Поиск сведений по этой теме привёл меня к статье Владимира Сичинского Сутківська твердиня // Записки Наукового Товариства ім. Шевченка, Том 150. Львів, 1929. В этой публикации автор приоткрыл окно в мир европейской романской и готической архитектуры, где наличие опоры посреди сакрального помещения не было чем-то необычным. Поскольку в этой публикации было дано много интересных наводок, то я подумал, что было бы неплохо познакомить вас с авторскими мыслями и примерами, а чтобы знакомство с приведёнными автором примерами было как можно более полным, я дополнил тексты ссылками на странички памятников, а также иллюстративным материалом, чего мне недоставало в изначальной публикации. 

Собственно, вот нужные страницы из статьи В. Сичинского:

Давайте чуть детальней присмотримся к каждому из упомянутых автором примеров:

Цитата

Будови (приміщення, камери) з одним стовбом по середині, на котрий спираються склепіння камери, як принціп чисто-конструктивного будівництва, відомий ще в добу романського стилю головно в цивільному будівництві - замковому, кляшторному тощо (напр. капітульні салі в Zwettl в Німеччині або Tulle у Франції).

Цистерианское аббатство близ Цветль (Австрия). Автор местоположение памятника связал с Германией, тогда как в реальности он находится в Австрии. Зал капитула (нем. Kapitelsaal) - это место сбора монашеской общины. В случае с Цветлем перед нами романский образец, ок. 1180 г. У круглой колонны есть энтазис (ствол утолщается к центру, и сужается в верхней и нижней части), т.е. мастер делал отсылку к античным образцам.

Источник

Монастырь в Тюле (Франция). Здесь также зал капитула, и снова романский стиль. Из интересных особенностей - В. Сичинский не упомянул, то в данном случае в центральной части зала не одна колонна, а три, имеющие сложную форму, образованную пучками из мини-колонн.

Источник

Цитата

Цей спосіб будування в добу готики зустрічається вже досить часто в тих же цивільних будовах, капітульних салях а навіть і костелах (напр. Steinhagen, Westfal. XIV ст.). Такі самі будови зустрічаються в досить великій кількости в краях сусідних до України - Чехії, Словаччині, Угорщині та Польщі.

Кирха в Штайнхагене (Германия), 14 в. Уже вроде как и готика с её стрельчатыми формами арок и сводов, однако квадратная в плане одиночная опора, а также массивные нервюры выглядят вполне себе в стиле романики.

 
Источники: 1, 2
 

Цитата

В Чехії одною з найстарших одностовбних будов є крипта в Kouřim-і з першої чверті XIII ст.) в переходовому стилі від романського до готики.

Часовня (крипта) св. Катерины 1260-1270 гг. костёла в Коуржиме (Чехия). Одиночная округлая опора, сформированная пучком мини-колонн. 

 
Источники: 1, 2
 

Цитата

Капітульна саля у кляшторі Vyšší Brod з 1259 р. має квадратове заложення, стовб по середині у долішній части гранчастої восьмикутної форми. ... Ця будова належить до розвиненої доби готики в Чехії.

Готический зал капитула, построенный не позднее 1290 г., монастыря в Вишши-Броде / Vyšší Brod (Чехия). Одиночная опора по уже известной нам схеме "собрана" из пучка мини-колонн.

Источник

Цитата

Такеж звіздчасте склепіння на квадратовому заложенню має каплиця св. Варвари з ХIIІ ст. у францісканському костелі в Пльзні.

Зал капитула, превращённый в часовню св. Варвары. Часть комплекса францисканского монастыря в Пльзене (Чехия). Одиночная многогранная колонна.

 
Источник + здесь ещё можете провести виртуальную экскурсию. 
 

Цитата

Далі, одностовбні приміщення здибаємо на Кутній Горі (Kutná Hora), але зі значно складнійшим склепінням ... 

Здесь речь о часовне конца 14 в. замка (Итальянского двора) в Кутной Горе / Kutná Hora (Чехия). Одиночная кругла в плане колонна.

 
Источник + здесь виртуально можно осмотреться.

Цитата

... комору в Bechyně hrad та ин. Взагалі треба сказати, що ріжні приміщення (склепи, комори, салі, каплиці) з одним стовбом по середині зустрічаються досить часто у готицьких замках і укріпленнях і то не тільки в малих другорядних приміщеннях, але і в великих репрезентаційних салях.

Позднеготический зал последней четверти 15 в. или рубежа 15-16 вв. замка Бехине (Чехия) я вначале хотел проигнорировать, чтобы удержать тему в пределах круга сакральных построек, однако данный пример примечателен по нескольким причинам. Во-первых, зал в Бехине интересен как пример довольно позднего использования одиночных опорных колонн. Во-вторых, интересна стилизация колонны и нервюр, которым придали вид дерева и ветвей, что очень важно в контексте наиболее популярной версии, согласно которой центральные одиночные опоры символизировали Древо Жизни. 

Источник

Цитата

З одностовбних костелів у Чехії відомо три. Найстарший в Poleň, побудований зперед 1357 р., але тепер в руїнах.

Костёл св. Маркеты в Полене (Чехия), 1-й половины 14 в. Одиночная колонна и своды, к сожалению, не уцелели:

 
Источники: 1, 2
 

Цитата

Подібні костели зберіглися також в Loučim-i з ХІV ст. ...

Костёл Рождества Девы Марии в Лоучиме (Чехия), построенный в 1325-1350 гг. Считается, что архитектор этого храма вдохновлялся аналогичными по планировке и другим деталям сакральными постройками южной Германии. У храма одиночная многогранная колонна.

 
Источники: 1, 2
 

Цитата

Подібні костели зберіглися також ... в Празі Марії "ve Slupech" (або P. Marie Na trávníčku). Цей останній повстав в 1360 р. і ще досі дуже добре зберігся. ... Середній стовб восьмикутний і підпирає чотири хрестові склепіння.

Костёл Благовещения Пресвятой Богородицы на Слупи в Праге (Чехия), построенный в 1360-1375 гг. при монастыре сервитов. Автор сообщает, что одиночная колонна имеет восьмигранную форму, но на самом деле она круглая.

 
Источник

Цитата

На Словаччині одностовбний костел відомий в Жегрі (Žehra) коло Кошиць з 1245 р., але зі склепіннями значно пізніщого часу. Трьохдільний плян в Жегрі є типовий для романських і готицьких будов провінціонального типу в центральній Европі. Стовб по середині будови восьмикутньої форми. ... Дослідник архітектури Східньої Словаччини В. Вагнер) пояснює повстання костела в Жегрі впливами Чехії.

Костёл Святого Духа в Жегре (Словакия). Постройку храма датируют 1245-1275 г., но нужная нам одиночная восьмигранная колонна и своды появилась уже по итогам более поздней реконструкции нефа ок. 1380 г.

 
Источники: 1, 2

Цитата

Одностовбні каплиці, костели і капітульні салі в Польщі були також досить поширені. Відомий цей тип на Вавелю в салях, та по инших замках і польських дворах. Ці будови, подібно до Чехії, мають прямокутну чи квадратову, рідше восьмибічну форму з гранчастим чи округлим стовбом по середині.

В случае с королевским Вавельским замком в Кракове (Польша) В. Сичинский мог иметь ввиду помещения по типу зала Казимира Великого. Но на этом и других примерах из круга замков/дворов не буду заострять ваше внимание, поскольку они не относятся к сакральным постройкам. 
 

Цитата

З кляшторних будов одмітимо капітульні салі: в Сулейові (Opactwo Sulejowskie) з ХІ ст. з перебудовами в ХV ст.

Зал капитула цистерианского аббатства в Сулейове (Польша). Постройку зала относят ещё к середине 13 в., однако зал реконструировали в готический период, и потому, возможно, часть элементов уже относятся к 15 в. Одиночная круглая колонна.

 
Источник
 

Цитата

З кляшторних будов одмітимо капітульні салі: ... в Лондзінському кляшторі (Lądz nad Warta) з ХIV ст. з десятикутнім стовбом ...

Одиночная десятигранная колонна зала капитула середины 14 в. цистерианского аббатства в Лёнде (Польша). 

 
Источник

Цитата

З кляшторних будов одмітимо капітульні салі: ... в Старому Санчі з ХIV ст.

Зал капитула 14 в. монастыря кларисок в Стары-Сонче (Польша). Одиночная восьмигранная опора.

 
Источники: 1, 2

Цитата

Однослупні костели відомі в Скотніках коло Сандоміру ніби з 1340 р. ... Зі всіх цих будов звертаємо увагу на костел в Скотніках коло Сандоміру, пляном подібним до костела Марії в Празі. Головна нава тут видовжена; стовб має шостикутну форму. ... Дата будови (1340 р.) дуже непевна і потрібує ще перевірки.

Костёл св. Иоанна Крестителя в Скотниках (Польша). Что касается датировки, то храм был построен в 1347 г., однако, по одной из версий, долгое время у него было более простые перекрытия, а нужные нам готические своды, опирающиеся на одиночную шестигранную опору, возвели во 2-й половине 15 в. (после 1455 г.). По другой версии своды, опирающийся на центральную колонну, у храма появились ещё в 14 в., а во 2-й половине 15 в. старая конструкция тонкой опоры была усилена.

 
Источник

Цитата

Однослупні костели відомі ... в Гославіцах правдоподібно ХV ст.

Костёл св. апостола Андрея в Конине-Гославицах (Польша). Он был построен в 1-й половине 15 в. (до 1444 г.) при участии мастеров, прибывших сюда с земель Тевтонского ордена. Одиночная 8-гранная колонна.

 
Источники: 1, 2
 

Цитата

Однослупні костели відомі ... в Стопніцах ...

Костёл св. Петра и Павла в Стопнице (Польша). Был построен в 3-й четверти 14 в., без радикальных перестроек дожил до середины 20 в., когда в ходе боёв 1944-1945 гг. был уничтожен до основания. После войны, в 1946-1958 гг., костёл был реконструирован в прежнем готическом виде, тогда были воссозданы и многогранные опоры в центральной части нефа. В. Сичинский отнёс этот храм к одностолбовым, однако на самом деле опор у него две.

 
Источники: 1, 2

 

Цитата

Однослупні костели відомі ... в Кракові: костел св. Хреста ...

Костёл св. Креста в Кракове (Польша). Храм построен в 14 в., неф с одиночной круглой в плане опорой возвели во 2-й половине 14 в. Интерьер пострадал во время пожара 1528 г., после чего некоторые детали были видоизменены, однако основные элементы конструкции опоры и сводов остались без изменений. Из интересных особенностей - у опоры есть энтазис. Как видим, архитекторы готической эпохи, вслед за своими коллегами из романской эпохи, также не прочь были делать отсылки к формам античных колонн.

 
Источники: 1, 2

Цитата

Однослупні костели відомі ... в Кракові: ... основа вежі при костелі Катерини.

Тут, вероятно, речь про часовню при костёле св. Катерины и св. Мальгожаты в Кракове (Польша), построенную то ли в середине или 2-й половине 14 в. при короле Казимире III Великом. Своды часовни поддерживает одиночная восьмигранная колонна.

 
Источник
 

Цитата

... має для нас чималий інтерес також замкова каплиця в Люблині, побудована в 1395 р. (або перебудована з церкви Данила Галицького 1250 р.) ... Під цею каплицею є м. и. крипта, як підземна каплиця, також з одним стовбом посередині, творячи т. ч. поверхову будову ...

Часовня св. Троицы, часть комплекса замка в Люблине (Польша). Построена между 1341 и 1370 гг., украшение росписями завершено в 1418 г. У одиночной опоры восьмигранная форма.

 
Источники: 1, 2

Интересны мысли автора о том, откуда подобный архитектурный приём начал своё распространение:

Цитата

Відомий польський історик проф. Й. Зубрицький твердить, що цей тип одностовбних костелів і каплиць повстав у Польщі як "первовзір" (sic!). Вище ми зясували, що такі будови відомі ще в романську добу в Німеччині і Франції та були поширені в добу готики у багатьох замках і твердинях та в меньших будовах релігійного культу в цілій центральній Европі!

Если убрать в сторону единичный примёр из порядком далёкой от нас Франции, то корни истории с одиночными опорами, по сведениям автора, уходят в Германию. Оттуда идеи могли проникнуть в Чехию и далее в Словакию. Что касается Польши, то автор сообщает, что местные готические постройки строились немецкими мастерами, т.е. не местные польские мастера перенимали опыт где-нибудь в Германии или Чехии, а немецкие мастера прибывали в Польшу для работ:

Цитата

Що до готичних будов у Польщі то вони повстали виключно з рук німецьких майстрів, про що маємо цілий ряд документальних свідоцтв.

С этой точки зрения интересна мысль, что польские, чешские и словацкие готические храмы могли быть образцами именно немецкого стиля. Впрочем, это вопрос сложный и спорный, поскольку в разных случаях разные факторы (от влиятельных сильных местных строительных традиций до специфических желаний заказчика) всё же могли вносить коррективы в чисто-немецкие проекты, да и архитекторам эксперименты были не чужды, но это уже тема для отдельного исследования/разведки. 

В целом, В. Сичинский сделал хорошую подборку примеров, которые довольно всесторонне раскрывают тему - тут вам и образцы из разных стран, стилей (романика, готика), веков, форм, типов объектов (храмы, залы монастырей и замков). Приведены варианты центрального расположения 1, 2 и 3 опор. Однако это всё же далеко не полный список памятников с одной или несколькими центральным колоннами, а нам для формирования некоторых важных выводов нужно иметь сведения о как можно большем количестве объектов, и потому чуть позже я дополню список множеством других примеров.

Продолжение следует.

К сожалению, в наши дни часто определения смыслового значения этих терминов настолько неудачны, что после того, как вы вроде бы узнали, что такое "замок" и что такое "крепость", всё равно, как это не парадоксально, не получается понять, чем же они отличаются!?

Например, почему в Каменце крепость, а не замок, или там всё же замок? А в Хотине – замок или крепость? Или в Мукачево… вроде и замок, но почему-то иногда пишут, что крепость. Подобных примеров масса. Давайте разбираться!

Лично для себя всё решил просто – замок призван защитить то, что находится внутри него, то, что пребывало под защитой его укреплений. В большинстве случаев "что-то" - это синоним термина "хозяин", иными словами, замок, как комплекс оборонных, жилых и хозяйственных построек, прежде всего, был призван защищать своего хозяина и обеспечивать ему комфортную жизнедеятельность. А крепость, как с ней быть? А вот крепость, в отличие от замка, защищала то, что находилось снаружи! Это "что-то" могло быть очень большим и масштабным (например – государство/страна, область, район), а могло быть и относительно маленьким - переправа, дорога, город и т.д.

Конечно, есть объекты, которые сложно причислить однозначно к замкам или к крепостям, а, кроме того, некоторые замки параллельно использовались в качестве крепостей, тем не менее, как по мне, в большинстве случаев можно чётко разграничить функциональную принадлежность того или иного объекта, понять, был он замком, крепостью или тем и другим одновременно.

Эта тема начала формироваться по мере того, как я стал присматриваться к пятиугольным башням укреплений Украины. Было совершенно очевидно, что это экспортный вариант фортификации, но о его истоках у нас очень мало сведений. От поляков исследователи в Украине узнали, что специфические артиллерийские башни пятиугольной формы нужно именовать термином "пунтоне". Эту информацию у нас приняли без особых сомнений, что в итоге породило ряд искажений в толковании термина.

Пример Италии, родины термина, очень интересен с точки зрения понимания того, какое место пятиугольники Украины занимают в общей картине европейской эволюции фортификации. Поскольку в Италии сохранилось довольно большое количество башен нужного типа, то собрав сведения о них можно проследить эволюцию данного типа укреплений, а это в свою очередь даст много пищи для размышлений. К тому же Италия интересна тем, что здесь сохранились примеры башен от античности до раннего нового времени, тогда как во многих других странах история данного типа укреплений не может похвастаться такой продолжительностью.

Ожидания и реальность

На старте я наивно предполагал, что задача создания более-менее общей картины будет не очень сложной, поскольку считал, что уж где-где, а в Италии наверняка давно всё это дело разложено по полочкам, что есть десятки статей об эволюции пятиугольных башен, что есть масса научных публикаций, в которых всё подробно растолковано и нужно просто всё это найти и перевести. Однако оказалось, что нужных мне общих работ не существует (или за последние пару лет целенаправленных поисков мне они так и не попались). Кроме того, из многочисленных научных публикаций, касавшихся отдельных объектов или небольших групп объектов я понял, что в Италии у исследователей также есть синдром "туннельного зрения" - они зачастую сосредотачивают внимание на небольшом ареале, или на широком ареале, но в рамках узкого хронологического периода, и потому кругозор у них зачастую сильно сужен и всей картины они не видят и потому, сосредоточившись на малых группах объектов, не могут её в целом обрисовать даже общими мазками.

За неимением единого источника пришлось информацию собирать по крупицам из сотен источников (от сайтов до научных публикаций), чтобы создать зачаток базы нужных объектов.  

Цели

Нужно было получить ответы на ряд вопросов. Вот некоторые из них:

• Сколько пятиугольных башен есть на территории Италии? Насколько редким были постройки с такой планировкой?
• Где эти башни строились (т.е. как они распределены по территории страны)?
• Когда эти башни строились? На какие периоды приходились всплески и спады их популярности?
• Действительно ли интерес к пятиугольникам был напрямую связан с развитием пороховой артиллерии?
• Внешне-визуальные моменты: размеры, планировка, расположение относительно других укреплений и т.д.
• Какие основы у появления и развития пятиугольных укреплений в Италии?
• Как обстоят дела с трактовкой термина "пунтоне" в Италии? Постройки какого типа и какой планировки относят к пунтоне?
• И многое другое.

В целом, вся эта информация не только должна была помочь лучше понять пятиугольные башни Италии, но также должна была помочь разобраться, какое именно место в общеевропейской иерархии занимают пятиугольные башни Украины. Разумеется, для полноты картины нужно задействовать данные не только по Италии, но и по другим странам, и анализ итальянского пласта данных - это лишь один из фрагментов общей картины, но при этом один из ключевых. 

Пятиугольные башни в Украине очень редко анализируются с точки зрения аналогов, предпочитая сосредотачиваться на данных письменных источников, а также на данных археологии. Однако, как показывает практика, эти методы могут приводить к неправильным датировкам, тогда как работа с аналогами наоборот способна явно дать понять, когда украинские пятиугольники могли быть построены, а когда нет. Тема пятиугольных башен Украины и их датировок будет детально рассмотрена чуть позже в другой теме форума.
 

Термин в Италии

В Украине термин "пунтоне" применяется практически исключительно по отношении к пятиугольным артиллерийским башням, и потому за ним закрепился образ так или иначе связанный с пятиугольникам и башнями определённого внешнего вида. Если же мы взглянем, как этот термин используется в Италии (т.е. там, откуда он к нам пришёл), то быстро обнаружим, что там его содержание несколько отличается от того, к которому мы привыкли, а если точнее - то его применяют не только к пятиугольным, не только к артиллерийским и не только к башням ... всё немного сложнее.

Не смотря на итальянское происхождение термина выяснилось, что в самой Италии он не особо известен, что, как мне кажется, вызвано редкостью объектов, по отношению к которым этот термин применяется. О том, что термин не имеет широкого хождения в Италии сужу из текстов научных публикаций итальянских историков архитектуры, которые зачастую его снабжают пояснением. 

Я тут особо не буду зарываться в этимологию, поскольку в знании итальянского не силён. Однако на поверхности удалось выловить, что в итальянском языке есть слово "punta" в значении наконечника/острия/угла, вот, вероятно, от него и растут ноги термина "puntone". Он же, вероятно, порождает и другие схожие производные: spunton (т.е. шип), колющее холодное оружие spuntone, а в Неаполе, к примеру, есть термин puntunera, используемый по отношению к проститутке, работающей на углу, образованном в месте пересечения двух улиц.

Интересным примером использования термина "puntone" является отсылка к деревянным подпоркам, которые формировали каркас классической кровли. Их прям так и называют - puntone. Пересекаясь две балки образуют угол/клин, который уже можно сопоставить с формой, которую можно увидеть в планировке укреплений.

Кровельные балки-пунтоне (они же стропила):

Источник

Этим же термином называют и другие деревянные конструкции, которые обеспечивают чему-то другому опору и жёсткость. При этом для всех этих вариантов "puntone" характерно расположение под углом к поверхностям, с которыми они пересекаются. 

К примеру, в Терминологическом словаре военной архитектуры на стр. 67 находим близкородственный термин "пунтелло" ("puntello") в значении деревянных подпорок/контрфорсов, поддерживающих стены, тем самым спасая их от обрушения:

В общем, с точки зрения этимологии термин "puntone" действительно имеет связь с формой, однако не исключительно с пятиугольной, как принято считать в Украине, а скорее с той, которая имеет угол, желательно острый. 

