Сутковцы (Сутківці): раскопки на участке церкви 1989-1990 гг.

[Filin]

Несмотря на то, что внимание к церкви поклонники старины начали проявлять ещё в конце 19 в, долгое время здесь не проводили раскопок. Их, насколько мне известно, не было ни в 1-й пол. 20 в., ни в конце 1940-х (когда был создан первый проект реставрации авторства Петра Юрченко). С 1970-х гг. храм исследовала Евгения Пламеницкая (планировавшая осуществить реставрацию церкви по своему проекту), однако, насколько могу судить по имеющейся у меня на данный момент информации, в центре внимания долгое время была только архитектура, а вот до этапа раскопок добрались аж к концу 1980-х, т.е. более чем через век после появления на свет первых публикаций, сделавших этот храм широко известным.

Долгое время об этих раскопках мне были известны лишь небольшие обрывки сведений, полученных от Ольги Пламеницкой. Я знал, что какие-то раскопки были, что они выявили какую-то сложную историю с фундаментами, что культурный слой был в значительной степени сформирован слоем засыпки и т.п. общие тезисы. На момент когда я мог уточнить эти детали и даже может получить сам отчёт о раскопках, эта тема меня не сильно интересовала, так что единственный имеющийся у меня источник на эту тему представлен вот этой вот титульной страницей отчёта:

Планировал, что позже постараюсь получить доступ к этому документу, т.к. не думал, что есть иные источники на эту тему. 

И тут совершенно случайно узнал о том, что оказывается в 1996 г. в сборнике конференции "Меджибіж: 850 років історії" была опубликована небольшая статья (или даже скорее заметка/краткие тезисы) Александра Склярского "Архітектурно-археологічні дослідження Покровської церкви-фортеці в с. Сутківці (нові дані)". И там как раз очень кратко были описаны те самые малоизвестные раскопки 1989-1990 гг. Примечательно, что в ходе составления списка источников, касающихся памятников Сутковцов, я не натыкался на упоминания этой публикации, и узнал о её существовании когда фильтровал все публикации с упоминанием Сутковцов в одной из библиотек Хмельницкого.

Сборника в Сети не нашлось, но, к счастью, Олег Погорелец и Игорь Западенко из того самого Меджибожа, где проводилась та самая конференция, любезно предоставили нужную статью, благодаря чему я могу ей с вами поделиться. 

Может показаться, что там нет ничего особенно примечательного, однако с учётом белых пятен в других публикациях, и с учётом практически нулевых сведений об этих раскопках, данный материалы выглядит весьма интересным и полезным для анализа. 

 

Некоторые технические моменты раскопок:

• Узнаём, что в раскопках участвовал автор статьи Александр Склярский из Киева, специалист института "Укрпроектреставрація". К сожалению, мне о нём ничего не известно. И всё же эта информация даёт нам понимание, что раскопками занималась не сама Е. Пламеницкая (хотя на других объектах она сама иногда проводить подобные работы), а специалист-археолог. 
   
• Обратите внимание на приписку "Нові дані" в названии статьи. Там действительно есть новые данные, причём не только по состоянию на 1996 г., но также и по состоянию на наши дни, поскольку и после 1996 г. об упомянутых в статье деталях более никто не писал, и даже эта публикация не вызвала большого интереса, что, честно говоря, не удивительно, если учесть её небольшой объём, общее/краткое описание мелких (и мало кому интересных) деталей (полноценно раскрывающих своё значение только при сопоставлении их с данными публикаций Е. и О. Пламеницких), а также отсутствие иллюстраций.
   
• В публикации указан период 1989-1990 гг. Из этого можно сделать предположить, что было два сезона раскопок. На фото обложки отчёта стоит дата "1989", так что, возможно, был и ещё один отчёт за 1990 г. К счастью, А. Склярский опубликовал свои мысли в 1996 г., т.е. по итогу проведения всех этапов работ (если сезонов действительно было несколько). 
   
