицкого.
  12. Англоязычная статья Александра Харлана о укреплениях районе Браги, построенных в ходе военных действий 1769 г. Revisited the localization of fortifications of the 18th century on the surroundings of village of Braha in Khmelnytsky region
  13. Поделились со мной такой вот статьёй, где упоминается и обсуждавшийся выше план. Автор статьи считает, что план был создан Бопланом, правда, это подаётся как данность, не требующая объяснения или обоснования, и потому остаётся непонятно, какая основа у этой версии. Источник изображения также не указан.
  14. В сборнике материалов Наукові записки Національного заповідника "Замки Тёрнопілля", №9 (2019) на стр. 26 есть статья "Чигиринщина у другій половині XVII ст. на османській карті України із зображенням ріки Дніпро з притоками".
  15. В сборнике материалов Наукові записки Національного заповідника "Замки Тёрнопілля", №9 (2019) на стр. 163 опубликована статья Руслана Пидставки "Картографічні джерела облоги Збаража 1649 р.: "Белінський план", где на основе упомянутого плана анализируется архитектура Збаражского замка (преимущественно замкового дворца).
  16. Справка по Буцневу из монографии Яна Лешека Адамчика Fortyfikacje stałe na polskim przedmurzu od połowy XV do końca XVII wieku (2004): Перевод: Насколько я понял, термин "reclinatorum" - это латынь, но как точно его перевести я не знаю. Судя из контекста, это какой-то синоним слова "осадничество", т.е. речь может идти о том, что укрепление в Буцневе стало опорой местному населению, которое осваивало местные земли. Адамчик для составления справки использовал следующие источники: Dąbkowski P. Podział administracyjny województwa ruskiego i bełżskiego w XV w. Zabytki dziejowe. T. V. Lwów 1939, s. 17, 172 Lauda sejmikowe halickie 1575-1695. Wyd. A. Prochaska. Lwów 1931, s. 339 Borowiejska-Birkenmajerowa M., Walczy Ł., Materiały do projektu badawczego: „Historyczne techniki budowlane w świetle badań warowni obronnych na Kresach d. Rzeczypospolitej”. Kraków 1996, mps Słownik geograficzny Królestwa Polskiego i innych krajów słowiańskich, t. 1, S. 433; t. 15, cz. 1, s. 254
  17. В открытом доступе мне это издание не попадалось. Поляки такое оцифровывать не будут, т.к. работа не настолько старая, а на украинских сайтах оцифрованной версии этой книжки я не встречал.
  18. Бойницы в западной секции внешней ограды, вид снаружи и изнутри. Фото Олега Шупляка
  19. В этой биографии Яна Лешека Адамчика встретился такой текст: Я-то думал, что издание, которому посвящена данная тема, является самодостаточным, а оказалось, что это лишь одна часть трилогии. Судя по данным справки, первыми свет увидели "Картографические материалы", изданные в 2001 г. Затем, уже в 2002 г.выпустили "Каталог городов и городских поселений с оборонными сооружениями" (253 стр.), а заключительная часть получила название "Степень сохранности" (41 стр.). Странно, что об этой трилогии в Сети в целом крайне мало информации, в особенности о 2-х частях, которые вышли в 2002 г. - мне даже не удалось отыскать странички, где хотя бы можно было обложку этих изданий увидеть, не говоря уже о детальном описании содержимого этих публикаций. В лучшем случае информация о 2-й и 3-й части выглядит как-то так.
  20. Немного от себя Ян Лешек Адамчик (у него есть странички на Вики + такая вот биография) много лет занимался темой истории искусства и архитектуры Речи Посполитой, но к плотному изучению вопроса укреплений, расположенных на территории Украины он пришёл довольно поздно, когда ему было ок. 45 лет. Тогда, в конце 1990-х, команда польских исследователей из политехники в г. Кельце получила грант на сбор информации об укреплениях Речи Посполитой, расположенных на кресах (т.е. на землях нынешней Украины, Белоруссии и Литвы). Руководителем проекта был Тадеуш Поляк, известный польский исследователь фортификации, а Ян Лешек Адамчик был основным исполнителем, в задачу которого входил сбор всевозможной информации об объектах (исторические справки, графика, состояние исследований и т.д.). Проект растянулся на 3 года (с 1999 по 2002), а итог проведённой работы был опубликован в 3 частях: Картографические материалы (2001), "Каталог городов и городских поселений с оборонными сооружениями" (2002) и "Степень сохранности" (2002). В этих работах Адамчик выступил в качестве соавтора публикации вместе с уже упомянутым Т. Поляком. Там, где одна работа закончилась, началась другая - использовав полученные в конце 1900-х - начале 2000-х данные, а также проведя дополнительные исследования, Адамчик в 2004 г. выпустил монографию об укреплениях нескольких воеводств Речи Посполитой, и, к нашем счастью, подавляющее большинство этих укреплений находятся на территории Украины. Данной работе автор уделил довольно большое внимание, поскольку в дальнейшем она была использована в качестве основания для получения степени хабилитированного доктора. Хотел бы отдельно остановиться на термине "предмурье" ("przedmurze"), которое Адамчик использовал как в названии работы, так и в тексте. Термин этот многослойный: "предмурье" - это и внешняя более низкая стена укреплений, расположенная перед главной и более высокой стеной, и в то же время это образное название приграничных областей, где происходили столкновения с турками и татарами. Из-за многослойности значения термина я не стал его переводить, а привёл как есть. Стоит отметить, что прямых аналогов этого каталога у нас практически нет. Есть "Замки