Не только пятиугольники

Итак, по мере знакомства с различными вариациями термина "пунтоне", а также с примерами построек, по отношению к котором его применяли, у меня сформировалось впечатление, что основополагающей формой для пунтоне был вовсе не пятиугольник, а скорее треугольник/клин в том или ином его виде. Когда такой клин был сам по себе, то получались треугольные пунтоне, когда им усиливали классическую четырёхугольную башню, то получалось пятиугольное пунтоне, а помимо этого острыми выступами снабжали многоугольные постройки сложной и не всегда правильной формы. Все эти примеры приводят к выводу, что в Италии, когда что-то называют "пунтоне", то вовсе не обязательно подразумевают артиллерийскую башню, и вовсе не обязательно эта постройка должна иметь пятиугольную форму, а лишь имеют ввиду объект, который обращён к противнику клином, а иногда даже просто укрепление, сильно выступающее за линию стен (при этом само укрепление могло быть лишено явно выраженного острия, и в этом случае под "puntone" подразумевалось, что укрепление сильно выдвинуто относительно всего остального, оно и было "шипом", пусть даже не всегда острым). 

"Равелин-пунтоне" треугольной формы:
 
Источник

"Пунтоне со стрельчатой/готической формой плана":

Источник

Пунтоне со сложной формой плана у крепости в Вольтерре (Fortezza di Volterra), 1472-1474 гг.:

Источник

Ещё одно непростое пунтоне (массивная башня в правой части укрепления) у замка в Сант-Агата-Фельтрии (Rocca di Sant'Agata Feltria), ок. 1474 г. Предполагают, что его могли возвести по проекту Франческо ди Джорджо Мартини, отца бастионной фортификации (его ещё не раз будем вспоминать ниже):

Источник

У замка в Мельдоле (Rocca di Meldola) рядом с небольшим пунтоне 14 или 1-ой половины 15 в. (на фото справа) ближе к концу 15 в. возвели массивную многоугольную батарею, которую также причисляют к категории пунтоне, а точнее - к "puntoni di testa", т.е. к "пунтоне в виде головы", которые были характерны для творчества Франческо ди Джорджо Мартини:

Источник

Cтоит упомянуть Башню Ориоло (Torre di Oriolo), уникальное для Италии укрепление последней четверти 15 в. Этот объект часто называют "башней с двумя пунтоне":

Источник

Среди экспериментальных образцов попадаются и вовсе необычные объекты, к примеру, такие как замок в Галлиполи (Castello di Gallipoli), начало строительства которого относится к 1491-1492 гг. и связано с деятельностью опять же Франческо ди Джорджо Мартини. В данном случае пунтоне называют массивный треугольный в плане выступ, однако здесь он заканчивается не острым угловатым выступом, а округлой в плане приземистой артиллерийской батареей:

А в случае с замком Ронтана (Castello di Rontana) "puntone" получили, когда в конце 15 - начале 16 вв. одну из круглых башен усилили треугольным выступом:


Источник

Вероятно из-за того, что углы/пунтоне стали чаще применять именно в пятиугольных постройках, то в большинстве случаев этот термин стал ассоциироваться с пятиугольником (в Италии его чаще всего также связывают именно с пентагоном), однако, приведённые выше и ниже примеры показывают, что этот термин в его широком смысле не замыкался на пятиугольной форме.


Не только артиллерийские башни

Среди украинских исследователей очень распространено мнение, что пятиугольная форма - это уже следствие влияния пороховой артиллерии, и потому у нас принято момент роста популярности пятиугольных башен размещать где-то в районе 15-16 вв., а от них протягивать прямую связующую линию к бастионам. На самом же деле всё совсем не так. Во-первых, пятиугольники появились задолго до того, как стены укреплений начали крошить пушки, а, во-вторых, связь между пятиугольными башнями и бастионами на самом деле не столь очевидна, как может показаться на первый взгляд, и даже более того - статистика свидетельствует, что вовсе не в 15 в., перед появлением бастионов, пятиугольники получили наибольшее распространение, а одним-двумя-тремя веками ранее.

Не только башни, но и бастионы:

В Украине термин пунтоне ассоциируют исключительно с башнями, но в Италии его также используют по отношению к бастионами разных форм и размеров. К примеру, в этом словаре (с. 122) сказано, что термином пунтоне в фортификации называют "грань/ребро белюарда [бастиона]".  

Здесь встретилось ещё одно подобное определение:

Цитата

В фортификации термин пунтоне означал острие белюарда [бастиона], и в рамках расширения [значения], иногда использовался как синоним самого белюарда [бастион], в частности когда его характеризовал острый угол. Этот термин особенно широко распространён в Тоскане, где он дал начало ряду топонимов.

Также процитирую книжечку "Le parole del castello" (2018), посвящённую толкованию итальянских фортификационных терминов:

Цитата

Puntone: torre sporgente dal filo delle mura. Per lo più era pentagonale e segnò opera di transizione tra la torre e il baluardo. Nel XV secolo ebbe già i caratteri del bastione.

В переводе:

Цитата

Пунтоне: башня, торчащая/выступающая из стены. В основном была пятиугольной, являлась переходной формой от башни к белюарду [бастиону]. В 15 веке уже имела характер бастиона.

Здесь особенно интересно упоминание того, что в Италии фактически ещё в 15 веке (я бы добавил - что где-то во 2-ой половине 15 века) начинается вытеснение пунтоне ранними бастионами. В качестве иллюстрации можно привести, к примеру, замок в Бролио (Castello di Brolio), который ок. 1484 г. одним из первых в Италии обзавёлся ранними версиями бастионов. В этом укреплении можно нащупать как связь с более ранними башнями-пунтоне (небольшие размеры, наличие эскарпов), так и с бастионами (от пониженной высоты и наличия единой плоскости боевого пути до формирования бастионного фронта).

Источник

Термин "пунтоне" также используют по отношению к ранним бастионам форта/крепости в Чивита-Кастеллана (Forte dі Civita Castellana), 1499-1503 гг:

Источник

А вот здесь встретилась очень любопытная ситуация по теме - уже вполне себе классический бастион получил название "Понтон". В тексте об этом сказано так: "Бастион Зары [г. Задар в Хорватии, укреплённый венецианцами в 16 в. - Filin] с самого начала назывался Понтон, название происходило от "пунтоне", то есть от конструкции с острым углом". Кстати, обратите внимание - за бастионом Понтоном видна старая пятиугольная башня 13 в., представитель более ранней серии пунтоне. Три века эволюции пятиугольников в одном кадре:

Во следующем сообщении темы приведены и другие примеры ранних бастионов, по отношению к которым применяется термин "пунтоне".

Summary:

• (en) Evolution of pentagonal towers (puntone) in Italy.
• (it) Evoluzione delle torri pentagonali (puntone) in Italia.

Вот эта восьмиугольная звезда как раз и смущает многих исследователей и тех, кто только начинает знакомиться с бастионной фортификацией, поскольку в глазах этих людей наличие звезды в планировке заставляет автоматически ставить знак равенства между Сфорциндой и бастионными укреплениями, хотя на самом деле эта форма 8-конечной звезды родилась не в результате долгий теоретических рассуждений на тему фортификационных форм будущего, а появилась в процессе довольно простого процесса - слияния контуров двух квадратов, наложенных друг на друга:

Впрочем, этот и другие (изложенные ниже) доводы не смущают отдельных исследователей. Вот, к примеру, в 2016-м вышла книжечка Катерины Липы Теорія архітектури, містика і війна, затрагивающей тему бастионной фортификации. Открываем стр. 24 и читаем следующее:

Цитата

Після низки суто описових літературних творів різних жанрів (від філософських опусів до архітектурного трактату Леона Баттісти Альберті 1452 р.), котрі певним чином змальовували місто як образ ідеального суспільства, першим у 1461-1464 рр. спробував його візуалізувати Антоніо Аверліно на прізвисько Філарете. У його трактаті, написаному у формі діалогу, місто Сфорцінда назване на честь герцога Франческо Сфорца, коштом якого зодчий сподівався реалізувати свій проект. Будівництво так і не було здійснене, але план Сфорцінди у формі восьмипроменевої зірки, утвореної бастіонними укріпленнями (выделение моё - Filin), справив величезне враження на фахівців. Відтоді більшість ідеальних міст (принаймні в Італії) проектували на зіркоподібному плані.

Всем поклонникам версии о бастионных укреплений Сфорцинды хороший ответ составила Юлия Ревзина в своей монографии Архитектура, война и география: фортификация XVI—XVIII веков в Европе и России (2016):

Цитата

Когда речь идет о происхождении «новой фортификации», Сфорцинда Филарете требует особого разговора. Ведь здесь мы впервые видим городскую стену, представляющую собой последовательность выступающих и вогнутых углов. Именно из-за этого плана, формально и лишь отчасти напоминающем звездообразные планы гарнизонных городов Вобана, Филарете и приписывают иногда изобретение бастионов. Но по существу это абсолютно неверно. Во-первых, очертания в форме звезды в XVI—XVIII веках получают (за некоторыми исключениями, о которых, речь пойдет позже) не сами периметры стен с бастионами, а лишь внешний контур рва. Кроме того, ничто в тексте трактата не говорит о том, что Филарете хоть сколько-нибудь задумывался об обороне «от фланка» или о чем-то подобном. Собственно говоря, он вообще не говорит о городских укреплениях, упоминая лишь «стены» и «башни», причем в самом традиционном смысле. Что касается плана, иллюстрирующего фрагмент из Флорентийской рукописи, мы можем с уверенностью говорить лишь о расположении городских ворот — они во входящих углах «звезды». Что касается планировки, то она имеет радиальную структуру, но более подробно мы ничего сказать о ней не можем. Так что план Сфорцинды лишь отразил современную Филарете тенденцию «реабилитации» углов. Однако ни бастионов, ни их прообразов у автора «Трактата об архитектуре» нет и в помине. Но здесь важно другое: Сфорцинда Филарете в полной мере воплотила в себе образ идеального города Ренессанса, который принципиально повлиял и на теорию, и на практику фортификации. Без этого невозможно понять не только генезис, но и развитие бастионной фортификации, в которой связь с геометрией идеального города, чье совершенство воплощает в себе совершенство Божественного замысла, будет весьма ощутимым не только на протяжение эпохи Возрождения, но и позже. 

Уточню, что упомянутая Ю. Ревзиной оборона "от фланка" отсылает нас к планировке бастионов, у которых боковые стороны бастионов ("фланки"), примыкавшие к куртинам, прикрывали ров и лицевые стены ("фасы") соседних бастионов, т.е. оборона "от фланков" требовала наличие бастионов с фланками, которых у Сфорцинды нет. Проще говоря, возникает логичный вопрос - как можно бастионным укреплением называется то, что даже не имеет бастионов?

Пример схемы, показывающей работу артиллерии на фланках, простреливающей ров и пространство перед фасами соседних бастионов:


Как тут не вспомнить и то, что замок Сфорца в Милане, в модернизации укреплений которого принимал участие Филарете в середине 15 века (1450-е - 1460-е гг.) представлял собой укрепление башенно-стенового типа, хоть и строившегося уже с учётом взаимодействия с артиллерией. Надвратная башня замка, к слову, известна как "Башня Филарете":

 
Источники: 1, 2

P.S. Также возникает вопрос - а почему вдруг в чертах Сфорцинды видят именно черты бастионных укреплений, а не более поздних (и менее известных/популярных) - тенальных? Тенальные (или Клещевые) укрепления как раз обходились без бастионов, и по этой причине тенальные укрепления куда больше похожи на Сфорцинду, чем бастионные. Разумеется, несмотря на ещё большее визуальное сходство с укреплениями, построенными с применением теналей, Филарете тенальный фронт также не изобретал.

 Замок Сант-Эльмо в Неаполе, построенный в 1537-1546 гг. по тенальной схеме:
 
Источник

В конце 1990-х - начале 2000-х, когда у меня активизировался интерес к фортификации, термин "пунтоне" в Украине уже использовали, и много лет я его принимал как данность, не особо вникая в его трактовку, суть и происхождение. Термин очень удобный - его используют по отношению к узкой выборке башен специфической пятиугольной формы, да ещё и сами эти башни вроде как были промежуточным звеном между более старыми средневековыми башнями, устаревшими с наступлением эры артиллерии, и более новыми бастионами, а это в свою очередь ограничивает период использования таких построек. О чём-то подобном мы и узнаём из публикаций украинских исследователей или на страничке термина на Википедии. В общем, на первый взгляд всё просто и понятно.

Однако по мере знакомства с историей фортификации Италии (а именно из тех краёв к нам пришли пунтоне), к термину появилось много вопросов. Поиск ответов ещё не закончен, но уже сейчас хочется показать некоторые материалы, на основании которых можно составить представление о существующих ошибках в трактовках значения этого термина, а также в анализе стоящих за ним укреплений. 

Может показаться, что та или иная трактовка термина не имеет особого значения, но на практике ошибки в трактовке термина могут вылиться, к примеру, в ошибки в датировках укреплений или в трактовке положения укрепления на лестнице фортификационной эволюции, а это уже серьёзно. 

Италия:

То, как обстоят дела с пунтоне в Италии, и то, как там проходила эволюция пятиугольных башен я довольно подробно описал в отдельной теме. Там можно узнать, что и сам термин у себя на родине трактуют чуть шире, чем это принято у нас, и что пятиугольные башни развивались там далеко не по тому сценарию, который популяризируется в публикациях украинских исследователей. 
 

Украина:

В первую очередь меня заинтересовал вопрос - когда именно у нас начали использовать этот термин? Кто и в какой именно публикации его впервые применил? Пока чёткого ответа на этот вопрос у меня нет, есть лишь понимание того, что термин у нас заметили где-то ближе к концу 1980-х - началу 1990-х гг. 

В середине 1980-х о нём ещё не знали, о чём свидетельствует известный 4-томник "Памятники градостроительства и архитектуры Украинской ССР" (1983-1986). В составлении текстов для этого издания принимало участие множество специалистов по истории архитектуры и реставрации, в т.ч. и тех, кто в более поздних публикациях термин начнут использовать, однако упоминания "пунтоне" в справках каталога мы не встретим, хотя на страничках томов есть много описаний объектов, у которых эти самые пунтоне были, однако в текстах "Памятников ..." их называли "пятиугольными башнями" или "пятигранными башнями", без изысков. Разве что в описании Сутковецкого замка (Хмельницкая обл.), составленного Ольгой Пламеницкой, встречаем чуть более навёрнутую формулировку: "пятигранные башни предбастионного типа", и всё же это не пунтоне. Кстати, в 1992 г. О. Пламеницкой была опубликована отдельная статья о замке в Сутковцах, и она также обошлась без термина "пунтоне", хотя на тот момент он уже в Украину просочился.

В 1990 г. в Киеве было издано методической пособие "Архитектурно-реставрационные термины", и там (стр. 118) видим искомое:

Была ли это первая презентация термина в Украине, я не знаю, но зато я сразу узнал показанное выше изображение, которое мне известно по публикациям поляка Януша Богдановского (о его вкладе в популяризацию термина речь пойдёт ниже). В списке источников, послуживших основной для пособия 1990 г., можно увидеть издание "Mały słownik terminologiczny dawnej architektury obronnej w Polsce" (в переводе "Малый терминологический словарь оборонной архитектуры Польши"), изданный в Кракове в 1986 г. (точнее - это было переиздание словаря, вышедшего в 1974 г.). Подозреваю, что составители киевского словаря именно оттуда позаимствовал специфический термин вместе с картинкой. Я в этом почти не сомневаюсь, поскольку одним из авторов польского словаря был всё тот же Я. Богдановский. 

Итак, термин к нам, вероятно, проник из Польши, где его популяризировал Я. Богдановский. Вполне вероятно, что автор мог использовать его и до 1974 г., к примеру, в каких-нибудь статьях, но в случае с Украиной скорей всего термин заметили после появления весьма примечательного для того времени польского словаря, аналога которому в Украине нет и по сей день. 

В течение 1990-х термин просачивался в публикации украинских исследователей, и уже совсем уверенно использовался в 2000-х. Тут, правда, стоит уточнить, что в Украине в целом довольно мало исследователей, которые занимались широким кругом укреплений, построенных в 16-17 вв., и потому не так уж и много есть работ, в рамках которых осуществлялись попытки анализа и классификации памятников на основании наличия у них башен типа "пунтоне". Несколько обособленно стоят те исследователи, которые термин использовали по отношению к одному-двум объектам, с которыми плотно работали, но при этом не занимались глубоким погружением в суть "пунтоне". 

Ниже процитирую ряд авторов, которые в своих работах присматривались к пунтоне и предпринимали попытки их анализа.

Вероятно, одним из первых (или даже самым первым) автором, который в своих публикациях начал упоминать пунтоне, была Евгения Пламеницкая. Так, в журнале "Пам’ятки України", №3 за 1997 г., была опубликована статья об укреплениях Жванца, где находим (стр. 90) такую формулировку:

Цитата

Дві новозбудовані башти на кінцях південного оборонного муру репрезентували тип пунтонів (протобастіонних башт) ...

Ольга Пламеницкая, дочь упомянутой ранее Е. Пламеницкой, плотно работала с рядом объектов, укреплённых пунтоне. В 2011 г. вышла её статья Деякі аспекти хронології та типології Бережанського замку в контексті формування урбаністичної системи міста. Основной объём текста публикации был подготовлен автором ещё в 1989 г. для энциклопедического издания, которое так и не увидело свет, а в 2011 г. статья была доработана и, наконец, дошла до читателей. К числу доработок относятся и вкрапления в текст упоминаний пунтоне:

Цитата

Башти [Бережанського замку] різні за типологією: ... розмішена на зламі оборонного муру західна п’ятигранна репрезентує архаїчний тип пунтоне з тупим висхідним кутом і центральним стовпом. ...

... У п’ятигранній башті-пунтоне (колишній зброярні) зберігся центральний, прямокутний в плані мурований стовп, на який спиралися балкові перекриття ярусів; аналогічні стовпи було влаштовано у баштах-пунтоне в замках Кам’янця-Подільського, Меджибожа, Старого Олексинця. ...

... вдосконалення засобів штурму фортець спричинило повсюдне використання бастей та башт-пунтоне — прототипів бастіонів, які в XVI ст. вже з’явилися в Італії і набули масового поширення на початку наступного XVII ст. У цей самий час у Кам’янці-Подільському внаслідок масштабної реконструкції замку постали дві потужні башти-пунтоне, надійно датовані 1542 та 1544 роками за збереженою в натурі інскрипцією та архівним описом [25]. Башти-пунтоне за дослідженнями авторки будували на Поділлі з кінця XV століття [26] ...

-----------
25. Пламеницька О. Кам’янець-Подільський. — К.: Абрис, 2004. — С. 137—140.
26. Пламеницкая О. Замок в Сутковцах // Архитектурное наследство. — № 39. Москва, 1992. — С. 148-155.

В монографии Castrum Camenecensis. Фортеця Кам’янець (2012) О. Пламеницкая приводит такое толкование термина (стр. 651):

Цитата

Пунтоне - п'ятикутна оборонна споруда протобастіонного типу, перехідного від башти до бастіону - здебільшого п'ятикутна в плані, з прямим або гострим висхідним кутом*.

* Висхідний кут бастіону - кут, утворений фланком бастіону та куртиною.

В той же книге на стр. 330-337 в контексте описаний Новой Западной и Новой Восточной башен Каменец-Подольского крепости приводятся дополнительные сведения о пунтоне:

Цитата

Дотепер ніхто не досліджував питання архітектурного вигляду й основних типологічних, просторових х конструктивних параметрів дотурецької башти Нової Західної. Бона належала до типу «пунтоне» - перехідного типу між середньовічними артилерійськими баштами та бастіонами, який поширився на зламі пізнього Середньовіччя та ранньомодерного часу. Цей тип є різновидом бастей і має характерний п'ятикутний - протобастіонний - абрис плану у вигляді зрізаного ромбу. Башти типу «пунтоне» бувають різними за абрисом (від цілком неправильної форми п'ятикутника до класичної бастіонної), а також за товщиною стін та характером бійниць. Іноді вони утворювались шляхом реконструкції середньовічних башт (і тоді форма плану не мала правильної геометрії), але часто будувалися як оборонні споруди нового взірця, у таких випадках план набував геометричної чіткості. Загалом за типологією пунтоне тяжіють до башт, на відміну від більш приземкуватих бастей, основною ознакою яких є перевага ширини над висотою, значна товщина стін, відсутність даху, а також форма плану - здебільшого кругла, прямокутна або прямокутна зі зрізаними кутами.

На Поділлі до типу «пунтоне» належать, зокрема, наріжна башта регулярного замку третьої чверті XV ст. у с. Сутківці [Пламеницька О. 1992: 155] (іл. 255: а; див. іл. 5), західна башта замку в м. Бережанах, Рицарська башта (рубіж ХV-ХVІ ст.) замку в смт Меджибожі (іл. 255: б, в) [Лопушинська: 43; Цяук: 136]. Усі вони були накриті дахами, а у Меджибізькому та Бережанському замках дахи опиралися на центральний стовп. Отже, тип «пунтоне» не був рідкісним на Поділлі. Проте Нова Західна башта, як випливає з «Реєстру» 1544 р., перевершила відомі споруди цього типу. ...

... Споруда, названа в «Реєстрі» 1544 р. та у «Реляції» 1672 р. традиційним терміном «башта» за розпланувальним і функціональним типом належала до пунтоне, а за ідеологією оборони - до бастей, демонструючи своєрідну перехідну форму бастеї-пунтоне, запроваджену Іобом Претфусом під впливом фортифікаційних ідей Ренессансу і, правдоподібно, під впливом концепції А. Дюрера. ...