• Е. Пламеницкая скончалась в 1994 г., а статья о раскопках была опубликована в 1996 г., т.е. двумя годами позднее. Ещё спустя 4 года после этого О. Пламеницкая опубликовала своё первое краткое описание истории архитектуры храма, где в общих чертах были изложены взгляды Е. Пламеницкой. Т.е. статья о раскопках была опубликована как бы в промежутке между тем, как Е. Пламеницкая уже закончила свой жизненный путь (но ещё не была опубликована её версия развития архитектуры храма), а её дочь ещё не подхватила тему анализа этого памятника. Потому статья А. Склярского может быть относительно автономной, с чистыми взглядами этого автора, без влияния со стороны гипотез Пламеницких. Может по этой же причине статья о раскопках лишена привязки обнаруженных слоёв к определённым периодам/датам, тогда как Е. и О. Пламеницкие все эти слои и этапы преображения памятника снабжали привязками к определённым векам, а иногда даже небольшим отрезкам времени.
   
• Хотя раскопки были точечными, а заметка о них не пестрит перечислением широкого перечня находок, автор публикации все же считал, что в ходе работ была получена "широка архітектурно-археологічна інформація". 
   
• Раскопки проводили при помощи шурфов, которых (судя по нумерации) было не менее 8. Часть из них была сделана внутри, а часть снаружи памятника. К сожалению, автор не предоставил сведений ни о размере шурфов, ни о глубине, ни об их расположении.

Пожар:

• Внутри церкви заложили несколько шурфов. Автор употребляет выражение "внутрішній об'єм споруди", и тут нет чёткого понимания, имеется ли ввиду интерьер храма в целом, или же "внутрішній об'єм" это только центральная четырёхуольная секция нефа?
  
  В паре из шурфов "первинна стратиграфія практично не збереглась", но остальные на глубине 40-60 см. от уровня пола (т.е. совсем неглубоко) выявили следы большого пожара, который некогда случился на этом участке. Это крайне интересно, поскольку было получено свидетельство того, что церковь пережила пожар, но при этом у нас нет сведений о том, когда и при каких обстоятельствах это произошло - автор не стал фантазировать или строить хотя бы ориентировочные предположения, а вместо этого напрямую написал, что раскопанные материалы "не дають можливості хоч би якось хронологічно обгрунтувати час його [пожежного шару] винекнення".
  
  Автор сообщает, что следы пожара "охоплюють всю споруду по периметру", и тут не до конца понятно, подразумевается ли под периметром внутренний контур, или же внешний? А отсюда непонятно, были ли следы пожара выявлены только внутри, или также и снаружи?
  
  На изображении ниже условно показал красным линию слоя со следами пожара. Тут, конечно, стоит взять во внимание, что у нас нет сведений о площади, на которую этот слой распространился (может он концентрировался в центральной части храма и не выходил за границы апсид), так что всё это схематично, просто чтобы в условиях отсутствия в публикации иллюстраций дать хоть какое-то представление о том, как этот след пожара расположен относительно существующего памятника:
  
  
  Тут стоит вспомнилось, что в описании церкви, которое О. Пламеницкая опубликовала в 2000 г. [0], была такая строка: "Протягом XVI-XVII ст. храм кілька разів горів. Пожежі супровождувались ремонтами і переробками ...". Долгое время я думал, что это условность, ведь известно, что через село неоднократно проходили татары и турки, и эти земли действительно не раз опустошались (иногда тотально), так что предположение о том, что храм мог неоднократно гореть выглядело вполне логично. Однако после знакомства с заметкой о раскопках ситуация стала выглядеть иначе, поскольку теперь мы знаем, что Е. и О. Пламеницкие не строили предположения - они знали про обнаруженные следы пожара. Впрочем, синхронизация между данными двух публикаций всё же не идеальная, т.к. в статье о раскопках автор сообщает, что были выявлены следы "великої одноразової пожежі", тогда как О. Пламеницкая сообщила, что "храм кілька разів горів".
  