і фортеці Західної України" (1997) Ореста Мацюка, но она не столько научная, сколько популярная; есть также также малоизвестная книжка Олега Мальченко "Укріплені поселення Брацлавського, Київського і Подільських воєводств" (2001), но она цепляет только 3 из 5 воеводств, которые охватывает монография Адамчика; есть ещё региональные издания, сосредотачивающие своё внимание на укреплениях отдельных областей (по типу каталога Владимира Пшика по Львовщине или похожего издание по Хмельницкой обл.), однако там охват ещё меньше. Для польских изданий каталожного типа характерно деление на две практически самостоятельные части: каталог, которому предшествует размашистое вступление. Монография Адамчика не стала исключением, причём вступление тут растянулось на 70 стр. Эта часть сама по себе интересна, поскольку описывает общий взгляд автора на развитие фортификации на землях Украины, и с таким мнением со стороны очень интересно ознакомиться, поскольку оно не везде и не во всём точно соответствует представлениям, которых придерживаются исследователи в Украине. Главную ценность издания составляет каталог из 730 локаций, каждая из которых снабжена краткой исторической справкой, а также списком источников, как известных, так и малоизвестных (в т.ч. и тех, которые были обнаружены упомянутой выше исследовательской группой из Кельце). Большинство справок довольно краткие, как и перечни источников, однако они всё же помогают быстро сориентироваться, откуда стоит начинать поиски, в случае если хочется собрать максимум сведений об объекте или же наоборот - могут быстро снабдить читателя краткой информацией, если хочется составить общее представление об укреплениях в том или ином населённом пункте. Монография Адамчика получила относительно большую популярность в Польше - ссылки на неё то и дело попадаются мне в различных книгах, статьях и путеводителях. Да и наши исследователи услугами каталога пользуются, и на этом форуме на справки из этой работы ссылались довольно часто, в чём вы можете убедиться, осуществим на форуме поиск по ключевику "Адамчик". Помимо явно выраженных достоинств издания, есть у него и недостатки. Так, к примеру, Адамчик делает основной упор на польские источники, но упускает из виду значительный пласт данных, собранных исследователями их Украины (ссылки на публикации украинских авторов встречаются, но скорее редко, чем часто). Ещё один важный недостаток - отсутствие чёткой привязки той или иной справки в современным населённым пунктам, из-за чего не редко бывает сложно быстро сориентироваться, где именно расположено укрепление, о котором рассказывает автор (некоторую помощь в ориентировке оказывает общая карта укреплений). Кстати, вначале у меня была идея перевести упомянутые Адамчиком населённые пункты на онлайн-карту, чтобы лучше был виден охват, но как только я понял, что каждый пункт нужно будет отдельно привязывать, то решил пока отставить эту затею в сторону. Несмотря на внушительный перечень объектов, каталог всё же упоминает далеко не все укрепления - так, к примеру, в упомянутом выше каталоге В. Пшика, который охватывает только лишь территорию Львовской обл., упомянуто 332 населённых пункта с укреплениями (и даже этот список не полон), тогда как у Адамчика их 730 на значительном пространстве от Львовской до Сумской обл. Наверняка в каталоге Адамчика имеются и всякого рода неточности, появление которых неизбежно, когда идёт работа с сотнями объектов и сотнями источников. Впрочем, эти и другие недостатки не настолько критичны, чтобы загнать в тень достоинства работы. Касательно того, где книгу можно купить, то тут ситуация не очень радужная - издание вышло 16 лет назад, и тираж уже давно распродан, однако на аукционах по типу allegro.pl б/у экземпляры время от времени всплывают (я свой как раз там и выловил), так что достать книжечку всё ещё представляется возможным.
  21. Год издания: 2004 Автор: Ян Лешек Адамчик (Jan Leszek Adamczyk) Издательство: Свентокшиская Политехника, Кельце (Польша) Серия: Монографии, исследования, диссертации №48 (Monografie, Studia, Rozprawy 48) Язык: польский Формат: 21х29,5х1,3 см. Переплёт: мягкий Бумага: офсетная Количество страниц: 250 Иллюстрации: множество чёрно-белых планов, фрагментов карт, рисунков Тираж: ? PL ISSN: 0239-4952 Резюме (в переводе): Резюме в на польском и английском: Об авторе: Ян Лешек Адамчик (1951-2010), историк искусств, профессор Свентокшишской Политиехники. В 1969 г. начал изучать историю искусства на историко-философском факультете Ягеллонского университета. В 1975 г. написал магистерскую работу "Две формы интерьера костёла бенедиктинок в Станётках". В 1989 г. в Институт археологии и этнологии ПАН в Варшаве защитил докторскую диссертацию по теме пространственных и функциональных изменений Замковой горы в Кельце в 1637-1789 гг. (опубликована в 1991 г.). Степень хабилиторованного доктора получил на архитектурном факультете Вроцлавской Политехники на основе работы "Долговременные фортификации на польском предмурье с середины XV до середины XVII веков". Автор множества статей по теме истории искусств и архитектуры. Примеры страниц: Вступление: Каталог: Карта охвата: Оглавление (переводе): Оглавление на польском:
  22. Вот такие барокковые воротца некогда были у костёла: Источник А до них были какие-то более ранние, и, очевидно, лучше приспособленные к обороне. В ниши дни вход на участок выглядит куда более скромно: Источник
×
×
  • Create New...