... Найцікавішу і найсуперечливішу інформацію містить опис товщини стін башти: в нижній частині вони становили 18 ліктів (10,4 м), а під зубцями - 14 ліктів (8,06 м) при товщині зубців 9 ліктів (5,18 м) [Jabłonowski: 23]. ... Якщо башта Нова Західна дійсно мала вказані в описі розміри, то на час зведення вона була найбільшою з тогочасних «пунтоне».

---------------

• Пламеницкая О.А. Замок в Сутковцах // Архитектурное наследство. - №39. - М., 1992. С. 148-155.
• Лопушинська Є. Меджибізька фортеця // Пам'ятки України: Історія та культура. - 1996. №3-4. - С. 42-47.
• Цяук В. Комплекс фортеці у Меджибожі Хмельницької області // З історії української реставрації. - К.: Українознавство, 1996. - С. 134-139.
• Jabłotiozcski A. Zamek kamieniecki u schyłku pierwszej połowy XVI wieku // Przegląd bibliograłiczno-archeologiczny. - T. DI. - Warszawa, 1882. - S. 1-30.
   

Выше уже упомянул, что в статье О. Пламеницкой о Сутковецком замке (1992) термин "пунтоне" ещё не использовался, его заменяла формулировка такого вида: "пятиугольная в плане башня, относящаяся к протобастионному типу"). В статье Е. Лопушинской пятигранная башня Меджибожского замка названо "п'ятикутною вежею", а в статье В. Цяука - "п'ятигранною баштою", т.е. оба реставратора, детально исследовавшие замок в Меджибоже, термин "пунтоне" в 1995-1996 гг. также не использовали.

Относительно недавно, в 2018 г., в сборнике материалов конференции "Patrimoniul cultural: cercetare, valorificare, promovare" вышла небольшая статья-заметка О. Пламеницкой на нужную тему:

Цитата

Башни типа пунтоне в замках Подолии

В XV-XVII вв. с появлением дальнобойной артиллерии военное зодчество отреагировало на изменения в тактике осады укреплений. Поиски формы огневой позиции для фланкирующего обстрела привели к появлению регулярных замков с башнями типа пунтоне. Их распространение на Подолии шло различными путями - от частичной модернизации средневековых замков до полной перестройки, что приводило к разным архитектурным результатам.

На начальных этапах целью модернизаций было лишь введение в старые структуры нового типа башен-пунтоне. Проведенные в XVI в. модернизации существовавших средневековых замков объединяет то, что планировка укреплений, несмотря на введение башен-пунтоне, не претерпела кардинальных изменений. Пунтоне ставили на наиболее уязвимых сторонах. В Жванце над Днестром пятигранная башня-пунтоне сформировалась путем реконструкции квадратной средневековой башни раннего укрепления, расположенной над обрывом замкового мыса. В Каменец-Подольском замке появились две пятигранные башни-пунтоне (грандиозная по масштабам Новая Западная на юго-западном углу и Новая Восточная на северо-восточном углу), в Меджибожском замке - пятигранная Рыцарская башня, в Бережанском замке - пятигранная Западная башня.

В ряде случаев была осуществлена коренная перестройка на регулярной основе ранее существовавших средневековых замков. В зависимости от топографии местности, замки во время перестройки получали квадратную, прямоугольную, трапециевидную или треугольную форму. Вместе с тем, в этих замках, при более глубоких исследованиях, обнаруживаются древние ядра. К примеру, в Сутковецком замке древняя восточная стена предшествовавшего мысового укрепления XIV в. вошла в периметр построенного в конце XV в. регулярного замка с башнями-пунтоне. В Сатанове произошла кардинальная перестройка средневекового замка, от которого сохранилась лишь одна круглая башня посреди двора; новая структура приобрела абрис пятиугольника с башнями-пунтоне на углах укрепления.

Если в 2012 г. О. Пламеницкая считала, что пунтоне - это "здебільшого п'ятикутна в плані" постройка, то в статье Бар в Подолии – «citta ideale»: хронология эволюции города-крепости (2018) термин внезапно распространился уже не только на пятиугольные башни, а ещё и на квадратные и шестиугольные:

Цитата

Замок Андрея Одровонжа, который существовал до начала работ, проведенных А. Стажеховским, был каменным, квадратным в плане, с четырьмя угловыми башнями и пятой надвратной. Можно предположить, что угловые башни принадлежали к распространенному в то время типу протобастионных башен «пунтоне», аналоги которых сохранились в замках Подолии – Меджибоже, Бережанах, Сутковцах, Токах, Теребовле, Кудринцах, Золотом Потоке, Рыхте и др. Эти башни имели полигональную (квадратную, пятиугольную, иногда шестиугольную) форму в плане; в отдельных случаях наблюдается наличие острого исходящего угла, характерного для ранних протобастионов [15].
-------------
15. Пламеницкая О. Башни типа пунтоне взамках Подолии (Украина). In: Сonferința științificăinternațională „Patrimoniul cultural – cercetare, valo-rificare, promovare”. Сhișinău, 31 mai – 2 iunie 2016.Сhișinău, 2017. / Plamenyts’ka O. Bașni tipa puntone v zamkah Podolii (Ucraina). In: Сonferința științificăinternațională „Patrimoniul cultural – cercetare, valo-rificare, promovare”. Сhișinău, 31 mai – 2 iunie 2016. Сhișinău, 2017.

Катерина Липа в книге "Під захистом мурів" (2007) разместила небольшой словарь, где нашлось место для нужного термина (стр. 176):

Цитата

Пунтоне — фортифікаційний елемент, що разом з бастеєю був перехідною формою між артилерійською баштою і бастіоном. П. було п’ятикутне у плані, звернене зовнішнім гострим кутом у напільний бік, мало кілька ярусів і терасу, на яких розташовувалися гармати.

В той же книге, стр. 125-126:

Цитата

Здається, кам’яні бастіони були якоюсь мірою зрозумілішими місцевим будівничим, ніж бастеї це ж, власне, та сама вежа, тільки трохи більше висунута у напільний бік, повернена рогом назовні та не надто висока. Тож і будували у нас не зовсім так, як в Італії. Власне, в Україні найкраще прижилися «предки» бастіонів, які називались «пунтоне». Пунтоне являли собою низькі п’ятигранні вежі, спрямовані гострим рогом у бік поля. На кількох поверхах і даху споруди розташовувалися гармати. Зазвичай пунтоне мали прямовисні стіни. Але вітчизняні будівничі у більшості випадків надавали стінам фортифікаційних споруд нахилу — як у справжніх бастіонів. Виходила своєрідна суміш двох типів споруд, що, незважаючи на дивакуватий з точки зору західноєвропейської фортифікаційної науки вигляд, на теренах України була досить ефективною. 

А чого було не збудувати справжні, повноцінні бастіони за поданими у італійських трактатах креслениками? Невже українські будівничі не були знайомі з перлинами західної фортифікаційної думки? Ні, поінформованості та освіченості їм не бракувало. Бракувало зовсім іншого — грошей.

В своей более поздней (и на данный момент последней на тему фортификации) - книге Теорія архітектури, містика і війна (2016) - К. Липа приводит (стр. 120) практически слово в слово толкование термина, знакомое нам по изданию 2007 г., а в тексте (стр. 76-84) дополнительно находим такие мысли по теме:

Цитата

Найактивніше «захистом» пентакля користувалися на Поділлі: твердині, які будували або реконструювали протягом XVI — початку XVII ст., часто отримували коли не п’ятикутний план, то хоча би п’ятигранні пунтоне. Маємо замки з планом у формі класичного пентакля з наріжними п’ятикутними артилерійськими баштами у Сатанові й Чорткові (в контексті таких назв міст це сприймається доволі цікаво) та у Жванці. ... П’ятигранні наріжні пунтоне і башти наявні в замках у Меджибожі, Скалаті, Рихті, Сутківцях, Золотому Потоці, Підзамочку і навіть в укріпленнях монастиря кармелітів у Теребовлі. П’ятикутний план має збудована 1544 р. Й. Претфусом Нова східна башта Старої фортеці у Кам’янці-Подільському. Були пунтоне й у зруйнованому нині замку в Пиляві та ще, ймовірно, у низці твердинь, що не збереглися дотепер. ...

... І твердині Поділля та Галичини мають форму п’ятигранників, звернених вершиною у напільний бік із, знову ж таки, п’ятигранними артилерійськими баштами на рогах. ... Замок Острозьких у Старому Селі також мав дві п’ятигранні артилерійські башти, одна з них збереглася донині. ...

... Цікаво розвивалася будівельна історія п’ятикутної твердині в Бережанах. П’ятикутний мурований замок був в основному збудований протягом 1534-1554 рр. У першій половині XVII ст. твердиню підсилили трьома бастеями — двома наріжними та однією при стіні, що являє собою основу п’ятикутника-плану замку. Одна з двох наріжних бастей п’ятигранна, в ній розміщувався арсенал. Важко сказати, чи було саме таке розташування одного з найважливіших об’єктів твердині програмованим, чи просто так трапилося за збігом обставин. Можна лише з обережністю припустити вірогідність свідомого влаштування арсеналу у п’ятигранній будівлі: власники замку мали на вибір аж дві напівкруглі у плані бастеї, але спинилися саме на гранчастій. Тобто зброя та боєприпаси у Бережанах зберігалися під захистом свого окремого пентакля. ...

На Волині з якихось причин (нині їх важко встановити) захистом пентакля цікавилися не так часто. Ймовірно, тут рідше вдавалися до радикальних перебудов у твердинях довогнепальної доби, та й оборонне будівництво було менш активним, ніж на Поділлі. Тож і приводів застосувати свіжі ідеї чи наситити новим змістом старі було небагато. П’ятикутні у плані регулярні твердині на Волині не трапляються, а от п’ятигранні пунтоне та артилерійські башти тут споруджували залюбки. У Токах збереглася артилерійська башта замку, зведеного на замовлення князя Януша Збаразького наприкінці XVI ст. Класичні пунтоне, які часом датують XV ст. [7], мав замок у Новомалині. Однак з огляду на те, що в Західній та Центральній Європі цей вид оборонних споруд набув популярності у XVI ст., уявляється, що й у Новомалині вони постали не раніше.

Найцікавішим з волинських зразків використання у розплануванні п’ятикутника є замок Чорторийських у Клевані. Заснований у 1475 р. (за іншими даними — у 1463 р.) [8] нерегулярний замок (точніше, його руїна) на вигляд вельми архаїчний. Твердиня мала п’ять пунтоне, які разом із виразним наріжником утворювали подобу не надто рівного п’ятикутника. Важко сказати, чи була така форма плану свідомою спробою створити «захисний» обрис. Видається, що це швидше випадковість, зумовлена конфігурацією ділянки забудови. Привертають увагу пунтоне — усі різного розміру та різних пропорцій. Можна з обережністю припустити, що у Клевані ми маємо одну з перших на теренах України спроб будівництва цього типу оборонних споруд. З іншого боку, Оксана Байцар-Артеменко висловила припущення, що до цієї роботи міг бути причетний Ян Лис, будівничий львівського арсеналу (1555— 1556 рр.). Якщо це так, то пунтоне могли бути зведені тоді ж, коли їх споруджували і в інших місцях, а різнокаліберність пояснюється, мабуть, пристосуванням розпланування до рельєфу місцевості. ...

... П’ятикутні артилерійські башти були у замку в Чигирині.

----------

Джерела:

7. Памятники градостроительства и архитектуры УССР... - Т. 3. - С. 326.
8. Вечерський В. Фортеці і замки України. — К.: НДІ пам’яткоохоронних досліджень, 2011. — С. 416.

Ольга Оконченко в ходе работы над своей кандидатской Архітектура фортифікацій замків Західної України середини XVI - кінця ХVIІ століть (2015) также касалась темы объектов, обладавших пунтоне. Процитировать текст диссертации смогу уже после того, как она появится в Сети, а пока ограничусь цитатой фрагментов из парочки статей этого автора.

Дослідження земляних укріплень Жовківського замку (2004):

Цитата

Жовківський замок є типовим прикладом ренесансного вирішення замкового комплексу на теренах Східної Європи XVII ст. На це вказує ряд ознак, основна з яких - наявність регулярного чотирикутного нарису. Саме такий нарис найчастіше застосовувався у Східній Європі при розплануванні замків за новітніми (ренесансними) вимогами [4, с. 69]. Всі споруди Жовківського замку розташовані симетрично відносно центральної поздовжньої осі, яка, проходячи через в’їзну замкову браму, візуально ділить навпіл палацовий корпус. Окрім того, на наріжниках чотирикутника замку влаштовано п’ятикутні високі башти - пунтоне, повернуті вістрям до передполя. Пунтоне - це вид протобастіонів, п’ятикутна форма у плані яких дозволила усунути мертві поля із зон обстрілу (тобто досягнути ефективної оборони чол фланкуючих елементів, що передувало появі бастіонів староіталійської школи фортифікаційної архітектури) [5, с. 107]. На приналежність п’ятикутних наріжних укріплень Жовківського замку до староіталійської школи фортифікаційної архітектури вказує фланкування фасів (боків чола) пунтоне так, що продовження ліній фасів потрапляє в кути, утворені куртиною і фланком.

Укріплення Жовківського замку є досить пізньою реалізацією системи башт (пунтоне) і стін з огляду на те, шо починаючи з ХV ст. високі мури, башти та вежі, які були легкою мішенню для артилерії, поступилися місцем приземкуватим і потужним бастіонам, які могли протистояти нападу регулярної, добре озброєної армії. Проте на землях Східної Європи пунтоне у вигляді наріжників, шо захищають чотирикутні регулярні закладення, з’явилися у другій половині XVI ст., а на початку XVII ст. неочікувано досяглії свого розквіту [5, с. 109]. Власне система башт і стін призначалася (і була функційно спроможна) для захисту від татар. Татари не мали артилерії, основою татарського війська була маневрова кіннота, яка діяла швидкими наїздами та наскоками [6, с. 70]. Проти такої тактики ведення бою ефективно працювало поєднання високих оборонних стін з баштами, які згідно з новітніми вимогами були трансформовані у пунтоне. Перед цим комплексом, як правило, йшла заводнена фоса або була природна перешкода - така, як болото, озеро тощо.

-------------
4. Guerąuin B. Zamki w Polsce. - Warszawa: Arkady, 1984. - 348 s.
5. Bogdanowski J. Architektura obronna w krajobrazie Polski: Od Biskupina do Westerplatte. - Warszawa - Kraków: Wydawnictwo Naukowe PWN, 1996. - 611 s.
6. Шевальє П’єр. Історія війни козаків проти Польщі - Київ: Томіріс, 1993 - 222 с.

Планувальна структура ранніх бастіонних фортифікацій замків Західної України (2011)

Цитата

Класичній староіталійській школі бастіонної архітектури передували бастіони різних форм, найвідоміші з яких "пунтоне" - ніби п'ятикутна башта звернена вістрям до передполя із кількома ярусами оборони, пристосованої до вогнепальної зброї малих і середніх калібрів, і "белюард" - п'ятикутна тераса подібна до низької бастеї [31].

-------------
31. Bogdanowski J. Architektura obronna w krajobrazie Polski: Od Biskupina do Westerplatte. - Warszawa - Kraków: Wydawnictwo Naukowe PWN, 1996. - S. 107.

Завершим перечень авторов упоминанием работ Зеновия Федункива, который также в силу интереса к укреплениям 16-17 вв. не мог обойти стороной тему пунтоне.

Еволюція оборонних укріплень бастіонних регулярних замків Західної України (2016):

Цитата

На найнижчій сходинці еволюційної драбини західноукраїнських регулярних бастіонних замків ми помістили Залозецький, Золотопотоцький і Сутківецький замки. Типологічно вони більше нагадували протобастіонні оборонні споруди. їх головні укріплення - ранні італійські п’ятикутні пустотілі башти-пунтоне з стінами с талусом. За просторовою структурою більше нагадували бастеї. Асиметричні у плані башти з бійницями чотирьох боїв замку у Залізцях, з усіх споруд належних до названого типу, найбільше нагадують типові вежо-стінові укріплення [7, с. 122]. З бастіонними оборонними спорудами ці замки об’єднують тільки в'їзні вежі й численні каземати. У Золотопотіцькому і Сутківсцькому замках вже немає асиметрії фасів і фланків бастіонів, як у Залозецькому. Ці замки були укріплені чотирма наріжними триярусними п’ятикутними баштами, які сильно виступали за межі прясел і триярусною, квадратною в плані надбрамною вежею. В плані башти хоча й нагадували бастіони, залишилися відносно малими й не заповнювалися землею.

-------------
7. Czołowski A. Dawne zamki i twierdze na Rusi halickiej / A. konserwatorska. - Lwów, 1892. - S. 65-132

Кандидатская Оборонні споруди Галицької землі Руського воєводства як об’єкти культурної спадщини (1434–1772 рр.) (2017)

Цитата

Пристосування комплексів оборонних споруд міст, замків, монастирів до новітньої артилерійської зброї розпочалося в 2-й пол. XV ст. Укріплення набували більшої регулярності, споруджувалися численні фланкуючі оборонно-вогневі елементи - слідом за баштами поширюються пунтоне і бастеї ...

... Серед баштових замків на досліджуваній території виділяємо три підпити: ... з кількома башатами-пунтоне (Скалатський). ...

... Типовим прикладом збереженого регулярного баштово-стінового замку з кількома баштами-пунтоне є кастель у Золотому Потоці Тернопільської обл. [354, с. 100]. Чотири п’ятикутні башти з трьома ярусами оборони розташовані в кутах периметрального укріплення ...

... Нечисленну типологічну групу замків у Галицькій землі становили прото-бастіонні, утворені мурованими стінами-пряслами та однією чи кількома виступаючими в передполе овальними, круглими або чотрикутними баштами-бастеями чи пунтоне [91, с. 165] [215, с. 90]. Бастеї і пунтоне розташовувалися в місцях стику або посередині прясел мурів. ...

... За архітектурно-фортифікаційним критерієм на території Галицької землі споруджено такі основні типи оборонних споруд: вежі, башти, бастеї, бастіони. Рідше трапляються їх конструктивні різновиди: викуші, пунтоне, белюарди ...

... Різну планувальну структуру збережених башт спостерігаємо у Чортківському [замку] (чотиригранна, п’ятигранна-пунтоне) ...

... У 1610-1630-х рр. у Галицькій землі стають популярними пунтоне - наріжні башти з наближеним до бастіону нарисом. Пунтоне (прообраз пізніших бастіонів) - це оборонна споруда у формі кількаярусної, п'ятигранної башти з товстими стінами, орієнтованої висхідним кутом у напільний бік. Вона виступала за лінію мурів і фланкувала підступи. Її особливістю було те, що верхній ярус залишався відкритим. Після втрати мілітарної функції верхній ярус пунтоне перекривали дахами різного типу, тому їх наявність чи відсутність на іконографічних джерелах пізнішого часу не є ознакою, шо дозволяє ідентифікувати ці споруди. Т. Новак, посилаючись на Я. Богдановського, датує появу пунтоне зламом ХVІ-ХVІІ ст. Дослідник вважав, шо пунтоне мали замки Маковецьких у Завалові, Людзіцьких у Гримайлові, Віхровських у Скалаті [570. с. 596-597]. До баштової системи оборони з баштами-пунтоне належать також укріплення замків у Золотому Потоці і Чорткові. Первісно високі стіни замку в Золотому Потоці (1-а пол. XVII ст.) були посилені чотирма наріжними бастіоноподібними в плані баштами з фасами завдовжки бл. 15 м і двома-трьома ярусами оборони [91. с. 164]. За сучасними археологічними дослідженнями, початково Чортківський замок (1610 р.) укріплювали дві п'ятигранні в плані башти з наріжними тупими кутами, спрямованими в напільний бік. В 1640-х рр. східна башта була зруйнована одним із нападів і перебудована у трикутну вежу. До нашого часу збереглася тільки південна двоярусна башта з талусом, чотирма бійницями на фасах і чотирма на фланках. Товщина мурів становить 2 м. Третій ярус до неї добудовано після втрати основної функції [70, с. 152-156]. ...

... Слідом за баштами на території Галицької землі у 1-й пол. XVII ст. поширюються протобастіонні споруди пунтоне - кількаярусні, п’ятикутні в плані башти, орієнтовані висхідним кутом у напільний бік.

-------------
70. Добрянський В. До питання побудови та реконструкції оборонних споруд південно-східного прясла Чортківського замку / В. Добрянський // Археологія і фортифікація середнього Подністров'я. III Всеукраїнська наук.-практ. конф. Кам'янець-Подільського державного історичного музею-заповідника. - Кам’янець-Подільський : «Медобори-2006», 2013. - С. 152-156.
91. Історія української архітектури / Ю. Асеев, В. Вечерський. О. Годова-нюк та ін. / За ред. В. Тимофіенка. - Київ : «Техніка», 2004. - 472 с.: іл.
215. Нельговский Ю. А. Некоторьіе особенности замков Подольских земель Украинн XVI - нач. XVII вв. / Ю. А. Нельговський // Архитектурное наследство. -Вьіп. 27. - Москва. 1979. - С. 89-96.
354. ЦДІА у Львові, ф. 5, оп. 1, спр. 130, арк. 646.
570. Nowak T. M. O wpływie walk z Turcją i Tatarami na rozwój polskiej techniki wojskowej XVI-XVII w. / T. M. Nowak II Kwartalnik Historii Nauki i Techniki. - 1983. - №28/3-4. - S. 589-614.