  А. Склярский не датирует слой пожара, тогда как О. Пламеницкая указывает, что храм горел в 16-17 вв., но если речь идёт о следах пожара, выявленного раскопками, то тогда такая датировка противоречит многим другим гипотезам Е. и О. Пламеницких, ведь по версии (о ней ниже) А. Склярского нынешняя версия церкви была построена уже после пожара, а если пожар был не ранее 16 в., то как тогда квадрифолий можно датировать ок. 1475 г., не говоря уж о рубеже 14-15 вв. (именно тогда, по версии Е. Пламеницкой, сформировалась крестовая планировка памятника).
  
  История с пожаром (или несколькими пожарами) особенно интересна потому, что это действительно мог быть тот тип события, которое способно привести к изменению облика храма (его реконструкции или же постройке нового сооружения).
  
  На показанном ниже плане, составленном О. Пламеницкой, разными цветами выделены два этапа формирования объёмов церкви (Е. и О. Пламеницкие, на основе проведённых исследований, пришли к выводу, что три апсиды не были первоначальными, а были пристроены к более ранней версии постройки). И вот вначале я подумал, что теоретически гореть могла не поздняя версия церкви (в виде греческого креста/квадрифолия), а более ранняя версия каменного храма (показана жирным чёрным контуром). Однако сведения, которые были приведены в заметке о раскопках, если правильно понял, сообщают, что тут могла гореть ещё ранняя постройка, предшествовавшая всему тому, что мы видим на этом плане.
  
  
  Источник: O. Пламеницька. Церква-донжон в Сутківцях ... // Українська академія мистецтва. Дослідницькі та науково-методичні праці. – № 15. – Київ, 2008.
   
• Почти наверняка ответы на возникшие вопросы уже были получены во время раскопок, ведь по расположению этих следов пожара, а также по их соседству с существующими каменными стенами, вероятно, не сложно понять, происходил ли пожар в существующей в наши дни постройке (и в какой именно её части?) или она была полностью с нуля (и в два этапа?) построена позднее на пожарище. Так что если доберёмся до полноценной версии отчёта о раскопках, то этот источник, хочется верить, поможет решить проблему белых пятен.
   

Загадочные фундаменты:

• Далее читаем об обнаружении ещё одной интересной находки: "Велику цікавіть викликає факт зміни характеру кладки підмурків ... Складається враження про різночасовість їх спорудження" + "Глибочини залягання "пожежного шару" всередині об'єму храму і глибина, на якій відмічається зміна порядку підмуркової кладки, практично співпадають ... ".  И на основе всего этого автор делает следующий вывод: "... маємо всі підстави для того, щоби зробити висновок про ймовірну вторинність всього, що нині існує, об'єму Покровської церкви" + "Можливо під час одного з таких набігів [татар] споруда, що існувала від початку на цьому місці, була дощенту зруйнована і спалена. Згодом на цьому місці зводиться новая будівля на давніх вцілілих підмурках". А затем автор добавляет новые детали: "Це з'ясовує наявність функціонально нетотожних виступів в основі підпружних арок внутрішнього об'єму. За повторного використання підмурку, вони не були задіяні, можливо через неповне співпадіння проектів храму. Найвірогідніше, на той час було вирішено відмовитись від будь-яких конструктивних елементів, що правили їм за основу".
  
  На показанном ниже фото (слева неф, справа - южная апсида), сделанном в ходе реставрационных работ 2006 г. я стрелками показал хорошо различимый шов между двумя слоями фундаментов (сейчас всё это находится в подземном ярусе, под полом церкви, но рассмотреть там ничего нельзя, т.к. стены покрыты штукатуркой), а человек слева стоит приблизительно на уровне современного пола храма. Рискну предположить, что эта и есть та часть, где видна "зміна характеру кладки підмурків". Т.е. слой кладки ниже шва - это фундаменты сгоревшей постройки (слой со следами пожара был обнаружен на 10-15 см. выше шва), а всё что выше - это уже фундаменты построенного позже на пожарище и дожившего до наших дней четырёхугольного нефа. Интересно, что в заметке о раскопках чётко сказано, что смена характера кладки зафиксирована "у більшості зовнішніх (надвірних) шурфів" - т.е. расположенное внизу фото показывает ситуацию изнутри храма, а археолог сообщил, что смена кладки ими была зафиксирована снаружи. А. человек в центральной части кадра, вероятно, стоит на упомянутых археологом "функціонально нетотожних виступів в основі підпружних арок внутрішнього об'єму", однако в статье О. Пламеницкой 2008 г. [0] сообщалось, что здесь фундамента была снесена, чтобы обеспечить вход в крипту, обустроенную в апсиде.
  