Как видим, в каких-то моментах упомянутые выше авторы сходятся во мнениях (к примеру, что пунтоне - это пятиугольные многоярусные постройки, предшественники бастионов), а в каких-то мнения исследователей довольно сильно разнятся (в основном, это касается датировок отдельных пунтоне). И вроде бы всяких разных сведений в процитированных фрагментах приведено не мало, но мне всё же недостаёт глубины - так, ни один из перечисленных авторов не привёл ни одного западноевропейского аналога нашим пунтоне, не привёл сведения об эволюции этого типа построек в той же Италии (не говоря уж о других странах), не особо пытались авторы разделить существующие у нас пунтоне на какие-то подвиды и т.д. Также заметно, насколько сильно в этом вопросе сказывается польское влияние, степень которого ощущается по обилию ссылок на работы польских исследователей (особенно на Я. Богдановского). Также по приведённым выше публикациям можно нащупать тренд на смещение датировок некоторых пунтоне в сторону их омоложения - так, если в 1970-х - 1980-х было вполне привычно датировать пунтоне 2-ой половиной 15 или рубежом 15-16 вв., то в более свежих работах О. Оконченко и З. Федункива нижняя планка датировки не опускается ниже середины 16 в., а верхняя и вовсе уходит аж к первой трети 17 века, т.е. даже в нашем локальном исследовательском пруду наметился конфликт взглядов, и чтобы его разрешить, помимо всего прочего, нужно привлекать к вопросу как можно больше данных, чем ниже и займёмся здесь и в других темах.

Несколько лет назад, заинтересовавшись поиском ответов на эти вопросы, я приступил к фильтрации замков и крепостей Италии в поисках аналогов, но оказалось, что этих аналогов не так уж и много и даже скорее откровенно мало, а те, которые имелись, часто базировались на схемах, которые предлагались ещё в греческих и византийских фортификационных трактатах. В дальнейшем, по ходу разбирательства с пятиугольными башнями Италии, стало понятно, что фортификационный ренессанс 2-й половины 15 - 1-й половины 16 в. был не первым в истории, когда инженеры в поисках идей стали активно возвращаться с наработкам архитекторов античности и раннего средневековья. Был ещё один период в конце 12 - 1-й половины 13 в., когда на территории Италии резко вырос интерес к пяти- и шестиугольным башням, заломам и другим деталям, знакомым по укреплениям Западной Украины, и в те времена также всё в основном объяснялось возросшим интересом именно к византийской фортификации. В общем, идёт ли речь о ренессансе 12-13 вв. или о том, который пришёлся на 15-16 вв., есть чёткие признаки наличия в обоих случаях пласта византийского фундамента. Но самое интересное, что именно византийские схемы могут объяснить планировку ряда укреплений Украины, и потому к ним стоит детальней присмотреться.

В ранее попадавшихся мне на глазах статьях, монографиях или каких-либо других публикациях украинских или польских исследователей не попадались размышления на эту тему, и потому её тем более стоит поднять. У нас в лучшем случае могут сказать, что вот это укрепление имеет итальянские корни или что нечто подобное можно увидеть на рисунках Франческо ди Джорджо Мартини или Леонардо да Винчи, но на этом всё. А вот если озадачиться вопросом, на что опирались эти гении (ведь у их решений также была основа), а также ознакомиться с рядом знаковых итальянских укреплений 12-13 вв., то станет понятно, что объекты ренессансной Италии рубежа 15-16 вв. - это не начало нужной нам фортификационной истории, а скорее то, что было в её конце, тогда как начало лежит совсем в другой эпохе и даже частично в других географических регионах.

Вопрос также стоит поднять, поскольку попытки объяснять планировку ряда укреплений через призму классической идеальной ренессансной симметрии могут приводить к неверным выводам, к примеру, когда могут искать башни там, где их никогда не было, или когда две одновременно построенные башни, сильно отличающиеся по планировке, могут трактовать как разновременные. 

Сразу уточню, что изложенный здесь материал несколько сыроват и сумбурен, поскольку с историей византийской фортификации и её влиянием на фортификацию средневековья и раннего нового времени я только-только начал знакомится и ещё сам для себя полностью не сформировал какой-то устоявшейся концепции/образа, однако уже сейчас накопилось несколько интересных и перспективных векторов для размышлений и ряд гипотез, которые нужно либо подтверждать, либо опровергать, так что уже есть с чего начинать. Для научной статьи такая общая заготовка - не комильфо, а вот для форума - как раз идеальный вариант, поскольку здесь можно ознакомиться с мнениями других (если таковые появятся), а также корректировать/дополнять материал по мере поступления новых данных.
 

Использование пятиугольных и шестиугольных башен:

Пятиугольные башни, изобретённые древними греками не позднее 3 в. до н.э., были забыты в эпоху Римской республики/империи. Интерес к ним начал пробуждаться только с конца 4 в. н.э. и нарастал на протяжении 5-6 вв., что связано с постепенным ростом внимания восточной половины Римской империи (будущей Византии) к греческой фортификации. В дальнейшем, уже после падения Западной Римской империи, византийцы использовали пятиугольные башни сотни лет, усилив ими многие десятки ключевых укреплений империи. Из этого источника по нескольким разным каналам (от династических браков до копирования технологий союзниками или противниками) пятиугольники в 11-13 вв. просачивались в Западную Европу, чему особенно способствовали Крестовые походы. Но даже в копиях часто прослеживалась связь с византийскими оригинальными схемами. 

Пятиугольная башня укреплений акрополя города Гортина (Крит, Греция), 7 - начало 8 вв.:

Источник: Google Earth.

Похожая история и с многоугольными башнями, планировки которых также корнями уходят в греко-византийские разработки. Среди укреплений Римской республики/империи многогранные башни достаточно редки (чаще всего ими укрепляли ворота), да и то среди них проще встретить те, у которых 12 или даже 16 граней, а вот чем меньше граней, тем меньше вероятность встретить такое укрепление. А вот среди византийских укреплений башни с 8 гранями имеются в куда большем количестве. Подозреваю, что и башни с 6 гранями они использовали, однако в этом вопросе пока глубоко не копался и на данный момент могу лишь сообщить, что башни такой планировки уже использовались в 13 в. соседями Византии, а исходя из истории пятиугольных башен могу допустить, что и шестиугольные образцы могли создаваться на основе более ранних византийских аналогов, однако этот вопрос нуждается в дополнительном уточнении. 

Использование треугольных башен и заломов:

Известно, что древнегреческий инженер Филон Византийский (о его работе немного написал здесь) в 3 в. до н.э. рекомендовал делать из стен углы, формируя клинья, которые бы увеличивали сопротивляемость укреплений перед вражескими атаками. Эти рекомендации также были приняты и доработаны византийцами, которые сотни лет использовали большие треугольные выступы стен, а также малые заломы, которые играли роль бюджетных башен. Использовались всевозможные размеры, разнообразные углы.

Ещё в середине 5 в. массивными заломами были усилены византийские укрепления Салоников (Греция):

В дальнейшем заломы неоднократно использовались в десятках укреплений, как в качестве ключевых оборонных узлов в основных оборонных линиях, так и в виде небольших вспомогательных выступов в протехизмах (внешних линиях стен, расположенных перед основными, более высокими). Ниже приведён план крепости Стенос (Болгария) - это интересный пример небольшого и довольно раннего византийского укрепления, усиленного треугольной в плане башней.

Одновременное использование башен разных планировок:

В ренессансных укреплениях, построенных в рамках одного проекта, архитекторы зачастую старались сделать всё симметричным и потому было крайне важно для сохранения гармонии снабжать замок или крепость одинаковыми по форме плана башнями. А вот у византийских фортификаторов большой популярностью пользовалась совсем другая концепция - одновременное использование башен самых разных форм: круглых, треугольных, четырёхугольных, пятиугольных, шестиугольных, восьмиугольных. Башни совершенно разных планировок могли одновременно быть построены для одного укрепления и использоваться в разных комбинациях. 

Византийский город Сергиополь (Сирия), при Анастасии I в 500-518 гг. был одновременно укреплён башнями самых разных планировок, включая многоугольные и редкие пятиугольные (подробней в фейсбуке):

Забегая вперёд отмечу, что, как по мне, особенно ярко след влияния классической византийской планировки на ренессансные укрепления Западной Украины прослеживается при сравнении византийской крепости Саранта Колонес в г. Пафос (Кипр), построенной в 7 в., с замком в Пневе (Ивано-Франковская обл.). Тут видим не только схожесть общей планировки, стремящейся к пятиугольной, но также сходство в деталях: использование башен с разнообразными формами плана, наличии редких треугольной и пятиугольной башен (причём в обоих случаях в пятиугольных башнях были обустроены ворота/проходы).

Крепость в Пафосе слева, Пневский замок справа:
 
Источники: 1, 2. Polak T. Zamki na Kresach. 1997. S. 192.

К слову, интересно, что польский исследователь фортификации Януш Богдановский в своей основательной книге "Architektura Obronna w Krajobrazie Polski" (1996), коснувшись темы пятиугольных башен и ранних бастионов, вспомнил и про Пневский замок (с. 107), предположив, что его пятиугольная башня - это пример  *барабанная дробь* турецкого влияния. Логику связи турков с башней в Пневе я могу понять только если предположить, что автор хотел подчеркнуть знакомство турок с пятиугольными укреплениями, а те, разумеется, позаимствовали эту форму у турок, однако это лишь моя попытка хоть как-то понять, что мог подразумевать автор, намекая на то, что укрепления, строившиеся в том числе и против турок, могли строиться под турецким влиянием. 

"Центральная" симметрия:

Нам привычен образ ренессансной симметрии в планировке укреплений, когда, к примеру, есть правильный квадрат или прямоугольник, углы которого усилены более-менее одинаковыми по форме артиллерийскими башнями или бастионами, а центральная часть, с которой связаны ворота, не особо выпирает и уж точно не является главным пунктом активной обороны:

Замок в Жолкве (Львовская обл.) слева и замок в Збараже (Тернопольская обл.) справа:
  
Источники: 1, 2

Но в 16 в. были и другие сценарии, задававшие тон совсем другим планировкам. Об одной из них, получившей распространение ещё в 1-й половине 6 в., во времена Юстиниана I, речь и пойдёт дальше. Как сообщает Прокопий Кесарийский [здесь, с. 63-64] тогда на границе с варварскими землями стали возводить укрепления, усиленные всего лишь одной башней, а гарнизоны таких укреплений отличались малочисленностью. Появление таких укреплений было вызвано тем, что противники византийцев не имели большого опыта в захвате крепостей, и потому даже относительно скромный (по византийским меркам) форпост, находившийся под защитой нескольких десятков солдат и одной эффектной башни мог исправно выполнять свои функции. И, конечно же, строительство таких укреплений было экономически выгодно. Именно идея таких небольших крепостей привела к появлению планировки, в рамках которой одна башня располагалась по центру стены и не редко эту башню делали пятиугольной, поскольку эта форма была наиболее эффективна в пассивной обороне, обеспечивая высокий уровень живучести укрепления в целом.

Крепость Красен, построенная в 1-й половине 6 в., одно из таких однобашенных укреплений:

Источник

Даже если башен было две, то их также могли не разносить по углам, а располагать по центру укрепления, как это было в случае с византийской крепостью Стенос (Болгария), построенной в конце 5 в. (о ней немного подробней):

 
Источник

Схема с центральным расположением пятиугольной башни в напольной линии приобрела популярность в средневековой Италии и Германии 10-14 вв. (в основном в случае с замками и укреплениями небольших поселений типа "борго"), и, судя по всему, мода на подобные укрепления зародилась как раз благодаря византийскому влиянию. 

На этом этапе наиболее интересна строительная деятельность Фридриха II (1194-1250), одного из самых известных императоров Священной Римской империи. Следуя по стопам своего деда, Фридриха I Барбароссы, проявлявшего большой интерес к фортификации Восточной Римской империи, Фридрих II построил с нуля десятки новых укреплений и модернизировал более сотни старых замков и крепостей, активно используя при этом византийские планировочные решения. Иногда он просто копировал классические византийские планировки, иногда на основе этих идей создавал нечто новое, не имевшее прямых аналогов, как было в случае со знаменитым "юнесковским" Кастель-дель-Монте. Впрочем, даже в таких уникумах как Кастель-дель-Монте можно без труда увидеть комбинацию множества восьмиугольников, столь любимых византийцами. Однако в контексте размышлений о генезисе планировок укреплений Украины интерес привлекают менее раскрученные замки Фридриха II.

Замок Джулиана (Италия, Сицилия) 1-й половины 13 в. представляет собой оригинальную постройку в виде изогнутой дугой куртины, защищённой одной пятиугольной башней, расположенной по центру:
 
Источники: 1, 2 - Google Earth

У ядра замка в Монтальбано-Эликоне (Италия) также видим планировочное решение в рамках которого четырёхугольник стен усилен двумя башнями, расположенными друг напротив друга (пятиугольной и четырёхугольной), т.е. опять же наблюдается смещение главных оборонительных узлов от боков к центру. В свою очередь двухбашенное ядро занимает центральное расположение относительно четырёхугольника стен, расположенного в тыльной части укрепления, т.е. здесь "центральная" симметрия применена дважды:

Источник

Ту же византийскую схему укрепления с одной пятиугольной башней по центру в 1-й половине - середине 13 в. использовали вначале пизанцы, а затем генуэзцы в замке Леричи (Италия):

Источник

Из более поздних примеров интересен замок в Каподакве (Италия), построенный ок. 1387 г.:

Источник

Замок в Ноццано (Италия), не позднее конца 14 в. с двух сторон укреплён башнями, занимающими центральное положение на линии связанных с ними стен:

Источник

Другие примеры подобных укреплений приведены в теме о пятиугольных башнях Италии.

Интересные примеры замков, довольно рано усиленных мощными пятиугольными башнями, расположенными по центру напольных линий укреплений, можно найти и в других странах. К примеру, замок в Аларкосе (Испания) в начале 1190-х гг. был усилен двумя массивными пятиугольными башнями, расположенными в центральных частях коротких линий стен:

Источник

Перемещение основного узла обороны к центру куртины породило ещё одну интересную особенность - отсутствие угловых башен или же существенная минимизация их размеров по сравнению с главной башней.  

От средневековья теперь переходим к более известному у нас Ренессансу. Схема обороны, подразумевавшая размещение главной оборонительной конструкции по центру, а не по бокам, применялась также во 2-й половине 15 в. К примеру, Франческого ди Джорджо Мартини, известный как изобретатель бастионов, в своих теоретических и практических проектах опирался также и на византийские наработки, и потому уделил много внимания пятиугольным/клиновидным башням, заломам куртин, а также центральному размещению главных башен. 

У замка в Кальи (Италия), построенного в 1470-х - 1480-х гг., по центру одной напольной линии видим главную треугольную в плане башню, с другой - видим клин, образованный стенами, причём кончик этого клина фланкирован небольшими полубашенками, а, как мы знаем, похожая связка (залом стен, фланкированный ронделями) использовался в случае с рядом укреплений Подолья. 

Источник

Клиновидная/миндалевидная главная башня замка Гавон (Италия), построенная ок. 1490 г., по центру напольной линии укреплений (кстати, облицовка в виде пирамидальных камней - это также отсылка к греко-византийским приёмам):

Источник

Список интересных деталей укреплений Мартини можно продолжать очень долго, поскольку мастер был довольно плодовит и был склонен к радикальным экспериментам в фортификации, но, думаю, его наследие стоит более детально рассмотреть в отдельной теме. 

Также интересно, что наиболее ранние экспортные образцы ренессансной архитектуры, построенные за пределами Италии, в своём облике содержат отсылки к византийским планировочным решениям. Ярким примером тому служит замок Грайн (Австрия), который считается самым старым из австрийских укреплений, построенных на основе симметричной ренессансной планировки, только речь не о привычной нам симметрии, а о византийско-имперской. Замок возвели в 1491-1495 гг. представители рода Прюшенков, приближённых к императору Фридриху III, и именно этим объясняется использование в планировке центральной симметрии, пятиугольной надвратной башни, боковых полигональных башен, углов, похожих на заломы, и т.д. - всё это вначале было частью византийского архитектурного стиля, а с конца 12 - 1-й половины 13 вв. также стало частью архитектурного стиля правителей Священной Римской империи, о чём в двух словах рассказал выше, когда упоминал деятельность Фридриха II. 

 
Источники: 1, 2

У меня создалось впечатление, что византийский подход к планировкам укреплений оказывал влияние даже на отдельных военных инженеров, которые уже в 1-й половине 16 в. начали работать с бастионами. Этим бы можно было объяснить необычные планировки ряда ранних укреплений. 

Приведу лишь несколько примеров.

В случае с замком Сан-Кастро в г. Сора (Италия), построенном в 1520 г., видим укрепление переходного периода. Его характеризует одновременное использование башен разных планировок (четырёхугольных, круглой, полигональной), а также расположенный по центру пятиугольный башенный выступ, в котором обустроили ворота. Очень необычная постройка с точки зрения классической ренессансной симметрии, но вполне обычная с точки зрения византийско-имперской симметрии:

Источник

В 1535-1536 гг. военный инженер Джан Джакомо дель Акайя построил в г. Акайя (Италия) оригинальный замок-цитадель. Он представляет собой два клина, фланкированных круглыми ронделями, причём один из этих клиньев усилен одиночным бастионом. Комбинация двух кругов, пятиугольника, заломов куртин и "центральной" симметрии вполне могли быть следствием влияния "византийской школы".

Источник

Или взять, к примеру, Микеле Санмикели, главного военного инженера Венецианской республики, который также не сразу пришёл к привычной нам симметрии в планировке бастионных укреплений. В построенных им городских укреплений Вероны видим непривычное для классической ренессансной фортификации чередование круглых (ронделей) и пятиугольных (бастионов) укреплений:

Источник

Или вот в случае с укреплением Задара (Хорватия), построенных уже полностью в рамках бастионной концепции, выбор был сделан не в пользу классического симметричного бастионного фронта, а в пользу скорее византийской схемы - по центру напольной линии был размещён мощный бастион-одиночка. Позднее, в ходе модернизации укреплений города, эта ранняя особенность планировки была в значительной степени снивелирована, когда существенно увеличили размеры соседних бастионов, изначально куда более мелких:

Источник

Примеры с бастионными укреплениями могут показаться притянутыми за уши, ведь где бастионная фортификация, а где какая-то Византия со своими устаревшими башенно-стеновыми укреплениями. Однако тут стоит учитывать, что не только в конце 15 в., но и в 1-й половине 16 в., когда начали использовать бастионы, классические и хорошо известные нам планировки укреплений только начинали завоёвывать популярность, но сразу не было очевидно, какие из планировок выдержат проверку временем и даже не было понятно, что именно пятиугольный бастион, а не круглый рондель является лучшим вариантом (что видно и на примере показанных выше укреплений Вероны), так что на этом этапе поиска идеального фортификационного рецепта вполне могли искать (и определённо иногда искали) вдохновения в классических планировках, в том числе и византийских, особенно с учётом того, как в это же время вырос интерес к греческо-византийскому пласту знаний.

Возвращаясь в Западной Украине:

После описания того, как выглядели заинтересовавшие меня классические планировочные решения Византии, взятые на вооружение императорами Священной Римской империи, а затем и теоретиками фортификации рубежа 15-16 вв., можно посмотреть, где следы этих схем могли проявиться в Западной Украине.

Сразу стоит сделать уточнение, что по ряду представленных ниже объектов всё ещё ведутся споры о том, когда именно были построены их укрепления. Вопрос датировок каждого из этих замков хочется разобрать в отдельных темах, так что здесь на нём не буду заострять внимание, лишь отмечу, что восприятие объектов через призму идеи о переработанных византийских планировках оказывает существенное влияние на датировки объектов, к примеру, не позволяя датировать появление пятиугольных башен в Клевани или в Меджибоже 2-й половиной или концом 15 в., как принято у отдельных исследователей, но этом ещё отдельно напишу чуть подробней.

Замок в Бережанах (Тернопольская обл.). В основе плана пятиугольник, три башни с разными планировками (пятиугольник, полукруг и многугольник), полукруглая башня по центру куртины, при этом пятиугольная и многоугольная башни как бы венчают заломленные линии других куртин, наличие чистого/треугольного залома куртины:

Источник: Polak T. Zamki na Kresach. 1997. S.166.

Замок в Меджибоже (Хмельницкая обл.). Напольная линия усилена одной мощной пятиугольной башней, одновременное использование башен разных планировок (включая редкий пятиугольник), наличие угла без башни (?):

Источник: Polak T. Zamki na Kresach. 1997. S. 184.

Замок в Язловце (Тернопольская обл.). Напольная линия усилена одной мощной клиновидной башней, наличие залома:

Источник: Guerquin B. Zamek w Jazłowcu. 1948. S. 23.

Замок в Клевани (Ровенская обл.). Центральное расположение пятиугольника в напольной линии, угол без башни:


Автор плана: Оксана Байцар.

Замок в Теребовле (Тернопольская обл.). Башни разных планировок (полигональные, округлые), залом куртины:


Источник: Polak T. Zamki na Kresach. 1997. S. 205.

Замок в Раковце (Ивано-Франковская обл). Стена, выходящая на склон, усилена одной полигональной в плане башней, в планировке также есть башня треугольной/клиновидной планировки:

Источник: Polak T. Zamki na Kresach. 1997. S. 196.

Замок в Долине (Тернопольская обл.). Центральное расположение одиночного ронделя в напольной линии:


Источник: Памятники градостроительства и архитектуры Украинской ССР, Том 4. С. 85.

К этой же истории, возможно, относится замок в Скале-Подольской (Тернопольская обл.), напольная линия укреплений которого усилена одной башней, расположенной по центру стены.

Замок в Кудринцах (Тернопольская обл.). Одновременное использование башен разных планировок (четырёхугольной, пятиугольной, шестиугольной, правда, последняя на плане ошибочно показана восьмиугольной):

Источник: Czołowski A. Dawne zamki i twerdze na Rusi Halickiej. 1892. S. 88.

Замок в Поморянах (Львовская обл.). Пятиугольная планировка комплекса, использование башен разных планировок (круглых, четырёхугольной, пятиугольных и восьмиугольной).

Источник

Список можно продолжить. 

Разумеется, в каких-то объектах влияние выглядит более ощутимо (Пнев, Бережаны, Меджибож, Клевань), в других оно менее выражено (Раковец, Долина). Тут тоже может быть логическое объяснение - по мере продвижения к рубежу 16-17 вв. византийская планировка всё больше ассимилировалась классической симметрией, в результате чего могли появиться такие объекты, как замок в Кривче (Тернопольская обл.), который уже был довольно симметричен и башни у него были одинаковыми, но при этом для них была выбрана почему-то именно шестигранная форма. Или взять замок в Сидорове (Тернопольская обл.), который был защищён более-менее одинаковыми округлыми в плане ронделями, но при этом использовал архаический приём с заломом куртин. 

Поскольку речь идёт о растянувшемся на целый век периоде (где-то с 1530-х и до 1640-х гг.), и поскольку все эти объекты проектировали разные архитекторы, на которых оказывали влияние разные факторы, то в случае с одними объектами (более ранними) влияние может выражаться в одновременном присутствии сразу нескольких признаков византийско-имперской планировки, а в других (более поздних) можем находить лишь отдельные детали. Для меня здесь важно не чётко указать на то, что архитектор, строивший тот или иной замок пребывал под влиянием малоизвестных у нас планировочных схем родом из Византии, а скорее в целом поднять вопрос о том, что такие схемы были и что часть укреплений Украины именно при взгляде на них через призму упомянутых схем приобретают более логичный и осмысленный вид.

Чтобы подытожить, выскажу такое черновое предположение. Когда речь заходит о фортификации с использовании заломов, полигональных башен (в особенности редких пятиугольных) и одновременного применения башен разных планировок, то несомненным кажется влияние в популяризации всего этого Византией. С 12-13 вв. большой вклад в раскрутку этих византийских планировочных решений сделали императоры Священной Римской империи, и с того времени подобные планировки как бы удваивают своё символическое значение, поскольку связь с Византией усиливается связью с немецкими императорами. Когда на рубеже 15-16 вв. начинается поиск идей для новой фортификации, то военные инженеры в очередной раз обращаются к греко-византийским наработкам, а также к их вариациям, построенными императорами Священной Римской империи. С конца 1520-х - 1530-х гг. в Западную Украину начинают пребывать первые носители идей ранней бастионной фортификации, но на тот момент классические схемы симметрии ещё только-только формировались у себя на родине, в Италии, в Украину же поступили ранние вариации артиллерийской фортификации (уже с первыми элементами бастионных укреплений в виде одиночных пятиугольных артиллерийских башен) в византийской обёртке, т.е. те приёмы, которые у нас принято воспринимать как чисто-ренессансные изобретения, на самом деле были переосмыслением и адаптацией куда более старых схем. Постепенно, по мере роста популярности классической планировки бастионных укреплений, к византийским планировкам прибегали всё реже и реже. Правда, и тут есть свои нюансы. Так, к примеру, создаётся впечатление, что первый всплеск внимания к византийским планировкам пришёлся на 1-ую половину - середину 16 в., затем пошёл некоторый спад, но уже в 1-й половине 17 в. к отдельным элементам планировок снова возвращались, что видно по замкам в Бучаче, Теребовле, Сидорове и некоторых других. 

Также интересно, что с момента падения Константинополя в 1453 г. перестал существовать исконный владелец "авторских прав" на византийскую фортификацию, однако наследники не замедлили появиться - с одной стороны это не раз упоминавшиеся выше императоры Священной Римской империи, с другой стороны - турки, которые довольно долго и активно использовали планировочные решения, позаимствованные у поверженного врага. Причём такие детали, как любовь к многоугольникам и треугольным выступам в турецких укреплениях прослеживается вплоть до 18 в. (взять, к примеру, полигональные бастионы Хотинской крепости или планировку укреплений Арабатской крепости). Кстати, ещё до того, как через Италию, Австрию, Венгрию и Польшу переработанные и несколько переосмысленные византийские планировки попали в Западную Украину, на пол века ранее они уже были импортированы турками в Южную Украину, где были использованы в укреплении Аккермана (Одесская обл.), о чём подробней речь идёт в данной теме. 

Отдельно стоит выделить мысль, что если в Западной Украине действительно использовались византийские планировки, то тут есть ещё и некоторый символический подтекст - Византия пала под натиском турок, но нашлись те, кто заняли её место, став на пути Османской империи, и вот уже далеко за границами Византии и спустя много лет после её окончательного падения на пути турок и их союзников татар встают укрепления, которые своей архитектурой, своим внешним "дизайн-кодом", как бы заявляют о начавшемся реванше, о том, что упавшее христианское знамя всё же было поднято.

Проштудировав дневник, встретил упоминание "итальянского способа" (реже - "итальянской структуры") в 10 местах:

1. Стр. 75. В городке Едлинськ (Польша) Вердум увидел "большой и очень красивый костёл, построенный итальянским способом", у которого с западной стороны была башня "с двойным завершением", а с двух сторон к нему примыкали "низкие округлые башни":



Очевидно, речь идёт о костёле св. апостолов Петра и Андрея, построенном в 1645-1652. Он сохранился, правда, его перестраивали в 18 веке.
  
Источник: 1, 2, 3


2. Стр. 111. В городе Ярослав (Польша) упомянут замок, построенный "тяжёлым итальянским способом" ("тяжёлый" - вероятно, в значении "мощный", "массивные", "основательный"). Замок описан как четырёхугольное укрепление, защищённое рвами, земляными валами и башнями. На момент посещения замок был полностью разрушен в результате казацких войн и шведского "потопа":



Этот замок был построен в 1464-1472 гг. в юго-восточной части города. В 1-ой половине 16 века замком владел Ян Тарновский (основатель Тернополя), в 1569 г. замок перешёл в собственность Яна Костки, которые перестроил старое укрепление, превратив его в ренессансную резиденцию. На рубеже 16-17 вв. перешёл в собственность Острожских, а дальше его историю уже рассказал Вердум - казаки, "потоп", разрушение, после которого замок уже не восстанавливался. К началу 18 века его почти полностью разобрали, а в 1717 г. на участке укрепления была построена церковь.  

3. Стр. 119. Упоминается "тяжко построенный", но при этом так и не завершённый, дворец Вацлава Лещинского, расположенный "по правой стороне" от с. Одоланы. Если правильно понял, упоминается об итальянском происхождении дворца, из-за которого его называли Италией или Итальянским:



Что это за дворец и каковая его судьба мне сходу выяснить не удалось.


4. Стр. 129. Описывая Краков (Польша), Вердум упоминает "тяжёлую" ратушу, "построенную итальянским способом", а также сообщает, что рыночная площадь окружена многочисленными прекрасными дворцами, большинство из которых имели "итальянскую структуру". Также отмечено, что у дворцов плоские крыши.



Первый вариант Краковской ратуши, упомянутой Вердумом, был построен ещё на рубеже 13-14 вв., после чего её неоднократно перестраивали. Старая ратуша, к сожалению, не дожила до наших дней - её снесли в 1820 г., оставив только башню.

Краков, его ратуша и рыночная площадь с дворцами в 1650 г. Каким-то таким их увидел Ульрих фон Вердум:
  
Источники: 1, 2


5. Стр. 132. Кратко описывая город Тарнув (Польша), Вердум упомянул, что здесь есть "тяжко построенный костёл из камня и множество других домов итальянской структуры". Это предложение можно трактовать по-разному. К примеру, можно предположить, что Вердум только относительно каких-то жилых домов упомянул "итальянскую структуру", но также возможен вариант, что костёл также стоит отнести к категории зданий с итальянскими чертами, ведь после его упоминания Вердум пишет, что в городе есть "много других домов итальянской структуры", из чего можно сделать вывод, что костёл также относится к этой категории. Также может быть, что здесь слово "дом" упоминается не в узком значении жилого дома, а в более широком, как синоним слова "здание", и в этом случае получаем, что в Тарнуве в целом было множество не домов, а зданий с "итальянской структурой".



Костёл, ратуша и дома на рыночной площади в Тарнуве (1800 г. и наши дни):
  
Источники: 1, 2, 3


6. Стр. 159. В описании Тернополя (Украина, Тернопольская обл.), которое мы детально разбирали в отдельной теме на форуме, Вердум сообщает, что здешний "Замок... имеет большую и тяжёлую/мощную застройку из камня итальянским способом". 



Как мы знаем, от замка сохранился только сильно перестроенный замковый дворец, все остальные постройки и укрепления были практически полностью уничтожены, а то что уцелело, сейчас находится под землёй. Никакой подходящей иконографии нет, а несколько графических реконструкций облика замка по состоянию на 16-17 вв. являются всего лишь фантазиями на тему того, каким он мог быть, но этим фантазиям практически не на что опереться, ведь даже форма плана замка нуждается в уточнении, не говоря уж о прочих деталях.

Самое старое изображение уже частично разрушенного и частично перестроенного замка от Наполеона Орды, 1870-е гг.: 



7. Стр. 164. В городке Белый Камень (Украина, Львовская обл.), как пишет Вердум, "Замок итальянским способом из белых камней построен с башнями по сторонам, кроме того окружён четырёхугольником вала из земли и расположен на озере". 



От замка в Белом Камне сохранилось ещё меньше, чем от тернопольского, и даже место его расположения пришлось поискать, однако сохранилось несколько фото замка в руинах, есть и несколько гипотетических реконструкций его внешнего вида:

  
Источник: 1, книга "Замки і фортеці Західної України", 3

8. Стр. 165. Описывая город Броды (Украина, Львовская обл.), Вердум сообщает, что здесь есть "несколько частных домов из камня итальянским способом построенных":

Фрагмент диорамы Бродов, на котором видна застройка в районе рыночной площади:

9. Стр. 167. Итальянский след несколько раз встречаем в описании города Дубно (Украина, Ровненская обл.). Описывая новый замок (горнверк) Вердум сообщает, что его "ворота очень хорошо построены с плоской крышей итальянским способом". Тут не совсем понятно, относится "итальянский способ" к воротам в целом или же только к конструкции кровли, но склонен думать, что речь всё же об общем облике ворот, но крыша могла быть частью "итальянского способа". Далее, описывая новый замок, автор дневника сообщает, что "по левой стороне... находится также итальянское здание, как бы галерея, в которой расположены жилые покои". Отдельно отмечено, что владелец Дубно, князь "князь Александр на Острогу", путешествовал, в том числе и по Италии.

Ворота замка в Дубно:

Источник

10. Стр. 177. В Язловце (Украина, Львовская обл.) Вердум упоминает большой замок "итальянским способом с высокими стенами, плоской крышей и множеством [труб] каминов хорошо построенный, но уже наполовину опустошённый":



Детали Язловецкого замка на старых фото:
  
Источники: 1, 2, 3

На этом список обнаруженных мной упоминаний заканчивается. Если что-то ещё найдёте - сообщите, пожалуйста.

Теперь немного выводов:

• Первоначально, когда я был знаком только с описанием Тернопольского замка и замка в Белом камне, была мысль, что "итальянский способ" - это намёк на структуру/планировку замка, т.е. намёк, к примеру, на регулярность формы, но знакомство с более широким перечнем упоминаний "итальянского способа/структуры" подтолкнул к другому (казалось бы, самому явному) выводу о том, что речь идёт об общем образе и внешнем виде зданий с явно выраженными чертами ренессанса. Очевидно, речь идёт не только о форме объёма зданий (к примеру, несколько раз в описании итальянских зданий Вердум упоминал плоские крыш, очевидно, как примечательную деталь), но и о явно заметном декоре фасадов, характерных для Ренессанса. В этом плане особо показательны многочисленные ренессансные детали декора в Язловце, ренессансные ворота в Белом Камне и Дубно. В случае с Дубно также примечательно упоминание жилого здания с галереей, очевидно, также типично ренессансной. 
   
• В большинстве случаев упоминается "способ", в паре случаев используется слово "структура", но из контекста создаётся ощущение, что у Вердума это слова синонимы.
   
• Интересно, что как минимум три упомянутые локации (Ярослав, Тарнув и Тернополь) связаны с Яном Тарновским, а оттуда рукой подать до Острожских, с которыми связаны Дубно и тот же Тернополь, потому создаётся ощущение, что "итальянский способ" был особо популярен у людей, имеющих плотные связи друг с другом и с Италией. В этом направлении нужно дальше копаться.
   
• Конечно, возникает вопрос, неужели по всей Речи Посполитой было всего 10 локаций, где Вердум усмотрел в зданиях черты ренессанса? Думаю, что нет, однако велика вероятность, что именно в этих упомянутых локациях встретились постройки, которые носили явно выраженные, хорошо заметные и запоминающиеся ренессансные детали (массивные постройки с плоскими кровлями, ренессансными порталами, обрамлением окон, галереями, аттиками и т.п.), потому Вердум счёл нужным отдельно отметить общую модерновость этих зданий и комплексов. При этом понятно, что в ряде случаев речь шла об относительно свежих постройках, которые на 100% могли строится в ренессансном духе (как недостроенный дворец близ Одолан), так и о старых зданиях, лишь перестроенных/декорированных в ренессансной стилистике (к примеру, ратуша в Кракове).

Доступних в Україні праць на цю тему раніше було небагато, стаття є розгорнутою, з багатьма теоретичними викладками, тому сприймається як теоретичне підгрунтя для роботи. Однак, необхідно наголосити, що вона будується на застарілих матеріалах польських дослідників (1900-1930-х років), тому не відображає сучасних, набагато розвиненіших, поглядів східноєвропейських науковців на їхню ж власну "матеріальну частину". Окрім того, з давніх праць автором процитовано давні ж помилки, які польськими науковцями в публікаціях виправлено з півсотні (!) років тому - але в Україні вони продовжують циркулювати далі.

Якщо коротко - виглядає на те, що ідею про суцільне домінування "польських аттиків" на східноєвропейському просторі запозичено з праці Вацлава Гусарського (1936) "Attyka polska i jej wpływ na kraje sasiednie", повторює стаття й тональність висновків Гусарського. Однак, низка дослідників наступних поколінь (1950х, 60х, 70х, 80... років), які були учнями один одного, еволюційно змінювали і вдосконалювали тлумачення ренесансної архітектурної творчості. Власні праці дослідників теж вдосконалювалися - і, наприклад, посилаючись на А. Мілобендзького, слід було б посилатися не на видання 1968, а хоча б на наступне 1978 року. А ще краще - на його ж розділ у колективній монографії 1986 року, який був (як зазначено у передмові) доопрацьований у зв'язку з поступом науки. Нагадаю, що йдеться про статтю, яку опубліковано у 2012 році.

Щоб не займатися наново викладками, опублікую тут частину своєї статті (готується до друку), в якій більш реально розглянуто історіографію питання з наголосом на різниці між "польськими аттиками" і "аттиками у Польщі".

Аналіз останніх досліджень та публікацій

Походження східноєвропейських ренесансних аттиків більшою або меншою мірою, як типу в цілому або стосовно окремих пам’яток, подібних до палацу Сенявських, торкалися у своїх роботах польські історики мистецтва С. Шиллер (Szyller, 1909), Ю. Росс (Ross, 1953; 1976), М. Морельовський (Morelowski, 1961), угорські Е. Вар’ю (Varjú, 1932) та Г. Коморочи (Komoróczy, 1936), чеська дослідниця Д. Менцлова (Menclová, 1953).

Грунтовною працею щодо походження та поширення ренесансних аттиків у Східній Європі досі вважається праця В. Гусарського (Husarski, 1936), в якій систематизовано найбільший обсяг матеріалу про поширення аттиків, у тому числі «півколистих», у Польщі та сусідніх країнах. Тому висновки Гусарського найчастіше без жодних застережень цитуються іншими авторами, зокрема, українськими (див., напр., Ричков, 2015). Відтак, усі ренесансні аттики з гребінчастим завершенням, в тому числі й «півколистим», слідом за Шиллером та Гусарським залічуються до типу «польських аттиків». Місцем формування аттика як домінуючої архітектурної форми називається Польща, а регіоном, в якому викристалізувалась особлива форма «півколистого» декору – Сілезія (Kozakiewicz, 1955, s. 11; Złat, 1955), а конкретніше Вроцлав (Złat, 1955; s. 67; Morelowski, 1961, s. 43, 46). Але при тому авторами випускається з поля зору, що висновки Гусарського щодо походження аттиків називалися переконливими, але не остаточними в рецензії на його працю К. Сінко-Попєлової (Sinko-Popielowa, 1937), яка назвала стиль аттиків словацького Спиша особливим «національним» відтінком, подібній рецензії К. Естрейхера (Estreicher, 1938), а також у публікації пам’яті Вацлава Гусарського (Wallis, 1951).

Наступними дослідниками історії архітектури було напрацьовано багато нового матеріалу, який змушує ставитися до праць Шиллера і Гусарського з безумовною пошаною, але не приймати так беззастережно висновків 80- або 110-річної давнини щодо генези і типології «польських аттиків». Досить зауважити, що у обох цих авторів, а відповідно, й у тих, хто їх зараз цитує, повторюється твердження, ніби аттиковий стиль у ренесансній Польщі було започатковано краківськими Сукєнніцами, авторство яких (а відповідно, і започаткування аттика) на початку XX ст. приписувалося Джованні Марії Падовано. Однак, твердження щодо Падовано як мнимого автора Сукєнніц було названо непорозумінням ще у 1970-х рр. (Fischinger, 1976, s. 208), і це демонструє, що сучасні дослідження неможливо будувати без урахування нового знання, яке з’явилося за кілька десятиліть. Адже навіть роботи патріарха польської історії мистецтва М. Морельовського нині вважаються певною мірою політично заангажованими, бо того тоді вимагав час і обставини (Kozieł, 2016; 2019). Не настільки категоричні сучасні автори й у датуванні кам’яниці «Pod Złotą Koroną» у Вроцлаві, яке б давало підстави вважати саме її прототипом усіх півколистих аттиків, подібних до того, що маємо у Меджибожі (Łaba, 1993; Łuniewicz, 2016).

Серед праць, які повністю присвячено такому декоративному типу аттика, який застосований у палаці Сенявських у Меджибожі, найповнішою є стаття М. Злата. У ній він на багатому ілюстративному матеріалі розвиває гіпотезу щодо сілезького походження зазначеного зразка. Проте, на відміну від попередників, пропонуючи типологію аттиків за їхнім декоруванням, М. Злат більш стримано класифікує «півколисті» аттики (Złat, 1955, s. 54–65) і виокремлює їх у перший тип свого переліку – «ранньоренесансний аттик», за яким хронологічно та типологічно у нього слідує власне «польський аттик». Необхідними елементами, аби аттик вважати «польським», М. Злат назвав наявність фризу, найчастіше у формі аркатури, та оздоблення гребеня такими елементами як подвійна волюта (esownica), пілястри, трикутні щитки, маскарони. В якості наступних типів аттиків Злат виокремлює «щитовий аттик», зауважуючи, що в Польщі він найменш популярний та локально сконцентрований у Бжегу (Опольське воєводство) та околицях, і у меншій мірі в інших регіонах. Останній тип за М. Златом утворюють «народні адаптації аттика» – химерні варіації та суміші стилів, які виникали під час будівництва у провінції. 

У зв’язку з введенням М. Златом поняття «ранньоренесансний аттик» слід визначити, що ж саме є раннім Ренесансом у розумінні польських авторів. За визначенням Є. Шабльовського, визначення  «ранній», «розвинений» та «пізній» ренесанс стосовно трьох фаз польської ренесансної архітектури не співпадають з відповідними поняттями в ренесансній італійській архітектурі, розвиток якої відбувався іншим шляхом. Він окреслює, що форми раннього польського ренесансу першої половини XVI ст. співпадають з часами Александра І Ягеллончика і Сигізмунда І Старого, форми розвиненого польського ренесансу другої половини XVI ст. проявляються у часах Сигізмунда Августа, Стефана Баторія і у початковому десятилітті королювання Сигізмунда III, а форми пізнього польського ренесансу першої половини XVII ст. співпадають з Вазівськими часами (Szablowski, 1952, s. 75).