  
  Источник: фото предоставлено О. Пламеницкой.
  
  Не всегда чётко понятно, о чём именно пишет автор, где именно и что именно было обнаружено + нет ни одной иллюстрации (плана/схемы или фото) по теме, и всё же, кажется, основная мысль выглядит так - всё то, что видим в наши дни это вовсе не первая постройка на этом месте. Ранее на этом месте находилась друга постройка (давайте предположим, что она также была церковью). У этой ранней постройки, о которой нам мало что известно, был каменный (четырёхугольный? с апсидой?) фундамент, что, впрочем, не означает, что и вся покоящаяся на этих фундаментах постройка также была каменной, ведь известны примеры строительства деревянных церквей на каменных фундаментах. И вот в какой-то неизвестный момент при каких-то невыясненных обстоятельствах эта постройка сгорела. После этого новый (сохранившихся до наших дней храм, который показан жирным чёрным контуром на приведённом выше плане?) начали строить на том же месте, и для этого использовали фундаменты той более ранней сгоревшей церкви (?). Однако старые фундаменты и нижние секции стен новой церкви не везде совпадает + есть шов между двумя разновременными слоями кладки, и это сформировало основу для выводов, что новую церковь построили на фундаментах старой постройки. А поскольку слой со следами пожара более-мене совпадает со слоем шва, то было высказано предположение, что пожар, вызвавший смерть одного здания, и появление на его месте другого (более основательного) - это взаимосвязанные события. 
  
  Из заметки о раскопках история перестроек выглядит не так уж и сложно, поскольку там фактически упомянуты всего две версии постройки - старая (сгоревшая, от которой сохранился только фундамет) и новая (ныне существующая). Однако если вы занырнёте в публикации, где описаны взгляды Е. и О. Пламеницких на формирование архитектуры церкви, то там увидите намного более сложную картину. Всё это в деталях описаны в отдельной теме. Выше уже упомянул, что по версии Е. и О. Пламеницких даже та условно "новая" церковь, видимая в наши дни (и, согласно заметке о раскопках, построенная после пожара), не была построена за один раз, а получила свой нынешний облик в два этапа. Но не менее интересно, что Е. Пламеницкая утверждала, что и до этого было несколько этапов 13-14 вв., и она также бегло упоминала некие загадочные фундаменты, вероятно, именно те, о которых речь шла в заметке о раскопках. Но состыковать сведения от А. Склярского и от Е. Пламеницкой не так уж и просто, хотя они были в одной команде и работали в Сутковцах вместе в рамках одного и того же проекта.
  
  Собственно и Е. Пламеницкая и А. Склярский сошлись во мнении, что найденные под землёй линии фундамента относились к какой-то более ранней постройке. Как эту интересную находку описал археолог мы уже знаем, а вот если попытается найти о ней информацию в публикациях Е. и О. Пламеницких, то обнаружим там крайне мало сведений и размышлений на эту тему. Впервые об этом предельно кратко сообщила О. Пламеницкая в публикации 2000 г.:
  
  
  
  
  "На третьому етапі (кінець XIII - початок XIV ст.) до прямокутної споруди, яка, вірогідно, вже мала [східну] апсиду, з західного, північного, та, очевидно, південного боків прибудовано об'єми невідомої конфігурації в плані, які передували конхам". Напомню, что А. Склярский в описании фундаментов упоминал "наявність функціонально нетотожних виступів в основі підпружних арок внутрішнього об'єму", и если сложить всё в одно целое, то получим, что с внешней стороны загадочного фундамента были обнаружены некие выступы кладки, и именно эти детали привели Е. Пламеницкую к выводу, что ещё до строительства квадрифолия тут существовала каменная постройка четырёхугольной формы, к которой со всех сторон примыкали какие-то неизвестные объёмы/пристройки. Эти условные выступы, насколько я понимаю, были обнаружены с севера и запада, тогда как для южной стороны уверенности в существовании пристройки не было (судя по фразе "та, очевидно, південного боків"), так что может её там и не было? Если трактовка выступов как чести пристроек верна, то это выглядит как небольшой храм с притвором, нефом, апсидой и боковым помещением (условно назову его ризницей), т.е. вполне типичная храмовая планировка. Необычной её делает только гипотеза Е. и О. Пламеницкой, что всё это уже существовало в 14 в., и что это не был храм, а некая чисто-оборонная постройка (на мой взгляд крайне сомнительна и версия о такой функции постройки, и её датировка). Много позже, в статье 2017 г. [0], О. Пламеницкая снова очень кратко упомянула эти фундаменты: "Чрезвычайно важным является также установление факта разновременности некоторых частей симметричного четырехконхового объема церкви. Исследованиями в шурфах было зафиксировано наличие фундаментов под квадратным центральным объемом храма". Вот только сейчас, после прочтения заметки о раскопках, мне стало чуть более понятно, о каких именно фундаментах шла речь, и почему их считали доказательством существования более ранней постройки. 
  
  Обращу ваше внимание также на фразу из статьи О. Пламеницкой 2008 г. [0]: "Підземний простір квадрифолію первісно використовувався, про що свідчить його пізніша одноразова засипка, в якій було вимурувано склепінчасті крипти". Опять же всё очень кратко, и непонятно, идёт ли речь только о подземном пространстве под двумя апсидами (северной и южной), где были обустроены крипты, или то же самое произошло и в центральной части храма, но так или иначе из этого сообщения ситуация выглядит так, что в процессе строительства квадрифолия и обустройства его крипт вынимали грунт, а затем всё снова засыпали. Тут вспомним сообщение А. Склярского о том, что на участке двух шурфов "первинна стратиграфія практично не збереглась", и, возможно, это также было связано с выемкой грунта, а затем повторной засыпкой.
   
• К сожалению, отсутствие привязок к хронологии мешает понять, насколько А. Склярский поддерживал гипотезы Е. Пламеницкой или наоборот - не разделял их. И потому этими данными раскопок можно манипулировать. Так, например, если верить гипотезам Е. и О. Пламеницких, то это сгоревшая постройка могла быть вообще каких-нибудь 13-14 вв. Если же верить в версию (которой и я придерживаюсь), что нынешняя каменная церковь в Сутковцах - это постройка не ранее 2-й пол. 15 в., то рисуется совсем иная картина, ведь в этом случае сгоревшая постройка может быть более раней церковь Сутковецких, построенной в 16 или максимум в 15 в. И сгореть она могла во 2-й пол. 16 в., например, и именно это событие могло стимулировать строительство новой каменной церкви. К сожалению, скромное описание раскопок не противоречит ни одной из этих версий, и явно не высказывается в пользу какой-то из них. При этом если удастся датировать слой пожара, и в итоге окажется, что уже после этого события была построена ныне существующая церковь, то одно это может доказать или опровергнуть одну из версий датировок существующего памятника архитектуры. Если, например, окажется, что пожар не мог быть ранее 16 в., то одно это опровергнет версию о строительстве существующей каменной церкви в 15 в., не говоря уж о более ранних этапах 13-14 вв., существование которых допускали Е. и О. Пламеницкие.

Точка рождения гипотезы о донжоне, предшествовавшем церкви

Трям

 

Слои, которых нет

В финале автор очень кратко сообщает: "Археологічний культурний шар, що хронологічно передує часові спорудження покровської церкви-фортеці, не був виявлений. Імовірно пагорбець, на якому розміщена споруда, у більш віддаленому часі не заселявся". Здесь опять же всё немного расплывчато, без каких-либо привязкам к хрологии, но всё же и из этих крох можно извлечь ценные сведения. Получается, если правильно понял, что ныне существующей церкви предшествовала более ранняя погибшая от огня церковь (?), а вот ранее этого слоя уже не удалось обнаружить ничего, чтобы свидетельствовало о заселении этого места в более ранние периоды. 