Оскільки поряд з Польщею, зокрема Сілезією, особливим регіоном поширення ренесансних аттиків є Словаччина, в особливості Спиш, необхідно ознайомитися з позицією чеських та словацьких дослідників. Раніше за В. Гусарського, який вважав осередком формування східноєвропейського ренесансного стилю Польщу, Д. Менцлова подала детальний аналіз перенесення ренесансних архітектурних ідей з Італії, показала можливий шлях їх поширення та окреслила локації їх місцевих інтерпретацій у Словаччині (Menclová, 1934). Точка зору на походження, шляхи стилістичного імпорту та місцеві інтерпретації аттиків у Словаччині сконцентровано представлена у грунтовній роботі І. Цюлісової (Ciulisová, 1988). У першій частині статті вона аналізує особливості позицій вищезгаданих польських дослідників, а також І. Бурнатової, Т. Якімович та інших. Далі продовжує історіографію роботами угорця Н. Лехнера, чехословацьких авторів Вл. Вагнера, Й. Шпірко, А. Гюнтерової-Маєрової, З. Ваги та Д. Менцлової. Цюлісова наводить їхні гіпотези і аналізує еволюцію поглядів щодо походження ренесансних аттиків, виникнення та можливих шляхів поширення «півколистого» (він же «ранньоренесансний», або «ластівчин хвіст» у різних авторів) та інших різновидів аттиків у Словаччині і на Спишу, при тому також типологічно розрізняє «півколистий» і «польський» аттики. Вона, зокрема, наводить завершення двох будівель у Кежмарку (Словаччина), – костелу та дзвіниці, – як приклад співіснування обох цих типів аттиків (Ciulisová, 1988, s. 66).

Найновішою роботою, в рамках якої аналізується реалізація «півколистих» ранньоренесансних аттиків того ж різновиду, який застосований у палаці Сенявських, є архітектурно-iсторичне та мистецько-iсторичне дослiдження замку Турзонів у Бетлановцах (Словаччина), яке виконане колективом авторів під керівництвом інженера-архітектора М. Яновської (Janovská, Gibalová, Neupauer, 2019).

Зауважимо, що дискусія щодо пріоритету Польщі, Сілезії або Словаччини у походженні ренесансних східноєвропейських аттиків в цілому та «півколистих» аттикових завершень зокрема перевищує рамки нашого дослідження. Для нас важливим є те, що саме цей чи то сілезький, чи то словацький вплив очевидно проявляється у Меджибожі, про що вперше зазначалося автором (Западенко, 2016). Публікації дослідників, які вивчають архітектуру інших регіонів, свідчать про обгрунтованість цієї гіпотези. Зокрема, про наявність польсько-словацького культурного впливу на формування архітектури сусідньої з Поділлям Галичини зауважував А. Мартинюк (2000).
Наведений вище історіо- та бібліографічний огляд свідчить про те, що багато питань залишаються досі відкритими, і не можуть вичерпуватися посиланнями на праці початку XX ст. Практичним висновком з розглянутої вище сукупності праць різних авторів, країн та періодів є окремішність двох споріднених різновидів ренесансного аттика: 

- «півколистого», він же «ранньоренесансний» або також «ластівчин хвіст», який відрізняється, як правило, гладким фризом та гребенем, який складається з чверть- та півкіл у характерних комбінаціях;
- власне «польського аттика», який відрізняється від першого фризом, як правило, у вигляді пластичної сліпої аркатури та декоративними елементами гребеня: подвійними волютами («есовицями»), стовпчиками-пілястрами та ін.

Ця окремішність чітко визначена у працях польських дослідників історії ренесансного мистецтва ще з середини XX ст., а також у працях їхніх словацьких колег.
 

Щоб написане вище підкріплювалося посиланнями - також частина списку літератури до статті:

1. Ciulisová I., 1988. Príspevok k poznaniu východoslovenskej renesančnej atiky. ARS : časopis Ústavu dejín umenia Slovenskej akadémie vied, №1, s. 61–69. ISSN 0044-9008. (роблю переклад українською)
2. Estreicher K., 1938. Wacław Husarski, Attyka Polska i jej wpływ na kraje sąsiednie [recenzja]. Dawna sztuka, zeszyt 1, s. 78–81.
3. Fischinger A., 1976. Główne kierunki włoskiej twórczości renesansowej w Polsce XVI w. W: Renesans. Sztuka i ideologia. Materiały Sympozjum Naukowego Komitetu Nauk o Sztuce PAN, czerwiec 1972 oraz Sesji Naukowej Stowarzyszenia Historyków Sztuki, Kielce, listopad 1973. Warszawa: Państwowe wydawnictwo naukowe, s. 195–211.
4. Husarski W., 1936. Attyka Polska i jej wpływ na kraje saşiednie. Warszawa: Towarzystwo wydawnicze.
5. Janovská M., Gibalová L., Neupauer J., 2019. Architektonicko-historický a umelecko-historický výskum. Thurzovský kaštieľ s areálom, č. ÚZPF 617/1, Betlanovce č. 31. I. Textová časť. Levoča: Štúdio J+J. (є цифровий примірник від авторів - нема дозволу на поширення, але окремі цитати можна подати)
6. Komoróczy G., 1936. O węgierskich pamiątkach na ziemi Polskiej. W: Polska i Węgry : stosunki polsko-węgierskie w historii, kulturze i gospodarstwie. Warszawa ; Budapest : Wydaw. Henryk Forbát, (Budapest : Druk. Athenaeum). s. 193–195.
7. Kozakiewicz S., Początek działalności komasków, Tessyńcyków i Gryzończyków w Polsce. Okres Renesansu (1520– 1580). Biuletyn historii sztuki, №21, s. 3–28. doi:10.11588/diglit.41528.5
8. Kozieł A., 2016. «Polonizacja» nowożytnej sztuki na Śląsku w pracach polskich historyków sztuki po 1945 roku. Barok. Historia – Literatura – Sztuka, №44, s. 149–161.
9. Kozieł A., 2019. Under the Pressure of ‘Polonization’ Ideology: Renaissance and Baroque Art in Silesia in the Works of Polish Art Historians after 1945. RIHA Journal, 30 June.
10. Łaba B., 1993. Renesansowy dom «Pod Złotą Koroną» we Wrocławiu. Dzieła i interpretacje, №1, s. 170–186.
11. Łuniewicz, Z., 2016. Nowożytne hełmy wieżowe na Szląsku – próba reinterpretacji pochodzenia. Quart, №3, s. 3-25.
12. Menclová D., 1934. Přehled vývoje renesanční architektury na Slovensku. Bratislava: Vytiskla státní tiskárna v Praze
13. Menclová D., 1953. Kaštieľ v Betlanovciach. Pamiatky a múzeá, №2, s. 67–74. (є переклад українською)
14. Miłobędzki A., 1986. Architektura i społeczeństwo. W: Polska w epoce Odrodzenia : państwo – społeczeństwo – kultura. Warszawa: Wiedza powszechna. s.357–399.
15. Morelowski M., 1961. Początki italianizującego renesansu na Śląsku. Rocznik Historii Sztuki, Tom II, s. 31–86.  doi.org:10.11588/diglit.12453.2
16. Ross J., 1953. Z dziejów związków artystycznych polsko-czeskich i polsko-słowackich w epoce Odrodzenia. Rocznik Historii Sztuki, Tom I, s. 88–96. doi:10.11588/diglit.37706.38
17. Ross J., 1976. Z badań nad związkami Słowaczyzny i Małopolski w dziedzinie architektury i rzeźby architektonicznej z okresu renesansu (do 1580 roku). W: Renesans. Sztuka i ideologia. Materiały Sympozjum Naukowego Komitetu Nauk o Sztuce PAN, czerwiec 1972 oraz Sesji Naukowej Stowarzyszenia Historyków Sztuki, Kielce, listopad 1973. Warszawa: Państwowe wydawnictwo naukowe, s. 435–449.
18. Szyller S., 1909. O attykach polskich i polskich dachach wklęsłych. Warszawa: Rubieszewski i Wrotnowski.
19. Sinko-Popielowa K., 1937. Wacław Husarski, Attyka Polska i jej wpływ na kraje sąsiednie [recenzja]. Biuletyn Historii Sztuki i kultury, №2, s. 242–243. doi:10.11588/diglit.37717.27 
20. Szablowski J., 1952. Z zagadnień polskiej architektury renesansowej. Ochrona zabytków, №2, s. 75–94.
21. Trajdos T., 2003. Parafie diecezji kamienieckiej w średniowieczu. Przegląd Historyczny, Tom XCIV, z. 4, s 419-426.
22. Varjú E., 1932. A Bethlenfalvi kastély. W: Magyar várak. Budapest: Műemlékek Országos Bizottsága és a Könyvbarátok Szövetsége, s. 18–19. (є переклад українською)
23. Wallis M., 1951. S. p. Wacław Husarski. Biuletyn Historii Sztuki, №2–3, s. 181–185. doi:10.11588/diglit.37707.25
24. Złat M., 1955. Attyka renesansowa na Śląsku. Biuletyn Historii Sztuki, №1, s. 48–79. doi:10.11588/diglit.38030.6
25. Дмитриева М., 2015. Италия в Сарматии. Москва: Новое литературное обозрение. ISBN 978-5-4448-0419-3.

Венгрия как полигон для испытаний

Разумеется, если мы хотим увидеть самые передовые образцы фортификации 16 века, нам необходимо обратить свой взор на приграничные линии между сферами влияниями нескольких могущественных государств, ведущих наиболее ожесточённые войны с применением самой передовой артиллерии, которой старались противопоставить самую продвинутую фортификацию. Конечно, одной из таких известных колыбелей, сформировавшей множество модификаций бастионных укреплений, было побережье Средиземного моря, вдоль которого итальянцы и испанцы щедро рассыпали шедевры бастионной фортификации, предназначенной прежде всего для того, чтобы остановить экспансию турок и их союзников. 

Но война шла не только на Средиземном море, и если мы решим переместить свой взгляд в район многострадальной Венгрии, то обнаружим там потрясающие примеры ранних фортификационных экспериментов итальянской школы, пережившей интереснейшую трансформацию под влиянием местных факторов. 

В 1526 г. туркам была проиграна знаковая Битва при Мохаче. После этих событий венгерское королевство в прежнем виде прекратило своё существование. Его территория была разделена на три части: одна контролировалась турками (см. Османская Венгрия), другая (см. Восточно-Венгерское королевство) отошла королям из рода Запойяи (они признавали протекторат Османской империи), а третья досталась австрийцам из дома Габсбургов (см. Королевская Венгрия).

Резкое изменение границ и перспектива будущих сражений привела все стороны конфликта в движение - нужно было вдоль новых и нестабильных границ построить множество новых крепостей и укрепить большое количество старых городов и замков. Строительство полностью новой фортификационной системы, способной противостоять артиллерии, стало большой проблемой для всех враждующих сторон. Причём если ранее система приграничных укреплений в значительной степени опиралась на твердыни, расположенные на возвышенностях, то с разделом страны линия фронта протянулась по низменным территориям, где часто приходилось строить в долинах рек и посреди болот.

Modus Hungaricus в целом

Скорей всего вы вряд ли слышали о том, что помимо "итальянской" и "нидерландской" существовала ещё и "венгерская" техника строительства бастионной фортификации. И, как вы понимаете уже из названия, она была в чём-то оригинальна, раз её выделили в отдельное направление. 

Австрийцы и венгры, воюя с турками, очень быстро сообразили, что земляные укрепления часто куда лучше противодействуют турецкой артиллерии, нежели каменные стены/башни и даже каменные бастионы. Однако была проблема - чем выше были валы, и чем круче были их наружные плоскости, тем чаще возникал вопрос - как скрепить эту конструкцию и уберечь её от расползания? И ещё в 15 веке венгры для этих целей начали использовать интересные конструкции - внешние плоскости укреплений оббивали плотным рядом столбов/свай, вокруг которых наматывали обычный плетень, в результате чего вся конструкция образовывала панцирь, который подобно корсету держал укрепления в тонусе. Для увеличения живучести этого каркаса (как от воздействий сил природы, так и от огня противника), его не редко покрывали толстым слоем глиняной обмазки. Это и был местный "modus hungaricus", достоинства которого не остались без внимания в том числе и итальянских фортификаторов, которые прибыли в Венгрию, чтобы помочь укрепить твердыни страны, находящиеся под угрозой атаки со стороны турок. 

Эта новая система укреплений использовалась как для усиления старых замков и крепостей, так и для создания новых форпостов, построенных с нуля. Также техника подходила в случаях, когда у каменных укреплений нужно было быстро восстановить рондель или бастион, разрушенный осадными работами. 

Modus Hungaricus в деталях

Если присмотреться к самой технологии строительства, то она выглядела приблизительно так - по контуру будущего укрепления в землю на глубину 1-2 метра забивались или вкапывались столбы-сваи, иногда в два ряда. Вбивали их довольно плотно, так что снаружи создавалось ощущение, что укрепление полностью покрывает панцирь из стволов деревьев. Но на этом не останавливались, и этот ёршик свай дополнительно оплетали ветками, превращая внешний панцирь в ещё более плотный и спутанный слой деревянной массы. Пространство между внешним и внутренним ограждением валов и бастионов засыпали землёй, глиной и строительным мусором, слой за слоем, каждый из которых плотно утрамбовывали. В некоторых случаях подобные конструкции дополнительно усиливали ещё и горизонтальными брёвнами, что придавало внешнему панцирю ещё большую прочность. Вертикальные брёвна сверху заостряли, и этот частокол, поднятый над уровнем боевой площадки, играл роль брустверной стенки, за которой могли укрыться защитники. Снаружи деревянный каркас зачастую (но не всегда) покрывали толстым слоем глины, благодаря чему внешний панцирь более успешно сопротивлялся не только атмосферному воздействию, но также мог выдержать атаки лёгкой артиллерии. Был в этом ходе и психологический момент - по виду оштукатуренного укрепления было сложно понять, из чего на самом деле оно сделано, и потому такое бюджетное оборонное сооружение снаружи могло восприниматься как более солидная и дорогая каменная фортификация. Какого-то определённого стандарта высоты, толщины и строгой последовательности сочетания дерево-земляных элементов у "венгерского способа" не было - в одних случаях в таком стиле могла быть построена простая стена высотой в 3-4 м и толщиной в 2-3 м, в других случаях могли сооружать мощные куртины высотой в 7-8 м и такой же толщины. Поскольку панцирь делали из дерева, то обилие или дефицит древесины также сказывалось на том, насколько внушительным или скромным получится укрепление.

Пример простой стены, построенной "по-венгерски":

Источник
 

Венгерская школа против Голландской школы

Пытливый читатель уже мог задастся вопросом - если итальянские военные инженеры в своих трактатах размышляли на тему земляных укреплений, и если в Венгрии ещё в середине 16 века строились весьма передовые земляные бастионные фортификации, то могут ли Нидерланды претендовать на их изобретение? Ответ, очевиден - нет, не могут. На территории Венгерского королевства начали активно использовать земляные бастионные укрепления ещё до того, как это стало мейнстримом. И если укрепления нидерландской школы в основном полагались на внешнюю систему преград в виде заполненных водой рвов и других препятствий, мешающих подобраться к центру защищённого объекта, то "modus hungaricus" был направлен на сопротивление основного периметра яростным атакам противника. Т.е. там, где в Нидерландах старались отодвинуть противника, в Венгрии старались сделать так, чтобы он разбил свои усилия на этапе преодоления единственной линии укреплений. 

В конце 16 века, как раз тогда, когда начала набирать вес "нидерландская школа" фортификации, "венгерская школа" уже скорее пребывала в упадке, поскольку "modus hungaricus" тогда применялся преимущественно по отношению ко вспомогательным внешним линиям укреплений, а не к основным/внутренним. В Венгрии долгое время защищались долговременными земляными укреплениями даже не подозревая, что их популяризацию в итоге полностью припишут Нидерландам. 

"Венгерский способ" в отличие от "нидерландского" позволял строит укрепления с отвесными или с очень крутыми стенами, тогда как чисто-земляные укрепления делали преимущественно с более пологими более доступными валами.

Главным недостатком техники "modus hungaricus" было быстрое обветшание конструкции внешнего панциря - оплётка не могла долго сопротивляться воздействию атмосферы, особенно когда укрепления строили в болотистой местности, да и слой глиняной штукатурки раз в пару-тройку лет приходилось обновлять. Так что такие укрепления было сложно поддерживать, и потому венгерский способ не получил широкого распространения.


Проблема изучения и популяризации знаний о данном типе фортификации с точки зрения археологии

К сожалению, укрепления, построенные в духе "modus hungaricus", не редко в итоге заменяли каменные/кирпичные укреплениям, а те, которые не перестраивали, зачастую или сносили или же они быстро разрушались из-за недолговечности конструкции. По этой причине до наших дни аутентичные образцы фортификаций, построенных "по-венгерски", просто не дожили. Свежие данные об укреплениях данного типа поставляют в основном археологи. Хотя, не редко им приходится формировать свои впечатления даже не на основе уцелевших фрагментов конструкций, а на основе следов от этих конструкций, основная часть которых сгнила во влажной почве.

Сколько укреплений было построено с использованием "венгерской" техники?

Венгерские источники утверждают, что в различных вариациях "венгерского способа" были перестроены сотни укреплений (именно сотни, а не сотня). Но даже если речь не о сотнях, а о сотне укреплений, то и в этом случае речь идёт о массивном и не особо известном в Украине пласте укреплений.

Кто использовал?

Если кратко, то все, но по-разному. Уже к 1540-м итальянские военные инженеры начали строить в Венгрии укрепления, усиленные ронделями, а к 1550-м рондели сменяются бастионами. Турки, поглощавшие опыт завоёванной местности, тему ронделей переняли быстро, а вот бастионы у них не прижились, и потому даже во 2-ой половине 16 в., когда венгерские укрепления активно начали обрастать бастионами, турки упорно продолжали использовать рондели.

Был ли венгерским "венгерский способ"?

Ещё немец Мартин Мерц (1425-1501) в своём трактате по осадному делу показывал примеры плетёных дерево-земляных укреплений 2-ой половины 15 в., которые могли противодействовать артиллерии:

Источник

И если учесть, что эту технологию в Венгрии активно использовали военные инженеры, находившиеся на австрийской службе, то нужно дополнительно уточнять, использовали ли они местные венгерские традиции или же привносили с собой австрийские/немецкие техники строительства. 

Отдельный интерес вызывает распространение этой технологии среди турок - они-то, судя по всему, точно её позаимствовали. Если делать выводы на основе венгерских источников, то овладеть новыми знаниями было не особо сложно, поскольку множество венгров (кто по принуждению, кто по собственному желанию) перешли на службу османов - они вполне могли передать туркам основы бюджетной и эффективной защиты укреплений против вражеской артиллерии.

Иными словами, может оказаться, что техника получила название "венгерской" не потому что только венгры использовали подобную технологию, а из-за того, что особенно массовое строительство такого рода укреплений велось на территории Венгрии.


Примеры укреплений

Ниже сделал подборку наиболее ярких представителей "венгерского способа" строительства фортификаций. Привёл краткие сведения по истории укреплений, а также наглядные иллюстрации. Разумеется, это далеко не все укрепления нужной категории, так что по мере поступления новых материалов, будем вносить правки, уточнения и дополнения.

Для наглядности составил карту, на которой отметил укрепления, речь о которых пойдёт ниже. Выделил две условные группы - автрийско-венгерские и турецкие укрепления. Правда, это разделение условно, поскольку многие из этих укреплений не раз переходили из рук в руки, и потому далеко не всегда достоверно известно, когда именно и кем именно были возведены оборонные сооружения нужного стиля. 

Замок в г. Кишварда / Kisvárdai vár (Венгрия)

Укрепления на участке замка начали формироваться в 15 в. К возведению кирпичной версии замка приступили в 1465-1475 гг., но к концу 1570-х стройка практически полностью замерла, и даже в 1-ой четверти 16 века укрепление не было завершено. В 1521 г. строительство возобновилось, и по итогам этих работ, во-первых, был достроен кирпичный замок, и, во-вторых, вокруг него была сооружена первая линия внешних укреплений, построенных по технике "modus hungaricus". Ещё одна внешняя линия укреплений, снабжённая бастионами, была возведена в 1580-1585 гг. по проекту итальянского военного инженера Оттавио Бальдигары. 

Графическая реконструкция и план Кишвардского замка:
 
Источник


Фацаношский замок в г. Фоньод / Fácános vár (Венгрия)

Вскоре после осады Буды 1541 г. и захвата города турками, было принято решение построить в Фоньоде укрепление, первое письменное упоминание которого относится к 1548 г. Первая оборонная линия опоясала местный храм, вторая линия вокруг этого же места очертила прямоугольник размерами 90х100 м. Обе линии были возведены по технике "modus hungaricus". Инициировал постройку Балинт Мадьяр, известный в те времена воин, участвовавший в обороне ряда венгерских крепостей, и потому хорошо осведомлённого о плюсах и минусах существовавшей на тот момент фортификации.  Небольшое укрепление Балинта неплохо проявило себя - в 1555 г. оно отбило турецкое нападение, не получилось его захватить в 1559 и в 1561 г., и только в 1575 г. туркам удалось сломить защиту крепкого орешка. Захваченный замок (хотя, конечно, это скорее не замок, а городская крепостца) турками был полностью разрушен и после этого больше не восстанавливался.