Как минимум, это говорит о том, что культурный слой на участке церкви не такой уж богатый следами разных эпох. Тут напомню, что на соседнем мысу стоит замок, так вот там как раз обратная картина, поскольку та локация была заселена была заселена более 1500 лет назад, о чём нам сообщает охранная табличка, размещённая на замковой башне, где сказано, что тут: "Пам'ятка археології місцевого значення: Поселення черняхівської культури". Т.е. с большей вероятностью можно предположить, что веками центр жизни в Сутковцах был в районе замкового мыса, тогда как застройка на соседнем участке появилась позже, и тогда же была построена первая церковь (деревянная на каменном фундаменте?), которая сгорела, и уже ей на смену пришёл каменный храм.

Каринка на тему замка и церкви

Индивидуальные находки

Автор с одной стороны сообщил, что в ходе раскопок была получена "широка архітектурно-археологічна інформація", но сообщает только о недатированном слое со следами пожара, недатированных фундаментах сгоревшей ранней постройки, а также о том, что более ранних слоёв не было выявлено. И ни слова о каких-либо находках, что, к слову, вообще не свойственно археологам, которые зачастую предпочитают уделять больше внимания не архитектурной археологии (а именно это мы видим в заметке), а описанию индивидуальных предметов, керамики, оружия и т.п. И потому непонятно - то ли ничего из этого не было найдено в шурфах, то ли находки были, но автор не ставил перед собой цели их описать.

Однако одно можно сказать точно - нашли тогда больше, чем описано в заметке, ведь, к примеру, именно тогда были обнаружены те самые загадочные скелеты, к датировке которых никто не проявил интереса за пару десятилетий, и потом они, по воле местного священника и общины, были закопаны возле церкви. Опять же у нас нет сведений, были ли какие-то из скелетов обнаружены в шурфах или же все они были найдены при расчистке крипт? 

По логике, крипты появились уже у поздней каменной церкви, тогда как ранее хоронить могли просто в земле под полом храма. И одно дело если это скелеты каких-то не сильно заметных персоналий того времени, и другое дело если это останки представителей рода Сутковецких, для которых церковь в Сутковцах была родовой усыпальницей. Надеюсь, что когда-нибудь эти кости снова извлекут на поверхность, проведут их экспертизу и датировку, и мы получим в своё распоряжение ещё один интересный пласт информации.

Выявленные в ходе раскопок кости, так в итоге никого особо не заинтересовавшие, много лет вот так в мешках хранились в одной из расчищенных крипт, порождая множество версий, мол это кости защитников церкви, погибших во время её защиты, или кости казаков, или жертв советского режима, и т.д. 


Источник

Подведём итоги

P.S. Вряд ли стоит рассчитывать на обнаружение ещё какой-нибудь публикации, описывающей эти раскопки. Но несмотря на это тема чуть позже вполне может пополниться множеством новых сведений на эту тему, ведь где-то там хранится оригинал отчёта о раскопках (хочется верить, что там помимо более детальных и менее двусмысленных описаний там будет также план/схема шурфов и раскопанных линий фундаментов, а также фото), и, надеюсь, что со временем до всего этого доберусь, чтобы и с вами поделиться найденными там сведениями. 


Источники:

1. Олександр Склярський. Архітектурно-археологічні дослідження Покровської церкви-фортеці в с. Сутківці (нові дані) // Меджибіж: 850 років історії: матеріали науково-практичної конференції 17 серпня 1996 р. Меджибіж, 1996. С. 23-24.
2. Ольга Пламеницька. Церква-замок Покрова Богородиці // Пам’ятки архітектури та містобудування України. Довідник Державного реєстру національного культурного надбання. Київ, 2000. С. 271-272 
3. Ольга Пламеницька. Церква-донжон в Сутківцях (До питання типології середньовічного оборонного будівництва Поділля) // Українська академія мистецтва. Дослідницькі та науково-методичні праці, № 15. Київ, 2008. С. 155-169.
4. Ольга Пламеницкая. Оборонительный квадрифолий в Сутковцах на Подолии // Arta, Vol. XXVI, nr. 1. Chișinău, 2017. P. 14-22.