Графическая реконструкция и план Фацаношского замка:
 
Источник

Простенький макет, но зато с демонстрацией плетёной сущности двух линий обороны:
 
Источник
 

Замок Батори в г. Ньирбатор / Báthori várkastély, Nyírbátor (Венгрия)

Небольшой замок известного рода Батори (оставившего след в т.ч. и в истории Украины), был построен то ли в 13, то ли в 14 вв. Во второй половине 15 века, после расширения и перестройки, в основных чертах сформировался комплекс каменного замка, от которого до наших дней дожил только сильно перестроенный дворец. Вероятно, ближе к середине 16 века замок снабдили внешней линией укреплений, построенных в технике "modus hungaricus". В 1564 г. войска Яноша II Запольяи захватили и разрушили замок, после чего начался его упадок. Долгое время здесь была важная резиденция Батори, но после событий 1564 г. семейство переместилось в более защищённый замок Эчед.

Замок образца середины 16 века:

Источник

В 2006 г. замковый дворец был реконструирован и отреставрирован, и в ходе этих работ рядом с дворцом была воссоздана небольшая секция дерево-земляных укреплений. Это редкая (а может даже единственная в Венгрии?) попытка реконструировать укрепление в "венгерском стиле". Правда, его облик вызвал некоторую критику, так, к примеру, специалисты обращали внимание, что у оригинальных укреплений частокол был более плотным. Однако в целом реконструкция даёт общее представление о том, как такие укрепления могли выглядеть: 

  
Источники: 1, 2, 3, 4

Эти укрепления можно осмотреть на Google Street View:
 

Замок-крепость Эчед / Ecsedi vár (Венгрия)

В Эчеде само место способствовало возникновению укреплений – несколько изолированных островов, окружённых непроходимым обширным болотом, прекрасно подошли для формирования сложной оборонной системы. Первый замок здесь возвели в 14 веке. Несколько веков он использовался в качестве резиденции рода Батори, представители которого неоднократно модернизировали и расширяли оборонные сооружения замка, а со временем и возникшего рядом с ним города. После битвы при Мохаче замок некоторое время находился в сфере влияния королей из рода Запойяи, признававших протекторат Османской империи, но вначале 1560-х гг. очередной владелец замка, Миклош Батори, решил перейти на сторону Габсбургов. Вскоре, в 1564 г., войска Яноша II Запойяи, выступившие в карательный поход, уничтожили ряд имений Батори (в т.ч. и замок в Ньирбаторе, упомянутый выше) и осадили Эчед, но к тому времени замок был достаточно хорошо укреплён, и потому захватить его не удалось. В 1570-х гг. замок был основательно укреплён и включён в систему приграничных крепостей, призванных противостоять туркам. Первыми каменными бастионными укреплениями замок обзавёлся, вероятно, в середине 16 века, а когда площадь защищённой территории стали расширять, то новые рубежи обороны часто строились "венгерским способом".  Активное использование земляных укреплений, водных преград и многослойной обороны сближало Эчед с укреплениями нидерландской школы. Крепость более-менее благополучно пережила 17 век, но в начале 18 века история этой твердыни внезапно прервалась, когда по воле австрийских властей весь комплекс был уничтожен и разобран, поскольку существовало опасение, что его смогут использовать во время восстания против власти Габсбургов. В наши дни следы укреплений можно проследить только на уровне археологии.

Гипотетическая реконструкция замка Эчед:

Источник
 

Укрепления г. Эстергом / Esztergom (Венгрия) и Укрепление в г. Штурово (Парканы) / Džigerdelen Parkan (Словакия)

Уже в первых веках н.э. на месте будущего Эстергома существовал римский каструм, контролирующий переправу через Дунай. В 10 веке здесь начал формироваться важный город, цитаделью которого служил королевский замок. Городские и замковые укрепления неоднократно модернизировались. Необходимость очередной модернизации стала очевидной после поражения в битве при Мохаче, однако только в начале 1540-х гг. в городе начали работу итальянские военные инженеры, укрепившие Эстергом новыми стенами с несколькими ронделями. К сожалению, этого оказалось недостаточно, чтобы противостоять султанской армии, и в 1543 г. турки захватили город, который стал для них важным форпостом, откуда можно было контролировать Дунай и подступы к Буде. Возможно, первые артиллерийские дерево-земляные укрепления в Эстергоме появились ещё в ходе модернизации начала 1540-х, но всё же более высока вероятность, что они были построены уже турками вскоре после завоевания города. Также, турки ок. 1546 г. возвели и дерево-земляное укрепление, усиленное ронделями на другом берегу Дуная, на месте Штурово/Парканов. В 1594г. австро-венгерские войска 2 месяца безуспешно осаждали укреплённый город. В 1595 г. попытку повторили и на этот раз (также после 2-месячной осады) добились успеха. Вскоре после этого укрепления Эстергома и Парканов были отремонтированы и модернизированы. В 1605 г. турки осадили и захватили эти укрепления. В 1661 и 1663 г. две попытки австро-венгерских войск отбить город окончились безрезультатно. В 1663-1664 гг. дерево-земляные укрепления Парканов упомянул в своём дневнике Эвлия Челеби. Только в 1683 г., когда к городу подошла армия Яна III Собеского (см. Битву под Парканами), турки сдали укрепление после всего 2-х дней осады.

Гравюры, показывающие осаду Эстергома 1595 г. Дерево-земляные укрепления тогда были как у Эстергома (дальний берег реки на 1-й гравюре и укрепление на переднем плане 2-й гравюры), так и у Штурово (левый нижний угол 1-ой гравюры):  
Источники: 1, 2

Укрепления г. Папа / Pápai vár (Венгрия)

Замочек здесь появился в 1-ой половине 15 века, а вот первый (и тогда ещё слабенький) вал вокруг города возвели уже после битвы при Мохаче (1526), когда турки проникли в центральные районы Венгрии. Ценен был даже не сам городок, а то, где он был расположен, а именно – на пути в Вену, и первый раз турки его серьёзно потрепали как раз, когда в 1529 г. шли маршем на австрийскую столицу. Угроза ещё больше возросла, когда были захвачены Буда (1541) и Секешфехервар (1543). Стратегическое значение Папы способствовало тому, что и с австрийской и с венгерской стороны были приложены усилия, чтобы превратить городок в крепость. Работы начались в 1543 г., когда вначале были модернизированы укрепления замка, а затем новой линией укреплений защитили и город. Все эти новые укрепления, строившиеся в условиях нехватки средств и времени, были выполнены в технике "modus hungaricus". Планировка была создана под влиянием концепции итальянских ронделевых укреплений. И хотя нет сведений, кто был автором проекта, предполагают, что им мог быть один из итальянских или немецких военных инженеров, находящихся на службе у Габсбургов. В том же 1543 г. турки осадили свеженькое укрепление и не смогли его захватить. В 1555 г. они снова попробовали овладеть городом, но и эта попытка закончилась для них неудачей. В середине 16 века за Папой прочно закрепился статус города-крепости – здесь постоянно находился гарнизон, численность которого иногда превышала число жителей. Третью попытку овладеть городом турки предприняли в 1594 г., и на этот раз им посчастливилось его не только занять, но и удерживать несколько лет. Турки ничего радикально не модернизировали, лишь привели в порядок ранее построенные укрепления и углубили ров вокруг замка. В 1596 г. турок удалось вытеснить, после чего укрепления были местами модернизированы, в частности один из замковых ронделей был перестроен в бастион. В 1600 г. гарнизон, оставленный в городе, взбунтовался и намеревался за выкуп передать крепость туркам, однако об этом стало известно в Вене, вслед за чем город, где заперлись наёмники, был осаждён имперскими войсками, захвачен, а все бунтовщики были жестоко казнены. В 1-ой половине 17 века укрепления города и замка были радикально перестроены, в результате чего все рондели были заменены на бастионы. В 1683 г. город был захвачен турецкой армией, которая совершала свой второй поход на Вену. Когда турки были окончательно изгнаны из Венгрии, в 1702 г. по императорскому указу ряд крепостей были упразднены, после чего городские укрепления Папы были снесены, а к концу 18 века был уничтожен и замок, на месте которого построили дворец.  

Гравюра с видом на укрепления Папы, созданная Георгом Хофнагелем ок. 1600 г. (издана в 1617 г.):
Источник

Укрепления г. Хатван / Hatvan (Венгрия)

Поселение, существовавшее с 12-13 вв., в 14 веке обзавелось первом замочком. До 16 века здесь не было никаких стратегически важных укреплений, однако всё изменилось в 1-ой половине 16 века, когда после битвы при Мохаче (1526), а затем и после захвата Буды (1541), турки на подступах к Будайской крепости стали формировать сеть укреплений. В 1544 г. солдаты гарнизона Хатванского замка разрушили и подожгли вверенной им укрепление, а затем влились в состав гарнизона крепости в Эгере. Вскоре после этого, всё в том же 1544 г., турки заняли городок и принялись строит здесь новые укрепления, которое состояло из двух частей – замка-цитадели и примыкавшего к нему пояса оборонных сооружений города. Фортификации как замка, так и города были построены преимущественно в технике "modus hungaricus". Периметр укреплений был усилен округлыми ронделями. В 1560 г. гарнизон города-крепости насчитывал 453 солдата. В 1596 г. после 3-недельной осады Хатван был захвачен войском Габсбургов, и там было вырезано всё мусульманское население. Однако закрепиться среди руин уже не было возможности, поскольку поступили сведения о движении огромной турецкой армии на Эгер, и потому Хатван был оставлен. Вслед за этим турки заняли город и восстановили его укрепления. В 1603 г. имперские войска снова захватили город, но также не смогли его долго удержать, и в 1604 г. турки отбили город. Окончательно восстановить контроль над городом удалось только в 1686 г., когда во время осады имперскими войсками Буды часть сил была выделена на захват укреплений близ города, однако на этот раз турецкий гарнизон Хатвана предпочёл без боя оставить укрепления – солдаты решили пополнить гарнизон Эгерской крепости (она на тот момент находилась под контролем османов). В первой половине 18 века было осуществлено несколько попыток провести модернизацию турецких укреплений Хатвана, однако интерес к этому городу-крепости был быстро утрачен. В 1754 г. на участке замка его новый владелец начал сооружение пышного барочного дворца. До наших дней от укреплений 16-17 вв. практически не сохранилось следов.

Виды на Хатван от Георга Хофнагеля, ок. 1595 г:

Источник

Подборка гравюр, на которых зафиксирована плетёная сущность укреплений Хатвана:
 

  
Источник
 

Эгерская крепость / Egri vár (Венгрия)

Эгер, укрепления которого начали формироваться ещё в 12-13 вв, к середине 16 века превратился в одну из самых мощных и значимых венгерских крепостей. В 1540-х крепость была основательно модернизирована по проекту итальянцы Алессандро де Ведани, благодаря которому твердыни обзавелась несколькими каменными бастионами. В 1548 г. комендантом крепости был назначен Иштван Добо, и на тот момент угроза нападения турок на Эгер настолько возросла, что крепость решили снабдить рядом вспомогательных укреплений, возведённых в конце 1540-х - начале 1550-х. В частности, по технике "modus hungaricus" было возведено ряд холмов-батарей, внешних ронделей и внутренних валов. В 1552 г. Эгер блестяще выдержал 38-дневную осаду. Однако в 1596 г. туркам всё же удалось захватить крепкий орешек. Вытеснить турок из Эгера удалось только в 1687 г.

Эгерская крепость в 1552 г.

  
Источники: 1, 2, 3

Крепость Сольнок / Szolnoki vár (Венгрия)

В 1549 г. турки начали планировать строительство крепости в Сольноке, откуда удобно было расширить экспансию в северном направлении. Узнав об этом, Фердинанд I приказал быстро возвести в Сольноке мощное укрепление. Под прикрытием большой армии тысячи рабочих спешно возвели одно из самых ранних бастионных укреплений Венгрии, которое было спроектировано итальянскими военными инженерами. Поскольку времени было мало, валы и бастионы возвели по схеме "modus hungaricus". Работы были завершены к 1552 г. В том же году турецкая армия подошла к крепости, которую удалось на удивление легко занять, поскольку гарнизон, состоявший из наёмников, дезертировал, а горстка храбрецов, оставшихся на защите Сольнока, были быстро сметены османами. Интересно, что турки в дальнейшем переделали укрепления, заменив бастионы ронделями, но и это новое укрепление также было построено с применением "modus hungaricus". Под контролем турок Сольнок оставался до 1685 г.

Сольнок в 1552 г.


  
Источник

Турецкий Сольнок с "плетёными", каким его увидел Георг Хофнагель в конце 1590-х и современная реконструкция облика города во 2-ой половине 16 в.:
 
Источники: 1, 2

3D-визуализация строительство вала крепости Сольнок по технике "modus hungaricus":
    
Источник

Редка находка - остатки плетёных стен Сольнока, обнаруженных в ходе раскопок.

Источник


Тёрёксентмиклош / Törökszentmiklós (Венгрия)

Поселение Сент-Миклош (или Святой Николай) впервые было упомянуто в письменном источнике в 1399 г. В 15 – 1-ой половине 16 вв. в качестве его единственного укрепления служил небольшой замочек. Всё изменилось в 1552 г., когда турки, готовясь осаждать Сольнок, заняли расположенный неподалёку Сент-Миклош и основали здесь деревоземляное укрепление, которое должно было защищать коммуникации и служить опорным пунктов на р. Тисе. С этого момента городок переквалифицировали в небольшую турецкую крепость, а его название из Сент-Миклоша трансформировалось в Тёрёк-Сент-Миклош (т.е. Турецкий Сент-Миклош). Во второй половине 16 века фортификации городка-крепости, построенные турками по технике "modus hungaricus", представляли собой нерегулярное укрепление, усиленное 5 ронделями и одним бастионом (?). Гарнизон крепости составлял в среднем ок. 200-250 солдат. В 1570 г. турки отбились от венгров, пытавшихся захватить укрепления, но в целом крепость долгое время не особо страдала от военных действий. Всё изменилось в 1595 г., когда крупная армия Матиаса Габсбурга, которая двигалась на захват Сольнока, зацепила и Тёрёксентмиклош, которому очень сильно не повезло – ещё до подхода имперских войск турки оставили крепость и поплнили гарнизон Сольнока, и по этой причине беззащитный городок был легко занят. Тогда большинство построек в городке были разрушены и сожжены, и даже валы постарались развалить, а рвы засыпать. Позднее турки снова смогли вернуть контроль над этим регионом и укрепления были восстановлены. В 1659 г. город захватил и сжёг трансильванский князь Дьёрдь II Ракоци. В 1685 г. в основных чертах повторился сценарий 1595 г. – снова имперская армия осадила Сольнок (на этот раз турок раз и навсегда удалось оттуда выбить), снова гарнизон Тёрёксентмиклоша предпочёл переместиться в более сильную крепость, и снова по Турецкому Сент-Миклошу катком прошлись имперцы, да так основательно, что ещё в 1-ой четверти 18 века он пребывал в запустении, а его укрепления больше не восстанавливались. В наши дни укрепления городка фиксируются только на уровне археологии, и, кстати, в 1982 г. в районе замка наткнулись на следы дерево-земляных укреплений, подтверждающих, что крепость была укреплена "по-венгерски". 

Уже знакомый нам Георг Хофнагель запечатлел на своей гравюре укрепления городка, причём на этот раз чётко отметил, что перед нами иллюстрация к событиям, разыгравшимся 20 октября 1595 г. (первое разрушение городка войском Габсбургов), и потому на изображении видим разрушенную мечеть и пылающие здания:

Источник
 

Укрепления г. Ясберень / Jászberény (Венгрия)

В 13 – 1-ой половине 15 вв. Ясберень был языческим поселением, и для распространения среди местного населения христианства францисканцами ок. 1472 г. здесь был построен храм, а затем и монастырь. Комплекс был окружён каменной оборонной оградой – это и было первое местное укрепление. В конце 1520-х – 1530-х гг. в этой местности стали появляться турецкие отряды, один из которых в 1536 г. напал на монастырь. После захвата турками Буды в 1541 г. на Ясберень неоднократно обращали внимание, как на удобное место, где неплохо бы построить укрепление. Так, в 1543 г. необходимость о строительстве здесь укреплений обсуждали в Братиславе представители Габсбургов. Вероятно, какое-то небольшое укрепление всё же было построено (правда, неизвестно, кто и когда его возвёл), поскольку в 1549 г. Иштван Добо, командующий гарнизоном Эгерской крепости, писал о своих намерениях «восстановить укрепление в Ясберене». Однако удачное расположение поселения также оценили турки, которые к концу 1550-х заняли эту локацию и начали укрепляться в районе монастыря. По одним сведениям в 1559 г. турки уже построили какое-то дерево-земляное укрепление, по другим - укрепление было построено в 1566 г. по указу Мустафы, будайского паши. Крепость была возведена «по-венгерски», её тылы защищали рукава реки, а напольная линия была усилена тремя округлыми в плане ронделями. В 1568 г. гарнизон крепости насчитывал 392 солдата. Крепость контролировала район, обеспечивая стабильность сбора налогов, а временами её гарнизон совершал набеги на ближайшие поселения, находящиеся под контролем противников. В 1570-1580-х гг. венгры несколько раз атаковали городок, впрочем, без особого успеха. Тотальное разрушение Ясберень пережил в 1594 г., когда Габсбурги одержали победу над турками в одной из битв, и эта новость принудила к побегу не только гарнизон городка, но также и его жителей, которые также не ждали от имперских войск ничего хорошего. Ясберень был занят и, вероятно, основательно разрушен, поскольку до 1617 г. вообще нет сведений о том, что здесь существовало какое-то поселение. Однако в 17 веке турки вернулись, снова закрепились здесь и восстановили укрепление. В 1685 г., когда пал Сольнок, турок окончательно вытеснили из этого района. Укрепления были снесены в 1840 г., а вот храм, вокруг которого сформировались фортификации, сохранился, правда, в перестроенном виде.

Современная графическая реконструкция по состоянию на 1570-е г. и план турецких укреплений г. Ясберень:
 
Источник

Крепость в г. Капошвар / Kaposvár vára (Венгрия)

Первый замочек сформировался в 14-15 вв. Это небольшой укрепление постепенно получило ещё и статус цитадели, когда в начале 16 века примыкающее к замку поселение перешло в статус городка. Вероятно, после битвы при Мохаче (1526) укрепления замка и городка были усилены, однако это ему не особо помогло – в 1555 г. турки захватили Капошвар, потратив на осаду всего 5 дней. В том же году городок удалось отбить, но в 1557 г. турки снова его заняли. Во второй половине 16 века (возможно, в конце 1550-х гг.) вокруг старого замка турки, используя технику "modus hungaricus", построили четырёхугольное в плане земляное укрепление с четырьмя угловыми ронделями. В среднем в 16-17 вв. гарнизон укрепления составлял 200-300 солдат. Венгры предпринимали несколько попыток захватить новый опорный пункт турок, но успехов не добились. Под властью османов Капошвар оставался до 1686 г., когда близлежащие земли окончательно были очищены от турецких войск. Старые и новые укрепления Капошвара были уничтожены в 1702 г. по указу императора Леопольда I, который опасался, что их смогут использовать повстанцы, желавшие избавится от власти Габсбургов. В наши дни внешняя линия укреплений над поверхностью земли не прослеживается.

Гравюра 1686 г. с видом на Капошварскую крепость и ориентировочная планировка старого и нового укреплений замка-крепости:
 
Источник: 1, 2

Токайская крепость / Tokaji vár (Венгрия)

Укрепление возникло у переправы через Тису в 14 веке. В середине 16 века Токай превратился в одну из самых важных крепостей в Венгрии. К его модернизации неоднократно привлекали итальянских специалистов. В ходе пятого строительного периода, который пришёлся на 1562-1565 гг., появилась внешняя линия обороны, названная "гусарским замком" (так тогда называли укрепления, на территории которых размещалась кавалерия). Известно, что Токайскую крепость модернизировали с использованием техники "modus hungaricus", и вполне вероятно, что речь идёт именно о "гусарском замке". 

Реконструкция планировки крепости во время осады 1565 г. и гравюра Георга Хофнагеля  с видом на укрепления конца 1590-х гг.

Источники: 1, 2


Укрепления г. Сигетвар / Szigetvári vár (Венгрия)

Первые укрепления были построен ок. 1420 г. Значение укрепления начало возрастать после битвы при Мохаче (1526 г.). В 1541 г. укрепление было передано Фердинанду Габсбургу. Укрепления города и замка были основательно модернизированы в конце 1550-х - начале 1560-х гг., когда их и снабдили бастионной фортификацией в духе "modus hungaricus". В 1566 г. Сигетвар прославился благодаря героической 34-дневной обороне, но в итоге крепость пала под натиском армии, возглавляемой самим султаном Сулейманом I Великолепным (он, кстати, шёл на Вену, но застрял под Сигетваром, где и умер под конец осады). Вытеснить турок из города удалось только в 1689 г.

Сигетвар в 1566 г.


   
Источник

Осада 1566 г.
 

Крепость Берзенце / Berzence vára (Венгрия)

Поселение упоминается с конца 14 века, а в начале 15 века в источниках встречается и упоминание местного замка. Он был несколько раз перестроен, однако по меркам 16 века укрепление не отличалось особой мощь, и, вероятно, в том числе и по этой причине в 1566 г., после известий о падении Сигетвара, гарнизон замка оставил его и туркам Берзенце досталось без боя. В качестве опорного пункта поселение османам подходило, однако старый замок не подходил на роль твердыни, и потому турки вокруг городка построили линию земляных укреплений усиленной ронделями (позднее, возможно уже в 17 веке, часть из них заменили на бастионы). Вся новая линия обороны была построена в технике "modus hungaricus". В 1568 г. гарнизон крепости насчитывал 379 солдат, в 1618 г. - 349. В 1594 г. венгры смогли захватить Берзенце, однако вскоре турки его отбили. Окончательно турок отсюда удалось вытеснить в 1664 г., во время зимнего похода Миклоша Зрини, когда благодаря внезапности и наличию крупной армии удалось быстро принудила гарнизон к сдаче. В наши дни сохранились основательно оплывшие следы земляных укреплений.

Укрепления Берзенце на гравюре 1666 г.

Источник

Крепость Бабоча / Babócsa vára (Венгрия)

В Бабоче существовала целая оборонная система, включавшая в себя город-крепость и два замка. Первые укрепления здесь были построены где-то в 11-13 вв., а участок самого большого укрепления приспосабливать к обороне начали не позднее 14 века. С 1526 г. значение комплекса резко возросло, и его постепенно переводят в статус пограничного укрепления. История местных оборонительных сооружений всё ещё недостаточно хорошо изучена, и потому источники предоставляют несколько путаные данные – одни сообщают, что уже к 1554 г. и городок и один из замков были защищены земляными укреплениями в духе "modus hungaricus", тогда как другие источники создание этих земляных укреплений относят к чуть более позднему периоду (после 1566 г.) и приписывают их возведение туркам. В 1555 г. османы захватили Бабочу, однако уже в 1556 г. здесь всё было сожжено и разрушено. В 1562 г. венгры снова здесь закрепились, но в 1566 г., после падения Сигетвара, турки снова заняли Бабочу (тогда гарнизон сам сжёг укрепления и оставил их без боя). В 1568 г. гарнизон Бабочи составлял 558 солдат. В 1595 г. при известии о подходе крупной армии, уже турецкий гарнизон предпочёл оставить крепость и замок без боя, правда, беглецами опять всё было сожжено. В 1597 г. турки безуспешно пытались отбить городок. В 1600 г. гарнизон сдал укрепление туркам после всего 3-4-дневной осады (в дальнейшем в Вене командующего гарнизоном казнили). В 1618 г. гарнизон сократился до 359 солдат. В 1664 г., во время зимнего похода Миклоша Зрини, крепость удалось отбить, но потом турки снова заняли Бабочу, пока их оттуда окончательно не вытеснили в 1686 г. (причём в очередной раз невезучее укреплений было сдано без осады).

План городка-крепости и гравюра, иллюстрирующая события 1664 г.:
 
Источники: 1, 2

Крепость Эгерсег / Egerszeg vára (Венгрия)

Поселение существовало как минимум с 13 в., а в 14 в. оно уже обладало городским статусом. Какие-то укрепления здесь были и до 16 века, однако только после 1526 г. внимание к фортификации городка начинает расти, поскольку постепенно он превращается в одну из крепостей на пути турок. Вероятно, ещё до середины 16 века старая епископская резиденция была превращена в небольшую прямоугольную цитадель, а затем ок. 1568 г. её окружили ещё одной четырёхугольной линией укреплений с двумя бастиончиками и двумя ронделями. Обе линии укреплений были сделаны по-венгерски. В 1570-х турки пытались захватить укрепление, но не добились успехов. Когда в 1600-м турки захватили расположенную неподалёку Канижу (об этой крепости речь пойдёт ниже), то значение Эгерсега ещё больше возросло. В 1616 г. тури снова попытались захватить Эгерсег, и снова безуспешно. Известно, что в 1638 г. гарнизон крепости состоял из 300 солдат. Только в 1664 г. турки всё же захватили городок, но к концу турок вытеснили из всех венгерских крепостей, и с этого момента необходимость в укреплениях Эгерсега отпала. Чтобы крепостью не смогли воспользоваться противники власти Габсбургов, по императорскому указу в 1702 г. укрепления были срыты и в наши дни над поверхностью земли их явно различимых следов не осталось.

Укрепления Эгерсега в формате макетов:
 
Источники: 1, 2

Замок в г. Дьюла / Gyulai vár (Венгрия)Первая версия замка в Дьюле, возведённого из кирпича, была построена не позднее рубежа 14-15 вв. В 1550-х значение замка постепенно возрастает, поскольку к нему всё ближе подвигалась линия столкновений с турками, и Дьюла перешла в статус приграничного форпоста. В декабре 1560 г. началась модернизация укреплений, в ходе которой его снабдили несколькими линиями бастионных укреплений, построенных по схеме "modus hungaricus". Работы проводили ударными темпами, о чём свидетельствует тот факт, что не редки были дни, когда на стройке одновременно работало до 3 000 человек. Также известно, что в 1562 г. итальянский военный инженер Паоло Мирандола разрабатывал проект расширения и усиления укреплений, и не исключено, что предыдущий этап модернизации также проходил с привлечением итальянских специалистов. Летом 1566 замок капитулировал перед турками после 63-дневной ожесточённой осады, причём он смог продержаться дольше, чем ряд куда более укреплённых и лучше оснащённых венгерских крепостей, также захваченных турками. Отбить замок у турок удалось только в 1695 году.

Замок в начале 1560-х гг.

Источник

Крепость Канижа / Kanizsai vár (Венгрия)

На рубеже 13-14 вв. был построен первый небольшой замок. Усиление турецкой угрозы привело к первой модернизации замка, которая пришлась на 1520-е – 1540-е гг. Тогда Канижа обзавелась первыми небольшими бастиончиками. После падения Сигетвара в 1566 г. значение Канижи ещё больше возросло. В том же году опеку над укреплением взяли на себя австрийцы - Максимилиан II поручил проектирование новых укреплений итальянскому военному инженеру Пьетро Феррабоско (также укреплял Дьор и Комарно). Им был разработан проект большой пятиугольной в плане крепости, усиленной массивными бастионами. Первоначально (в конце 1560-х - начале 1570-х) были возведены два бастиона, примыкавшие к старому замку, затем возвели три оставшихся бастиона, защищавшие пустой участок в направлении расширения крепости. Работы продолжались до конца 16 века, но основной контур укреплений к середине 1570-х гг. уже был сформирован. Куртины и стены новой бастионной твердыни были возведены в технике "modus hungaricus". Только в 1600 г. турки решились на осаду этого укрепления, и им сопутствовала удача – после некоторого сопротивления командующий гарнизоном согласился сдать Канижу османам (чуть позже его казнят в Вене за трусость). Турки высоко ценили оборонный потенциал крепости, и потому уделяли много внимания ремонту укреплений, а также держали здесь большой гарнизон (в 1618 г. здесь находилось 1372 солдата, но временами численность гарнизона превышала 3000 бойцов). На протяжении всего 17 века Канижа служила в качестве надёжной базы для османов. Уже в 1601 г. имперская армия попыталась отбить крепость, но 1,5-месячная осада была безуспешной.  В 1660  г. в крепости вспыхнул сильный пожар, и венгры хотели этим воспользоваться для её захвата, но в Вене тогда не хотели начинать очередной этап войны с турками, и осаду запретили. Осада 1664 г. также была неудачной во многом из-за вялых действий австрийской стороны. Примечательно, что в обороне Канижи от венгров принял участие Эвлия Челеби, проявивший интерес к укреплениям - в своём дневнике он отметил, что толщина земляных валов достигала 12-15 м, а их каркас был сформирован из дубовых брёвен, "ловко связанных друг с другом мастерами". Он также описал надёжность такой конструкции: "даже если сто тысяч ядер обрушатся на стену, то они пробьют деревянные балки, погрузятся в землю и останутся там". Только в 1690 г. после 3-месячной осады гарнизон Канижи согласился сдать крепость. Уже в 1703 г. из опасений, что крепость могут использовать во время восстания против Габсбургов, было принято решение её уничтожить, и в этом же году ок. 1500 человек были брошены на уничтожение укреплений. Работали усердно, так что над поверхностью земли в наши дни от некогда мощных укреплений практически не осталось никаких следов.

На этой реконструкции показан первый этап строительства бастионного пентагона:

  
Источник

Один из плетёных итальянских бастионов Канижи на макете:
 
Источник
 

Крепость Байча / Bajcsa Vára (Венгрия)

Эту небольшую, но очень любопытную крепость построили неподалёку от Канижи с целью перекрыть один из участков новой приграничной зоны, на линии которой формировалась система укреплений против турок. Проект финансировался и обеспечивался преимущественно австрийской стороной. Крепость построили всего за несколько месяцев осенью 1578 г. Это было 5-угольное в плане укрепление с небольшими бастионами. Укрепление было полностью земляным, а его контуры были сформированы плотным рядом частокола, который поддерживал куртины и бастионы как снаружи, так и изнутри. Из-за неудачного выбора места строительства (влажный песчаный холм) новое укрепление быстро разрушалось – дерево быстро гнило, рвы заплывали, бастионы и куртины сползали в ров и т.д. По этой причине поддержание фортификаций в боеспособном состоянии обходилось очень дорого. Так, в отчёте 1584 г. сообщалось, что деревянный панцирь крепости настолько прогнил, что уже не мог обеспечить защиту от турок, а бастионам грозило обрушение. В другом документе автор писал, что в такой крепости гарнизон также плохо защищён, как если бы он разбил лагерь под открытым небом. В 1588 г. в замке были проведены масштабные ремонтные работы, но уже в 1590 г. из крепости снова жаловались, что она вернулась в плохое состояние. Тем не менее, постоянно подгнивающая и расползающаяся крепость обеспечивала охрану вверенного ей региона до 1600 г., когда пала Канижа. После этого в Байче ещё некоторое время базировался небольшой гарнизон, но в его содержании уже не было необходимости, и потому в начале 17 века крепость была оставлена, а поскольку турки к ней интереса не проявили, то укрепление было заброшено всеми и более не возрождалось. В итоге место, выбранное для строительства, окончательно погубило крепость уже в наше время – в 1970-х здесь заложили песчаный карьер, который в начале 1990-х стал подбираться к участку крепости (на тот момент от неё сохранились лишь слабо выраженные контуры заплывшего рва). В 1995-2001 гг. здесь были проведены масштабные раскопки, в ходе которых была полностью исследована вся площадь памятника, который всё же был побеждён песком.

Материалы раскопок: планировка крепости, а также план и фото одного из бастионов (на обоих изображениях хорошо видны ямки от двух параллельных рядов частокола, который формировал внешние и внутренние стены укреплений):
   
Источники: 1, 2

Замок в г. Тата / Tatai vár (Венгрия)

Первые укрепления на замковом участке появились не позднее 2-ой половины 14 века, а в 1397-1409 гг. здесь был построен каменный замок, служивший резиденцией короля Сигизмунда I Люксембурга. По влиянием ренессансных идей замок перестраивали в 1470-х - 1480-х гг. После битвы при Мохаче (1526) значение укреплений замка резко возросло - он был включён в систему укреплений на подступах к Дунаю. До 1540 г. замок находился под контролем короля Яноша I Запольяи, который признавал турецкий протекторат. После смерти Яноша (1540) последовал захват турками Буды (1541), и в то же время замок в Тате ушёл из под турецкого контроля. Где-то в этот период, в начале 1540-х, старый замок начали модернизировать, в результате чего он обзавёлся круглым в плане ронделем. Уже в 1543 г. турки захватили Тату, но поскольку укрепления замка на тот момент не отличались мощностью, укрепление ещё с десяток раз переходило из рук в руки, пока в 1566 г. его не заняли войска Габсбургов. В конце 1560-х - начале 1570-х была предпринята попытка радикально модернизации замковых укреплений, для чего были привлечены итальянские инженеры Джулио Турко и Никколо Анджелини, по проектам которых был почти полностью разрушен старый замок, расширен замковый ров и в течение 1570-х - 1580-х сооружены новые куртины и три угловых бастиона. Старый рондель также планировали перестроить в бастион, но этот план так и не был осуществлён. В конце 16 и в 17 вв. замок ещё несколько раз осаждался и переходил из рук в руки (так, к примеру, турки его захватывали в 1594 и в 1683 г.). 

В конце 16 века замок в Тате изобразил Георг Хофнагель. На копии его рисунка, изданного в 1617 г., видим, что рондель какое-то время довольствовался облицовкой в технике "modus hungaricus" (позднее рондель облицевали камнем, и в таком виде он сохранился до наших дней):

 
Источники: 1, 2

Крепость в г. Калло / Kállói vár (Венгрия)

Поселение, существовавшее как минимум с 13 века, к 14 веку доросло до статуса городка. Во второй половине 15 века здесь появился первый замок, однако долгое время он не имел стратегического значения. Только когда в 1550-х гг. в близлежащие районы стали проникать турки, к местным укреплениям начал пробуждаться интерес. В 1556 г. турки разрушили городок и его старые оборонительные сооружения. В 1570 г. стало известно, что турки свозят в район Калло строительные материалы, намереваясь возвести там укрепление. Австрийско-венгерские войска быстро отреагировали на угрозу - заняли участок городка, на котором в 1570-1573 гг. по проекту итальянского военного инженера Джулио Бальдигары (его брат выше упоминался в описании укреплений замка в г. Кишварда) был построен квадратный в плане бастионный замок. Известно также, что Бальдигара вёл авторский надзор за строительством. Поскольку укрепления надлежало строить быстро, то возводили их в технике "modus hungaricus", и первоначально внешний панцирь стен был деревянным, однако в дальнейшем земляные укрепления облицевали кирпичом. В 1574 г. замок был переквалифицирован в крепость. Новое укрепление доставляло неприятности туркам, потому оно не раз упоминалось в дипломатических переписках в качестве камня преткновения (османы не раз требовали сноса этого укрепления, иногда даже отказывали заключать мир, если это условие не будет выполнено). В 1590-х крепость сильно пострадала, но была восстановлена. В 17 веке укрепление несколько раз участвовало в военных конфликтах (к примеру, в 1660-х гг. турки безуспешно его осаждали). В начале 18 века укрепление начало использоваться повстанцами, желающими избавиться от власти Габсбургов, что и подписало ему смертный приговор – в 1709 г. по воле императора крепость была полностью разрушена и в наши дни на поверхности следы её укреплений не прослеживаются. 

Парочка планов крепости, на которых показан профиль земляных укреплений и его деревянный каркас:
 
Источник

Крепость в г. Орадя / Cetatea Oradea или Nagyváradi vár (Румыния)

Первые укрепления на месте будущей городской цитадели начали формироваться в 11 веке. В течение 14-15 вв. замок неоднократно расширялся и модернизировался. После битвы при Мохаче (1526) за городом закрепился статус центра Трансильвании, а опасность турецкой угрозы привела к ряду реконструкций старых укреплений. Особенно значительной была модернизация 1569-1598 гг. в ходе которой вокруг старых стен, окружавших городской собор, по проекту итальянских инженеров построили бастионный пятиугольник. В 1598 г. крепость выдержала турецкую осаду. В 17 в. некоторые из бастионов, повреждённых рядом осад, были перестроены. В течение 18 в. цитадель продолжали укреплять и ремонтировать. Из числа действующих крепостей цитадель в Ораде исключили в 1857 г.

Ок. 1598 г. крепость изобразил Георг Хофнагель (гравюра издана в 1617 г.), и на этом рисунке можно увидеть, что один из бастионов на тот момент был выполнен в технике "modus hungaricus", да и часть городских стен также представляла собой плетень. Для сравнения также приведу современный рисунок крепости, где она показана в современном состоянии:

 
Источники: 1, 2

Итого

Как видим, ещё до наступления первого этапа Нидерландской революции, т.е. до 1566 г., на территории Венгрии уже активно строили всевозможные вариации ронделевых и бастионных земляных укреплений, форму которых задавали и поддерживали причудливые деревянные каркасы. При этом не редко (Эчед, Канижа, Дьюла, Сигетвар и др.) применяли приёмы, которые считаются изобретением Нидерландов: активное использование водных преград, многослойная оборона и использование земляных бастионов. Как и в случае с Нидерландами, проводниками новых техник строительства зачастую были итальянские военные инженеры, которые в условиях ограниченного финансирования и сроков создавали новые типы укреплений, используя для этого элементы местных строительных техник. 

Ссылка по теме:

• Modus Hungaricus на Википедии (на венгерском)

Капониры стали особенно популярными в 19 веке, да и образцов капониров именно этого периода сохранилось довольно много, потому может создаться впечатление, что постройки такого типа появился относительно недавно.

Популярное изображение капонира (выделен красной заливкой):

Один из капониров Киевской крепости, построенный в 1843-44 гг.:

Источники: 1, 2

Один из капониров крепости Бойен (Польша), построенной в 1844-1856 гг.:

Источник

На самом же деле первые образцы капониров появились ещё в 15 веке, а в конце 15 - 16 вв уже можно встретить целый ряд хорошо сформировавшихся экземпляров. Появление таких построек, конечно же, было связано с развитием артиллерии, но начали их использовать ещё до того, как повсеместное признание получили бастионные укрепления, потому ранние капониры мы видим не в окружении бастионов, равелинов и т.п. передовых построек, а по соседству с архаическими башнями и стенами.

Насколько я понял, ещё до появления полноценных капониров, во Франции в 15 веке на дне рвов старых замков стали возводить постройки, похожие на мини-капониры. Их именовали (из-за небольших размеров или из-за формы?) "воробьями" (moineau). Наверняка точной границы между "воробьями" и капонирами не существовало, потому иногда одну и ту же постройку могли именовать и так и этак.

В замке Пуансе (Франция) есть пример как капонира, так и парочки "воробьёв".

Руины одного из "воробьёв" 15 века замка Пуансе:

Источники: 1, 2

Руины капонир 15 века замка Пуансе. У этой постройки, в отличие от небольших "воробьёв", было три оборонных яруса, но всё же на фоне высоких и массивных башен того времени, капонир казался приземистой постройкой:

На этих маловразумительных фото мы видим остатки "воробья" замка Эде (Франция):

Источник

Пишут, что "воробей" есть и у замка Бутеон (Франция), но его фото я пока не нашёл. А вообще в источниках есть множество упоминаний "воробьёв", усиливавших укрепления Ренна, Фужера, Дижона, Труа, Арраса, Бетюна, Динана, Сен-Мало и многих других. Разумеется, большинство этих укреплений не уцелело.

В 1480-х - 1490-х гг. капониром обзавёлся замок Бонагиль (Франция):

Источник

В 1527 г. к старым укреплениям г. Мец (Франция) был пристроен капонир. Одной из особенностей этого сооружения является рельефное изображение дядьки со спущенными штанами, обратившего свою задницу в сторону врага, тем самым демонстрируя уровень своего уважения к проивнику. Пишут, что в анусе этого так называемого "Стрелка из Меца" была устроена оружейная бойница!

Источник

Замок Бридоре (Франция) может похвастаться прекрасно сохранившимся капониром, который выглядит необычайно модерновой постройкой на фоне архаических башен и стен:

Источники: 1, 2, 3

Два капонира, усиливших укрепления г. Висбю (Швеция), были построены в 1500-х. Это были 3-этажные постройки (один ярус подвальный + два оборонных).

Источники: 1, 2, 3, 4

В г. Шаффгаузен сохранилась крепость-цитадель Мунот, построенная в 1564-1589 гг. по проекту Альбрехта Дюрера. Об этом укреплении я как-то писал здесь, а в рамках данной темы лишь отдельно остановлю ваше внимание на капонирах, примкнувших к массивной бастее:

Источники: 1, 2, 3

Помимо выступавших в ров построек, о которых написал выше, капонирами также называли крытые галереи, устроенные на дне рва и утыканные бойницами/амбразурами.

Капонир-коридор Форта Наполеон (Бельгия), построенного в 19 веке:

Источник

Но и такого типа капониры появились несколькими веками ранее.

Вот подобные капониры у Замка Крейгнетан (Щотландия), 1-ая половина 16 века:

Источник

Уже к середине - 2-ой половине 16 века наметился спад интереса к капонирам, и, тем не менее, их строили и в 17 веке, но с ростом популярности бастионной фортификации снижался уровень популярности капониров. Правда, как уже писал в начале темы, в 19 веке идея капониров вновь приобрела большую популярность, что ещё раз подчёркивает уровень развития тех фортификаторов, которые подобные постройки начали внедрять в укрепления ещё в 15-16 веках.

Бастейні замки належать до оборонних споруд протобастіонного типу. Батько бастей А. Дюрер в своєму трактаті не згадує про земляні бастеї. У всякому разі перелопативши кілька середньовічних книг по фортифікації я для своїх студентів даю таке визначення бастеї (больверка):

– базове укріплення у вигляді висунутої за зовнiшню лiнiю оборонних мурiв великої наріжної низької башти з товстими кам"яними чи цегляними стінами (з діаметром більшим за висоту), відкритою горжею, кількома ярусами (боями), серед яких верхній – відкритий, підошвенний і середні – закриті) з бiйницями й амбразурами для гармат. Вони забезпечували фланговий захист пiдступів до стін та поздовжній обстріл рову та куртин, з якими були пов’язані функціонально. Розташовувались на кутах і по всьому периметру стіни через певні інтервали. Появилися у 16 ст. в результаті удосконалення традицiйних башт і пристосування їх до ведення бою з використанням вогнепальної зброї і артилерії, то ж становили перехідну форму від башти до бастіону. У плані мала вигляд півкола, чотирикутника або полігону. Пятикутної форми бастею називали пунтоне.